Командор

Ядра крушили нос «Сантана Майор», сбили бушприт вместе с блинда-реем, проломили борт, порвали снасти и фок. А потом по палубе прошлась картечь.
Низко рявкнул ответный залп. Слава Богу, испанские канониры дело своё знали плоховато, большее число ядер угодило в море или просвистало поверху, раз или два оставив дыры в парусах «Феникса».
Сейчас бы «Сантана Майор» уступить место «Сан-Пабло», но куда там…
  
А разворачиваться другим бортом испанцы не станут — пока завершат разворот, корсары уйдут с линии огня.
Было видно и невооружённым глазом, как испанские пушкари стараются побыстрее зарядить свои орудия, да только дело это долгое и нудное. А вот у корсаров оно получится!
Хотя бы потому, что ни одному капитану и в голову не придёт перекатить пушки от одного борта к другому. Так лее нельзя! Оставить борт незащищённым?!
Но Капитану Эшу закон не писан.
— Огонь!
Не ожидавшие залпа испанцы нисколько не прятались, зная прекрасно, сколько времени уходит на перезарядку.
И они наивно полагали, что это самое время у них есть.
Испанцы ошибались…
Ядра прошлись по палубе, сметая канониров и прочую команду, подсекая фок-мачту, рухнувшую за борт и верхушкой зацепившую борт «Сан-Пабло».
«Вооружённые силы противника» бросились распутывать снасти, рубить, растаскивать — и угодили под свинцовый дождь. Канониры ударили картечью, а мушкетёры добавили.
— Шлюпки готовь!
— Всё готово, капитан!
— Понч!
— Заряжаем, заряжаем…
Берег Эспаньолы надвинулся вплотную, раскрыл зев синей лагуны, отороченной зарослями.
— Паруса долой! Якоря спустить!
Корсары живо вскарабкались на мачты, убирая грот, фок, марсели и прочие ветрила.
С высоты было хорошо видно, что «Сантана Майор» пострадала изрядно — вся палуба была усеяна мёртвыми телами и обломками. Пара пушек была перевёрнута, на квартердеке прыгал, неистовствуя, капитан, но ничего, кроме полусотни моряков с мушкетами, он выставить не мог.
Канониры с нижней палубы испанского корабля наверняка заряжали пушки, их залп по «Фениксу», практически в упор, мог бы наделать бед, да только «Сантана Майор» была уже плохо управляема.
«Сан-Пабло», освободившись от чужой мачты, плавно огибал мешавшего соседа, вот уже и нос показался из-за кормы «Сантана Майор»…
  
Глава 1, в которой Олег Сухов не знает, куда деньги девать, а король возводит его в командоры...
 
Новый Свет, апрель 1629 года
Ветер задувал с юга. Он то свежел, то стихал, понуждая паруса морщиться, словно в недовольстве.
Галеон «Феникс» бодро рассекал бирюзовые воды Новобагамского канала, который лет через триста назовут Флоридским проливом.
Берега «Цветущего» [5] полуострова тянулись тёмной полосой по левому борту.
Багамский архипелаг, пластавшийся где-то на востоке, оставался незрим. Ну, чем дальше от тамошних рифов и мелководья, тем лучше для кораблей и полезней для здоровья.
Багамы называли ещё Лукайскими островами, то бишь Рифовыми [6].
Когда-то они были заселены индейцами-лукаянами, но испанцам хватило жизни одного поколения, чтобы всех их обратить в невольников и вывезти на рудники Эспаньолы.
Так что нынешние Багамы представляли собой пустынные и безлюдные пространства.
Да и Флорида, хоть и цветущая, испанцев тоже влекла не слишком — пляжи, пусть даже и роскошнейшие, да заболоченное царство аллигаторов явно не могли хранить в себе вожделенное золото.
Всё что могли дать здешние места — это рабов. Раз уж нет самородков в охотничьих угодьях индейцев тимукуа, майаими, калуса и прочих, пускай тогда вкалывают на мексиканских шахтах, где драгметалл ещё не перевёлся. Логично?..
Конкистадоры, вроде де Сото или Кабеса де Ваки, пытались на сих берегах застолбить места для колоний, основать селения, но окреп и выстоял лишь один форт Сан-Августин на северо-востоке Флориды.
Французы-гугеноты, кстати, тоже подсуетились и возвели неподалёку свой Фор-Каролин, чуть ли не раньше испанцев.
Спрашивается: могли ли гордые идальго стерпеть присутствие чужаков? Ответ отрицательный.
Первый губернатор Испанской Флориды, надменный кабальеро Педро де Менендес де Авилес, выслуживший титул аделантадо, то бишь первопроходца, живо захватил крепость и вырезал «пришельцев-еретиков», а Фор-Каролин переименовал в Форт Сан-Матео. «Да здравствует король!" [7]
Два года спустя французский корсар Доминик де Гург взял Сан-Августин штурмом и вырезал всех испанцев…
…Размышляя об этих сравнительно недавних событиях, Олег Сухов благодушествовал.
Скоро уж два года минет с того самого дня, как вся их компания угодила в семнадцатое столетие, и ничего, живы пока.
Добились больших успехов в боевой и политической подготовке. Рост благосостояния трудящихся тоже заметен…
Иногда Олег памятью возвращался в позапрошлое лето, когда он кинулся спасать Витьку и угодил в «мушкетёрские времена». Шпаги, дуэли, кардинал Ришелье…
Правильно ли он тогда поступил? Вот в чём вопрос. Нет, спасти товарища — это даже не обсуждается, тут без вариантов. Просто надо было так шугануть Ярика с Пончем, чтобы хоть они-то за ним не бросились. Хм. М-да… Зашугаешь их, пожалуй…
С другой-то стороны, ему даже приятно было, что друзья стали свидетелями его очередного возвышения.
Получить плащ мушкетёра из рук самого короля, его величества Людовика XIII, — это надо суметь! Он сумел.
А как он соблазнил герцогиню де Шеврез, затеяв невиданную ею любовную игру — помыв пышногрудую Мари в ванне с горячей водой, да с мылом? Право, есть что вспомнить!
Да и что за интерес предаваться терзаниям Руматы Эсторского на свидании с доной Оканой?
Ну с интимом он и без друзей управился…
А кто его с Яриком из самой Бастилии вытащил? Пончик с Акимовым! Что бы он делал без друзей… Один за всех и все за одного!
Олег усмехнулся, подставляя лицо свежему ветру. Благодать…
Он поступал вопреки «заветам» Дюма-отца: не строил козни его высокопреосвященству, а взялся помогать кардиналу, подвизаясь на поприще шпионажа и драк. И правильно сделал.
Поимка секретного агента герцога Бекингема, подрывная работа в Лондоне, осада Ла-Рошели — «Всё для фронта, всё для победы!».
Быть может, Ришелье и его желание стать корсаром его величества воспринял как продолжение своей политики? А что?
Это ведь монсеньор заложит первые корабли королевского флота, да и заморские колонии — тоже его рук дело.
А тут проверенный — и доверенный! — шевалье сам вызвался пиратствовать под флагом Франции, всячески вредя заносчивым испанцам. Как не порадеть за своего человечка? [8]
«А ничего так, раскрутился!» — подумал Сухов, с удовольствием оглядывая оба своих галеона. Навёл шороху!
На весь Испанский Мэйн прославился. Кто не знает Капитана Эша, как прозвали Олега индейцы? В какой таверне Картахены, Маракайбо или Санто-Доминго не трепятся об удачах Олегара де Монтиньи?
О том, как Капитан Эш угнал из Акапулько «манильский галеон» и снял с него всё злато-серебро. О том, как жестоко он отомстил за смерть и муки своих людей, перевешав карателей, а главного инквизитора Мехико спалив на костре. О том, как с адмиралом Питером Хейном ограбил «Серебряный флот». [9]
«Мегазвезда!» — иронически усмехнулся Сухов и вздохнул.
Ещё немного, ещё чуть-чуть, и они вернутся в родимый XXI век.
  
Самое главное, платиновые зеркала, у них есть — эти штуки нужны для Т-стабилизатора, — и мобильники свои они не посеяли, будет из чего процессор сварганить, и злато-серебро водится, чтобы всё это слинковать. Хронотехника, не хухры-мухры.
Осталось изумруды добыть, да покрупнее — камни нужны для лазеров.