Бокс-офис (СИ)

— Не надо угроз, пожалуйста, — сказал я. — И искать двойное дно в нашем заявлении — тоже нет смысла. Всё обстоит именно так, как мы и сказали. Можете убедиться сами.
Джеф включил оборудование. Все индикаторы на «шкафу» светились, терминал был в порядке, но настенный экран ничего больше не показывал.
— Значит, утверждаете, что оборудование сломалось? — спросил Гарсия.
— Чисто механически — нет, — сказал Джеф. — Все узлы исправны. Но иссякла подпитка через природные флуктуации. От нас это не зависит, мы не смогли воссоздать процесс в лабораторных условиях.
  
— Природные флуктуации? Вы всерьёз ожидаете, мистер Беннетт, что я приму это басню в качестве отговорки?
— Это уж сами думайте, — сказал Джеф, набычившись. — Говорю, как есть. И я вам не школьник в скаутском лагере, чтобы меня отчитывать. Тон умерьте.
Гарсия задумчиво потёр подбородок:
— Вот, значит, как… Решили-таки со мной пободаться? Смело, но очень глупо… Не знаю, что за трюк вы пытаетесь провернуть, но он не сработает. Если вы преднамеренно вводите меня в заблуждение…
Джеф побагровел:
— Я не понял — вы во вранье меня обвиняете? А не многовато ли, мистер, вы на себя берёте? Я человек простой, но лучше меня не злить…
— Джентльмены, — сказал юрист Герстенфельдт, — давайте переведём дыхание, чтобы не наговорить лишнего под влиянием сиюминутных эмоций. Предлагаю придерживаться тех рамок, которые юридически зафиксированы в наших договорённостях. Мистер Беннетт, напомню — в документе стоит и ваша подпись тоже. Ни в коем случае не угрожаю вам, хочу лишь напомнить некоторые моменты, которые вы могли упустить или интерпретировать в неверном ключе. Позволите, мистер Беннетт?
— Слушаю, — буркнул Джеф.
— Если вы расторгаете договор по своей инициативе, то съёмочное оборудование переходит в наше распоряжение. Ликвидация «Дейт Лайн Филмз» в данных обстоятельствах приравнивается к расторжению договора. Это вытекает из текста, можете спросить у мисс Уильямс, если моим словам вы не доверяете. Понимаете, мистер Беннетт? Машину вам придётся отдать.
— Я не идиот, мистер Герстенфельдт, — сказал Джеф уже спокойнее. — По-английски читать умею. Написано, что машина — ваша? Ну, забирайте.
Герстенфельдт посмотрел на Джефа с искренним интересом:
— Даже так, мистер Беннетт? Неожиданный ход. Я заинтригован — на что вы сейчас рассчитываете? Если рассуждать чисто гипотетически… Подчёркиваю — ни в чём вас не обвиняю, просто абстрактно моделирую ситуацию… Допустим, к примеру, что из машины извлечён некий миниатюрный, но ключевой компонент. Какая-нибудь интегральная схема, скажем, если я правильно употребляю термин. Без этого компонента машина не работает нужным образом. Но на его основе вы можете построить другую…
Джеф усмехнулся:
— Сайнс-фикшн писать не пробовали, мистер Герстенфельдт? Талант налицо.
— Благодарю, мне вполне хватает юриспруденции. А в данный момент я просто пытаюсь предостеречь вас от возможных ошибок. Вот, предположим, вы закроете «Дейт Лайн Филмз» и учредите новую студию. Построите там новую машину и попытаетесь возобновить киносъёмки. Вроде бы изящное решение — но лишь на первый взгляд. На самом же деле ничего не получится. Такая попытка тоже будет приравнена к нарушению договора, это предусмотрено. Мы не позволим вам снимать фильмы без нас.
— Да я и не собираюсь, — ответил Джеф. — Лично я уже наигрался во все эти киносъёмки, хватит с меня. Машину я вам отдал всю, как было, до винтика. Почему она перестала работать — объяснил честно. Передавать технологию кому-то из «Дейт Лайн Филмз» или третьим лицам тоже не буду. Думаете, лапшу вам на уши вешаю? Ваше дело, мне наплевать.
— В свою очередь, — сказала Сон-Хи, — помимо того, что уже написано в договоре, могу дать слово вам лично, мистер Гарсия. Студия моего отца не получит ту технологию, что мы применяли на «Дейт Лайн Филмз». А всё рассказанное вам Джефом — чистая правда.
— И вообще, мистер Гарсия, — добавил я, — давайте не будем размахивать кулаками. Вы ни цента не потеряли на этом деле. Наоборот, нарастили ожидаемые доходы — благодаря тому, что среди ваших актрис теперь есть суперзвезда, которая начинала у нас. А что касается машины — мы тоже не ожидали, что так получится. Но вот получилось, ничего не поделаешь.
Гарсия долго молчал. Затем произнёс:
— Помещение, где мы сейчас находится, будет опечатано вместе с оборудованием. Мистер Герстенфельдт проследит. В дальнейшем же, леди и джентльмены, не забывайте — я буду держать руку на пульсе. Если всё-таки попытаетесь применить это ноу-хау, чтобы снимать кино, то пеняйте на себя. Я спущу на вас всех собак, и это не блеф.
Он развернулся и вышел из павильона.
Герстенфельдт посмотрел на нас и развёл руками.
Я вместе с Джефом, Сон-Хи и Джефом тоже вышел во двор. Стояла жара. Календарный май ещё не закончился, но день был по-настоящему летний.
— Сильно жалеешь, что он забрал машину? — спросила Сон-Хи у Джефа с сочувствием.
— Нет, не очень, — ответил тот. — Кино снимать он не сможет, а патент на саму конструкцию — у меня, как и раньше. Мы ему отдали только железо, которое для него бесполезно. А чисто для науки я новую машину, если что, сделаю без проблем. Деньги теперь есть.
— И всё-таки грустно, что «Дейт Лайн Филмз» закрывается, — вздохнула Сон-Хи. — Хорошее время было.
— А что вы будете теперь делать? — спросила Джессика. — Про меня-то вы и так знаете, я давно рассказала. А вот ты, Дмитрий, например?
И все они посмотрели на меня с любопытством.
  
Эпилог
 
Из Нью-Пасифик-Сити я улетал восьмого июня, в субботу.
Лето хозяйничало на побережье. Солнце сияло, но предполуденный зной смягчался солоноватым бризом, веющим с моря.
Проводить меня приехали все соучредители «Дейт Лайн Филмз», мои здешние друзья. А Розанна даже отпросилась на «Праймери» до обеда.
За эти две недели мы уладили все формальности, связанные с закрытием нашей студии. На бумаге она должна была сохраниться до конца проката второго фильма, чтобы все причастные получили долю от прибыли, а налоги ушли в казну, но текущая деятельность уже прекратилась.
Затем оба снятых фильма должны были перейти в распоряжение «Сильвер Форест». Их дальнейшую судьбу предстояло определять уже Квону-старшему — в отношении повторного проката, к примеру, если будет резон. Ну, или насчёт возможной продажи прав телевизионщикам.
Всей этой бюрократической хренью занимались Сон-Хи и Джессика при поддержке Мей-Лин и Рейчел. Я только ставил подписи как соучредитель, но даже мне надоело.
Джессике в эти дни приходилось труднее всех. В последнюю неделю мая она крутилась, как белка в колесе, ужаленная под хвост. Даже по ночам не спала, по-моему, сидела в конторе. Но успела-таки дооформить отчётность, требовавшую её личного внимания. Остались технические мелочи, их взяла на себя Мей-Лин в компании с юристами «Сильвер Форест».
А Джессика в первую неделю июня вышла на стажировку в корпорации «Джаспер Уэйл», которая занималась трансокеанской торговлей.
Даже сейчас, когда мы стояли у кромки лётного поля, Джессика выглядела уставшей. Помаргивала, как будто опасалась заснуть.
— Когда улечу, — сказал я, — едешь домой, ложишься в кроватку и дрыхнешь до понедельника. Поняла меня?
— Так и сделаю, Дмитрий, — улыбнулась она. — Всё выполню в точности.
— Как ты на новом месте? — спросила её Сон-Хи.
— Очень нравится. Я была готова к тому, что меня сначала загрузят совсем уж примитивной работой…
— «Принеси кофе» или типа того? — скривилась Розанна.
  
— Ну, не настолько. Думала — буду разбирать какие-нибудь завалы третьестепенных бумаг, сортировать их…
— И ты бы согласилась? Серьёзно, Джесс? Головой подумай! У тебя денег теперь полно, а ты нанимаешься разгребать всякий хлам. Вот просто не понимаю такого.
— Но я люблю работать, — сказала Джессика. — Хочу честно сделать карьеру с самых низов, вот как раз в такой корпорации. Хотя иногда новые коллеги и вправду на меня смотрят, как на сумасшедшую. Видели репортажи с премьеры, где я иду вместе с вами, и удивляются, почему я теперь у них… Ну, в общем, неважно. Главное, что перебирать бумажки никто меня не заставил. Моя начальница тоже знает, конечно, что я работала в «Дейт Лайн Филмз», поэтому мне поручили сразу довольно интересное дело…