Бокс-офис (СИ)
«Я никогда не воспринимала этот проект как способ „порезвиться“, — отвечала Сон-Хи. — К работе я относилась с полной серьёзностью. А к отцу обратилась, потому что задумка показалась мне перспективной в коммерческом отношении».
«Как вы выбирали сценарий?»
«Ещё до начала съёмок я познакомилась с начинающей актрисой Розанной Бьянчи и с литератором Дмитрием Свиридовым. Они поделились своими планами. Я заинтересовалась, решила выступить как продюсер».
«И при каких обстоятельствах, — допытывалась мисс Коллинз, — произошло это знаменательное знакомство?»
«Случайно встретились в городе. Такое бывает».
Коллинз кружила вокруг Сон-Хи и клацала челюстями, но не набрасывалась всерьёз, держа обещание. Ответы получала короткие и уклончивые. Сон-Хи, правда, подтвердила, что кредиторы предоставили «Сильвер Форест» трёхмесячную отсрочку.
Принцип работы машины, которую сконструировал Джеф, остался за кадром, как мы и договаривались. Но про спецэффекты Коллинз всё же спросила, иначе было бы подозрительно. Сон-Хи сослалась на коммерческую тайну.
Пытаясь оживить интервью, Коллинз чуть добавила перцу.
«Итак, мисс Квон, вы выбрали фильм с обилием драк, магических трюков и придворных интриг, которые напоминают комикс. Всё это вы, по вашим словам, сочли перспективным. То есть в киноискусстве вас интересует сугубо коммерческая отдача? Или это была вынужденная мера, чтобы поднять с колен отцовскую студию?»
«Мы, конечно, надеемся, что наш фильм будет кассовым. Но это не означает, что меня занимает исключительно прибыль».
«Вы полагаете, мисс Квон, фильм имеет художественную ценность?»
«Он, как мне кажется, достаточно интересен, чтобы его посмотреть».
«И чем же он интересен? Как бы вы описали его сюжет и основную идею?»
«Это кино о девушке, вступающей во взрослую жизнь, чреватую неожиданностями. О несчастливом принце, который не хочет править. Ещё о том, что людям нужны друзья».
«Под это описание подойдёт, вероятно, половина всех сказок в мире».
«Вы преувеличиваете, мисс Коллинз. Но в целом — да, получилась сказка. Это не является недостатком, по-моему».
«И как всё это восприняли настоящие принцы, участвовавшие в саммите? Что они говорили о вашем фильме?»
«Их реакция оказалась неоднозначной. Не обошлось без критики, но в целом кинопоказ не обернулся для нас провалом, на мой субъективный взгляд».
«Не могли бы вы процитировать конкретные отзывы? Что сказал, к примеру, австро-венгерский кронпринц? Японский? Китайский?»
«Ещё раз прошу прощения, мисс Коллинз, но не думаю, что такое цитирование будет корректным».
«Однако в целом результат вас устроил, насколько я понимаю. То есть вы намерены продолжать работу в прежнем ключе? И в следующем фильме мы снова увидим магов, принцесс, а то и драконов?»
«Магия действительно будет. А что касается конкретных подробностей, говорить о них пока рано».
Короче говоря, интервью вышло пресноватым. Но главным его достоинством был сам факт эксклюзива, подчёркнутый в заголовке. И в этом смысле Коллинз могла поставить себе здоровенный плюс — тем более что интервью сопровождалось подборкой эффектных кадров из фильма. Очевидно, Сон-Хи ими поделилась.
Как я догадывался, все наиболее каверзные вопросы Коллинз приберегла для меня. Радости в связи с этим я не испытывал, но уговор оставался в силе. Поэтому я спустился в вестибюль к таксофону и набрал её номер.
— Привет, Коллинз, это Свиридов.
— Ха, наконец-то. Дважды звонила вам в контору сегодня, но тебя не было. Затаился, Свиридов? Страшно?
— Угу, аж волосы дыбом. Я тебе сам звонил, между прочим, ещё вчера.
— Я в курсе, проехали. В любом случае я хотела начать с продюсерши — для здешней аудитории она интереснее, чем ты, непонятно откуда взявшийся. А сегодня поймала вашу итальянскую куколку, мило с ней пообщалась. И вот теперь…
— Не вопрос. Точи зубы, когти. Завтра увидимся.
— У меня ещё скорпионий хвост и гадючье жало, но речь сейчас не об этом. Завтра лечу в Ванкувер, там кинофестиваль завершается, в воскресенье дают призы. Вернусь в понедельник, сдам репортаж и уже тогда возьмусь за тебя.
— Окей. В понедельник вечером позвоню тебе и договоримся.
— Давай, Свиридов, готовься.
Повесив трубку, я вернулся к себе, а вскоре меня сморил-таки сон.
К утру метель улеглась, и небо расчистилось. На улице дворники орудовали лопатами, вдоль бордюров громоздились сугробы. Мороз усилился снова, и этот факт неожиданно принёс дивиденды — возле нашего офиса сегодня не обнаружилось ни газетчиков, ни зевак.
Сон-Хи и Розанна у себя в комнате читали газету.
— И где ты бродишь? — спросила меня Розанна, забыв даже поздороваться. — Мы тут, между прочим, сидим, такие прекрасные, и ждём восторженных отзывов! По поводу интервью, которые у нас взяли! Только не вздумай сейчас сказать, что ты не читал!
— Интервью с Сон-Хи прочитал вчера, а с тобой — ещё не успел. Да, это ужасно, спорить не буду, зато теперь готов узнавать всё из первых рук, с твоими бесценными комментариями.
— Ну ладно, будем считать, что вывернулся. Любуйся!
Розанна предъявила мне свежий выпуск «Нью-Пасифик Таймс» со своим огромным портретом. Да и вообще, интервью напоминало скорее фоторепортаж с комментариями. Школьные фотографии из римского пригорода, новые снимки, сделанные во время беседы с Коллинз, и кинокадры.
— Ну, ты просто звезда, — сказал я.
— А я о чём? Газету уже отправила бандеролью родителям. И автограф дала девчонкам на почте! А эта Коллинз — забавная, хоть и швабра. Чуть-чуть подначивала, но в целом — нормально с ней поболтали…
— Да, — согласился я, — ты ей понравилась в фильме, и она заранее говорила, что не будет тебя кусать.
— Я вообще всем нравлюсь, — сказала Розанна скромно.
— Мы уже поняли. А вот Сон-Хи, по-моему, нервничала на интервью, это читается между строк. Или я ошибаюсь?
— Нервничала, конечно, — подтвердила Сон-Хи. — Ты же знаешь, Дмитрий, как я боюсь эту выдру. Поэтому старалась отвечать очень коротко, обтекаемо. Читатели, наверно, решили, что я зануда.
— Вот и отлично. Ты же продюсер, а не стендап-юмористка, тебе надо производить серьёзное впечатление. А ты, Рози, признавайся — ходила с Манфредом по светским мероприятиям? Он ведь звал, но на фотографиях с саммита я тебя не заметил.
— Нет, не пошла, — вздохнула она. — Хотя желание было, да, врать не буду. Но я подумала — сейчас рядом с ним я буду смотреться как… Ну, как приложение к нему, понимаешь? Или как игрушка, которую он с собой притащил, вот просто для развлечения. А я хочу в светской хронике быть сама по себе. Чтобы прилагалась не я к кому-то, а все остальные липли ко мне. Так я рассудила. А тут как раз эта Коллинз нарисовалась по поводу интервью, и вот… Ну, и Джеф обиделся бы, если я бы с Манфредом красовалась…
— Не сомневайся, Рози, — улыбнулась Сон-Хи. — Теперь фанаты начнут вокруг тебя увиваться. Уже сегодня собрались бы, если бы не мороз. И пора мне уже нанять нормальную секретаршу, а то неловко, что на звонки у нас отвечает кинозвезда.
Прихватив газету, Розанна убежала к Мей-Лин и Джессике, хвастаться. А я протянул Сон-Хи свой мини-синопсис:
— Вот. Предлагаю такой сюжет для нового фильма.
Она прочла и задумчиво постучала по столешнице ноготками:
— Шпионский экшн… Ну, не могу сказать, что идея приводит меня в восторг, но да, соглашусь — нам нужно что-то подобное. Сейчас, как ни крути, для нас главное — сделать кассу… Но и пустышку снимать не хочется…
— Постараюсь, чтобы смысл тоже был. Посмотри финал.
— Да, вижу. Это как раз мне нравится. Но основная-то часть сюжета — беготня и погони… Нет, я не критикую, Дмитрий, просто прикидываю…
— Этот сюжет, по-моему, снимать надо в такой подаче. Если начнём искусственно добавлять высокохудожественные вставки, кино развалится. Будет ни то, ни сё. Если хочешь более интеллектуальный фильм, то и сюжет нам нужен другой. С этим надо определиться сразу, пока не начали.