Партизан (СИ)

Теперь на нее поднялось больше глаз. Большинство все еще смотрело без выражения, но в некоторых она увидела сочувствие.
— Нет, убила его не я. К сожалению, — сказала девочка. — Это сделал офицер республиканского флота. Но следующего, кто попытался превратить меня в раба, я уже прикончила самостоятельно. Перерезала ему глотку.
И улыбнулась. Просто подняла уголки губ и слегка показала зубы. Ни капли тепла или веселья в этой ее гримасе не было. Но имелось то, что бывшие рабы хотели увидеть. Решимость. Готовность идти до конца. И полное отсутствие жалости к тем, кто продает людей, как скот.
  
А еще надежду. На то, что раз маленькой девочке удалось спастись, то и у них может получится. По строю прокатились едва слышимый одобрительный шепот. Шая отлично знала, что нужно затронуть в почти умерших душах этих несчастных.
— Я хочу дать вам шанс, как когда-то дал его мне республиканский офицер, — произнесла она, оглядывая лица людей. — Не просто сбежать из плена и попытаться забыть обо всем пережитом. Освободиться по-настоящему. И жестоко наказать тех, кто посмел сделать вас рабами.
— Ты дашь нам убить наших хозяев? — спросил один из невольников.
Это был мужчина, возраст которого было довольно непросто определить — как и прочие, он выглядел где-то в промежутке между тридцати до пятидесяти годами. Такой же изможденный, как и все остальные, от других он отличался лишь тем, что с самого начала смотрел на стоящую перед строем девочку. Сейчас — с вызовом.
— Нет, — ответила Шая. — Иначе придется вырезать всю планету. Ваши враги не они.
— Рабами мы были именно у них, — возразил мужчина. Остальные поддержали его слова нестройным гулом. Кто-то даже набрался смелости выкрикнуть: — Это они со мной сделали!
Шая не стала выяснять, что именно с ним сделали. Шрамы тут были у всех, и не только на телах. Лишь кивнула — хорошо! Злость — правильная реакция. Ей не нужны забитые и запуганные рабы, ей нужны были воины. Пусть даже еще не знающие об этом.
— Это так, — сказала она. — Но они сам пленники этой планеты. Серьезно, люди! Их точно так же заперли на этом куске камня, и заставили жить, словно дикарей! Вся галактика по космосу летает, а вы тут застряли, будто в каменном веке на Прародине! Культы, рабский труд, старость в шестьдесят и неизлечимые болезни. Нет, вам не нужны деревенские! Чтобы получить свободу, вам нужны те, кто лишил вас ее. Те, кто считает себя хозяевами этой планеты.
— Пираты? — осторожно, будто пробуя это слово на вкус, уточнил неформальный лидер этой гопки. — Ты зовешь нас убивать пиратов?
— Да! А что, ссыкотно?
Здесь Шая презрительно фыркнула, мол — ну же! Я, девочка, совсем еще ребенок, не боюсь, а вы только услышали про пиратов и сразу задрожали?
— У нас нет оружия…
— Как тебя зовут, солдат? — резко перебила она его.
— Флант… И я не солдат!
— Каждый, кто хочет выбраться с этой планеты, Флант, должен стать солдатом. Или остаться гнить в этих джунглях. Ты хочешь выбраться с этой планеты, Флант? Или желаешь пожить еще немного в этих потрясающих условиях? Свежий воздух, экологически чистые продукты, близость к природе, а? Не отводить взгляд! Я задала тебе вопрос, солдат!
— В жопу эту природу! — выкрикнул вместо Фланта другой мужчина, стоящий в строю правее него. — В кишках уже сидит!
— Верно! — тут же поддержал его еще один. — Я хочу свалить отсюда!
— Да!
— Точно!
— Убьем пиратов!
Девочка позволила на некоторое время воцарится небольшому хаосу, но уже через десять секунд подняла руку, призывая к тишине. Строй тут же затих.
— Значит вы все-таки солдаты? Тогда я — ваш командир. Мое имя Шая Ренфолд, курсант военной Академии Элитеи и солнечник ранга подмастерья. Меня учили побеждать лучшие из лучших, и я сделаю из вас настоящих воинов! Советую это хорошенько запомнить, ведь ближайшие дни для вас превратятся в настоящий ад!
* * *
— Да не так же! Нет, Поток вас всех раздери! Вместе! Не разбегаться! Я кому сказала строй держать! Ори, хватит ржать, а то сам будешь ими заниматься!
Сказать, что сможешь создать из кучки вчерашних рабов войско, оказалось значительно проще, чем сделать это. «Солдаты» Шаи делали все, что угодно, лишь бы не выполнять простые приказы. Тупили, ныли, разбегались и даже умудрялись затевать драки друг с другом.
Четверо уже к концу первого дня тренировок отправились в импровизированный лазарет: один умудрился сломать пальцы на руке, второй серьезно вывихнул ногу при падении, а двое других просто отделали друг друга до полной потери сознания. Последних «верховный жрец Божественного» демонстративно отказался лечить. Мол, пусть полежат, пострадают и подумают.
И это при том, что в «партизанский отряд», как гордо именовал этот сброд Ори, пошли только действительно боеспособные вольноотпущенники. То есть — условно, конечно же — молодые и здоровые мужчины. Старики, женщины, калеки хоть и получили свободу, продолжали работать в хозяйственном секторе, только теперь без побоев и за честную цену. Как выяснилось довольно быстро, одними зомбями обеспечить поселок едой и водой было довольно затруднительно.
Но даже те, что ей достались не могли справится с элементарными задачами. Вот что, казалось бы, может быть проще: стоять и держать строй. Да, на который нападают анимированные низкоранговыми Зверями мертвецы, но так ведь и в бою так будет! Им ведь этому и нужно было научиться.
Когда разрабатывалась стратегия захвата других деревень в джунглях, Ори сразу же настоял, чтобы одаренные в изгнании духов из тел участия не принимали. Иначе, мол, устроим сами себе такой же зомби-раш, на который нарвались в столкновении с армией Багровых Кущ.
— Слабый Зверь не способен причинить вреда человеку, — объяснял он. — Ну, максимум, поцарапать, да и то не каждый. А вот управляя «куклой» — совсем наоборот. Но если мы будем их выбивать из тел, они просто отправятся на склады за следующим, и мы получим нескончаемый поток вражеских солдат.
А воевали Божественные Звери именно таким образом — это уже Кель поведал. Выставляли на поле кучу трупаков и устраивали махич. У кого тел больше, а духи прокачаннее, тот и победил. Потому и устраивали целые склады этих высохших мумий.
Ренфолд это все понимала, хотя в глубины шаманизма пока старалась не лезть. Даже после инициации связи со своим (своим!) Зверем Потока — рыжим бельчонком, которого она назвала Хвостик — девочка не готова была принять новый Путь.
Так что доверилась самому опытному в этих вопросах человеку в окружении. Нельзя, значит, нельзя. Будем тогда блокировать мертвяков. Сковывать, так сказать, их основные силы. Чтобы потом разом со всеми разобраться. Уж в чем-чем, а в стратегии, в отличие от шаманизма, она хотя бы разбиралась.
Этому своих «партизанов» она и учила. Разбила на три отделения, вооружила длинными палками, и заставила окружать и обездвиживать «тренировочных» зомби. Которыми, в качестве практики, управляли мелкие духи под руководством Ори и Анасдеи.
— Просто держите их, вашу мать! Что ты в него тыкаешь, Салани? Он уже дохлый, ты так его все равно не убьешь! Сбивайте этих троих в кучу и прижимайте друг к другу. Да, вот так! Нет, Флант! Нет! Да чтоб вас всех! Ори, уводи отсюда трупаков, я больше не могу на это смотреть!
За пару дней тренировок Шае кое-как удалось вбить в эту плохо организованную толпу базовые навыки дисциплины и жалкое подобие взаимодействия. То есть самые основы. О том же, чтобы три отделения, как она хотела, действовали сообща, не мешая, а помогая друг другу, и говорить было пока рано.
  
Тем не менее, именно таким наскоро подготовленным составом им пришлось вступать в бой уже на третий день.
* * *
— В смысле, соседняя деревня отправила свою армию? — прошипела Шая, за последние сутки спавшая от силы часа три. И сейчас, когда ее разбудили, очень желавшая кого-нибудь убить. — Кажется, план был в том, чтобы мы напали на них, а не наоборот?