Хранительница (СИ)
— Рита, пожалей. Иначе без посаженного отца останешься. Нога уже отваливается — он постучал по деревяшке — Конечно, отваливаться уже нечему, да и Люсю мою загоняешь. Тяжко, я же вижу.
Люся вытирала лоб, привалившись к стене. Да и дети тоже устали, плюхнулись на лавку в изнеможении.
А что же делать? Если я ничего не найду более или менее подходящее, не идти же в простом платье. Я растерянно обернулась, когда мой взгляд зацепился за что-то стоящее в самом углу.
Я подозвала хозяйку, указывая пальцем.
— Ой нет, это вам не подойдёт. Шилось давно на о-о-очень высокую и худую переброшенку. Да так и не пришла за ним, видно обратно отправили.
— Достаньте — твердым голосом сказала я.
Платье из белой и тонкой ткани оказалось действительно очень длинным, но село на талии идеально. Рукава от локтя расходились большим клином и закрывали пальцы. В моей голове уже начал вырисовываться фасон.
— А вы можете укоротить рукава? Длину убрать только спереди?
— Так разве можно? — укоризненно покачала головой хозяйка лавки.
— Можно.
Сняв платье и разложив его на столе, показала, что именно нужно сделать. Длину полукругом спереди, а сзади останется шлейф. Укоротить рукава и убрать горловину.
Хозяйка молча приняла заказ и уверила, что в течение часа все будет готово. Вот и хорошо, а мы пока перекусим. И, уже выходя из лавки, увидела чудесную ажурную ткань, висящую в качестве шторки на окне. Я подошла к ней, потрогав пальцами. Запыленная, но это ведь поправимо.
— Могу я купить у вас эту шторку?
Хозяйка удивленно захлопала глазами на странную покупательницу. На меня, то есть. Но махнула рукой:
— Забирайте.
В харчевне царило оживление. Народ уже начал праздновать. Мы заказали еду и нам предложили, в честь предстоящего праздника, отведать вино. Люся отказалась сразу и посматривала на Игната с тревогой. Игнат твердой рукой отодвинул кувшин:
— Я свою цистерну уже выпил.
Ну и мне ни к чему одной вино хлебать. Через час я забрала свое платье, и мы пошли в сторону дома. Люсе и Игнату вещи взяли уже возле дома. А дети категорически сказали, что пойдут в тех вещах, что я для них сшила. От шума на улице и смешения разнообразных запахов: цветов и готовящейся еды, у меня уже начала кружиться голова. Да и остальные были не в лучшем состоянии.
Мы добрались до дома и бухнулись в кровати.
***
Ближе к вечеру дверь распахнулась и вбежал Реммир.
— Рита, через два часа к Мельсину. У него появится немного времени, нужно успеть. А то потом вообще к нему не пробьемся.
— Наследница приехала — радостно сообщил он и Люся радостно вскликнула.
— А поесть у нас что-нибудь есть? — он был в радостном возбуждении.
— Есть, есть — сказала Люся
— И новости от Риты есть. Иди к столу, она тебе расскажет на счет свадьбы.
Он поднял брови, смотря на меня. Ну, Люся! Преподнесла как измену родине.
Пока мы накрывали стол, я изложила свои аргументы по поводу свадьбы.
— И всего-то? На столе голой не нужно танцевать? — улыбался он — Может традиция такая — развел он руками.
— А что? — я сложила руки на груди и сделала задумчивое лицо — Идея-то хорошая. Чтоб значит, все товар лицом увидели.
— Эй, я тебе сейчас покажу товар лицом — рванул ко мне Реммир. Я, смеясь, увильнула от его рук.
— Только то, что я сказала. Игнат — отцом, дети — обязательно, стол небольшой. Ну и все, пожалуй.
— Да без проблем, Рита. А теперь живо одеваться, а то знаю я вас, то я еще не готова, то мне нечего надеть — шлепнул меня по заду.
— Дети?
— Обязательно — кивнул он, приступая к еде.
Мы сполоснулись, оделись и спустились вниз. Реммир ждал нас возле двери. Я уже было собралась открыть дверь и выйти, но Реммир произнес:
— Порталом.
И открыл его. Передо мной появилось округлое отверстие, где ничего не было видно. Я испуганно остановилась.
— Я никогда не делала этого раньше. Это не страшно?
— Закрой глаза и вперед.
Дети прижались ко мне, и мы шагнули. Я ожидала кручения и верчения, вихря, наконец. В общем, насмотрелась дома фантастики. И ничего такого. Как в лифте, только с закрытыми глазами. Послышался смех.
— Все уже. Открывай глаза
Все? Я открыла глаза. Мы были в небольшой комнате, слева темный крепкий стол с высоким широким креслом, который сейчас был пуст. Напротив стола на стене карта Ваарии, я так понимаю. Подобную я видела, когда-то в селении, когда прибыл отряд столичных. Напротив меня во всю стену большой стеллаж с книгами. Я подошла, шаря глазами по полкам. Как я, оказывается, соскучилась по неповторимому запаху бумаги. Корешки старинных книг, местами потертые, перемешались со свитками. Я поднялась на цыпочки и аккуратно вытащила одну книгу наполовину, чтобы посмотреть название. Темнокоричневый переплет книги был покрыт пылью, название не читалось. Провела ладонью, смахивая пыль, и застыла с поднятой рукой. На меня смотрели глаза, которые несколько раз моргнули. Стараясь не шевелиться, поставила книгу на место. Еще одну взять? Подошла к другому краю полок. Тонкая книжица легко оказалась в моей руке. На обложке нарисован мужчина в старинной одежде. И только я захотела полистать ее, как мужчина зашевелился, посмотрел на меня и медленно поклонился. Я замерла и от неожиданности кивнула. Не культурно же не отвечать на приветствие. Также медленно поставила ее на место, отступила два шага и повернулась.
Реммир стоял, сложив руки на груди и улыбался. Дети замерли возле карты. Я тоже подошла к карте. Марк с Линой уже вовсю обследовали её, вскрикивая. Марк, как я когда-то, сунул палец в озеро и, вытащив мокрый палец, посмотрел на него, а потом лизнул.
В это время распахнулась дверь и, очень быстрым шагом, вошел невысокий сухощавый мужчина, в длинном, до самого пола синем балахоне, по подолу расшитый золотистой нитью. На голове невысокий колпак в той же цветовой гамме, из-под которого выглядывали седые волосы до плеч. Он увидел Реммира и остановился. Его морщинистое лицо озарила искренняя улыбка
— Ага, пришли значит. Ну-ка, ну-ка — окинув нас взглядом.
Очень внимательно посмотрел на Марка, перевел взгляд на Реммира и обратно.
— Ну вот, нашёл — его лицо озарила широкая улыбка. Он положил две руки на предплечья Реммира, чуть сжав их.
— Поздравляю!
— Ну, молодой человек, давайте знакомиться. — повернулся к Марку и протянул руку для пожатия.
Марк немного стушевался, никак не ожидая, что от такой важной персоны получит улыбку и рукопожатие. Затем взял себя в руки, степенно подошел и пожал руку старика:
— Маркел.
— Ага. Так, так. А вы, я так понимаю, отважная переброшенка? — он рассматривал меня, наклоняя голову то влево, то вправо. Его взгляд прошелся по мне с ног до головы, а затем проник в самую душу. Его глаза затуманились, словно пытаясь высмотреть что-то у меня внутри.
Внезапно он поднял глаза, словно высматривая что-то на потолке.
— Не понимаю — он растеряно посмотрел на Реммира. — Никакой информации. Ну, ничего, ничего. Завтра все встанет на свои места — он мимолётом потрепал Лину по голове, быстро подошел к креслу и сел на него, сложив руки на животе.
Он весело смотрел на нас, болтая ногами, а так как кресло было высоким, его ноги не доставали до пола. Мне стало смешно, а я так боялась попасть к нему на аудиенцию. Подошла к Реммиру и он положил свою руку мне на плечи, приобняв.
— Завтра великий день, дети мои — радостно сказал он, вскидывая руки — Наследница соединится с Силой, ох и заживем тогда — и он потер руки.
Реммир кивнул головой:
— Это понятно. С Ритой-то что? Остается? Сразу ставлю в известность, что мы женимся.
— Да ладно! Вот это новость, друг мой — он соскочил с кресла, подбежав к нам. Пожал руку Реммиру и потянулся ко мне с поцелуем.
— Хм — Реммир, улыбаясь, отодвинул меня подальше от Мельсина.
— Ты что? Я уж поди лет сто как не могу с женщиной тр.. — и осекся, осознав, что эту деликатную тему обсуждает при женщине, при мне то есть.