Игры смерти (СИ)

— Если бы я не понял общие принципы, не допустил бы её до работы, — подчеркнул Зиновий, хотя в глубине души понимал, что это не так.
Вики улыбнулась печальной улыбкой. Кое-кто никогда не признает ошибки.
Украдкой поправляя волосы, она хотело больше поговорить с другом про Дементия и его поступок. Но глаза адмирала уже горели вопросами, требующими незамедлительных ответов. И пусть весь прочий мир подождёт.
  
Каждый хотел своего. И немедленно.
«Таковы уж люди. Сначала себе, потом другим», — подумала Вики.
— У наземников была теория, Зём, — начала объяснять молодая училка. — Что не только у планеты Земля есть магнитное поле, но по всему космическому пространству «разлита» колоссальная энергия в виде глобального электромагнитного поля.
— Это как? — не понял адмирал. — От Солнца, что ли?
— Скорее, от Центра Вселенной, — поправила Вики. — Так вот в магнитном поле разной степени намагниченности пребывает вроде как всё сущее.
— Как тёмная материя? — сделал новую попытку понять Зиновий.
— Ну, тогда назовём это поле светлой материей. Или суперсилой. Да пусть даже «пятая фундаментальная сила физики». Не суть. В теориях люди всегда были смелыми. Правда ещё и осторожными в своих суждениях. Поэтому мы так ничего и не колонизировали, — отмахнулась Вики, уже привыкшая за время открытых уроков для наземников сокращать месячные курсы физики до предела. — Так вот, это поле с очень мелкой дискретностью и называется квантованностью. Оно представлено в виде сверхсильного электромагнитного взаимодействия.
— И что его связывает? — спросил «ученик на минутку». — Какая вообще сила способна связать… эм… ТАКОЕ в глобальном масштабе?
— Предполагается, что квант пространства-времени, — ответила физик. — Учёные дали ему номинальное название — «квантон».
— Это очень мелкая хрень, да? — прищурился Зиновий.
Вики посмотрела, как на неандертальца, вздохнула:
— Ты даже не представляешь, насколько.
— А на сколько? — на всякий случай спросил адмирал для общего развития.
Нахватавшись знаний хотя бы поверхностно, можно было тоже иметь представление о сути вещей. Не знать, но подозревать, что знаешь. Порой этого достаточно на фоне тех, кто не знает ничего.
— На десять порядков меньше атомного ядра, если помнишь, что такое порядок, — уточнила Вики. — Но квантон в то же время концентрирует энергию, намного превышающую ядерную.
— Круче, чем ядерная энергетика, выходит?
— Намного.
— И как это нам поможет с роботами и кораблём?
— Если та теория верна, то Хозяйка, инопланетяне или некие абстрактные силы создали что-то вроде антигравитационного двигателя, — выдала свой вердикт блондинка.
Всё-таки две самые умные женщины, показавшие высший результат в тестировании на Ай-Кью на планете Земля в разные времена, были именно блондинками.
Зиновий застыл, глядя на подругу.
— Иначе я не могу объяснить, что подняло корабль, — добавила подруга. — Мы же привыкли жечь бензин, а в космосе использовать окислители, чтобы он горел в безвоздушном пространстве. А сейчас ничего не горит, не выделяет энергию с избытком. Судя по отсутствию шума, но продолжающемуся полету, я могу предположить, что КПД этого использования энергии гораздо рациональнее. Процентов так под… сто.
Ребята прошли пустой холл с подсвеченными стенами и оказались перед большой дверью. Никаких панелей на этот раз рядом с ней не было. Но, судя по всему, дверь открывалась при приближении объекта. Как только люди подошли к ней, она уползла в стену. А перешагнув порог, ребята оказались в ещё более просторном помещении. Свет лился на этот раз откуда-то из-под потолка.
— Что это? Склад? — спросил Зиновий.
Вики покачала головой. Никаких стеллажей она не видела, разве что десятки роботов с магнитными движителями, что и двигателями-то и не назвать, пока строишь теории. Они носились вокруг огромного округлого строения, закутанного в броню, и могли отдаленно походить на роботов складского учёта.
Новый объект внушал уважение к своей защищенности. Как скорлупа защищает яйцо, эта полусфера надёжно хранила секрет, который был внутри. И как по виду, броня у объекта была такой толщины, что легко могла пережить попадание «пробивного» кумулятивного снаряда с ядерной начинкой.
— Напоминает наш подземный ядерный мини-реактор, — прикинул Зиновий. — Такую хрень в броне нашим тактическим модулем не взорвать. Надо её открыть.
— Полагаешь, это не уничтожит нас мгновенно?
Вики подошла поближе, провела рукой по броне. ИМИИ вывел данные, считав показатели со встроенного в руку датчика Гейгера.
— Нет. Это не ядерный реактор. Радиации настолько мало, что можно сказать, что она на нуле. Это… — тут Вики снова вздохнула. — Невозможный показатель даже при работающем гаджете. Или тут всё стерильно. Или…
— Или? — переспросил адмирал.
— Или в этом помещении и находится то, что забирает радиацию, — закончила подруга, вновь немного улыбнувшись новому сверхтехнологичному миру. — Аннигилирует её!
Зиновий присвистнул и эхо разлетелось по помещению. Простора в нём хватало.
— Так, а этот двигатель антигравитации… — прикинул Зиновий. — Он же нуждается в мощном источнике энергии?
Его не покидало ощущение, что за бронированной скорлупой полусферы идёт некая реакция, что как раз и выделяет сонмы энергии для питания корабля. Или может выделять в теории. А чем на практике занимается — ещё предстоит узнать.
— Ещё бы! — воскликнула блондинка. — Впрочем, точно говорить не буду, так как не знаю возможных габаритов самого движка. Но если всё работает так, как предполагали учёные прошлого, антигравитационному двигателю для питания понадобилось бы мощное устройство для питания. Что-то вроде квантовых генераторов гравитационных волн.
— Чего?
Под черепушкой словно зачесалось. Зиновий ощутил жажду. Хотелось пить, а ещё больше хотелось сладкого чая. Организм явно намекал на то, что ему не хватает глюкозы после всех потрясений.
— Гразеров, — улыбнулась подруга. — Антигравитационный двигатель не единственная теория, которая позволяет этому кораблю летать. Квантоны могут разгонять и квантовый двигатель. А в нём тяга в сотни раз больше, чем у сверхтяжёлой ракеты. А ещё могут быть построены ионные двигатели, плазменные. Проблема не в отсутствии теорий, а в том, что люди мало какую из них доводили до ума. А Хозяйка… смогла. У неё хватало времени, чтобы развить все наши наработки, Зём. Шестнадцать лет симуляцй для Суперкомпьютера наедине с собой — это как миллиарды лет эволюции человека, если брать временную парадигму.
Зиновий подошёл и осторожно коснулся бронированной сферы алой перчаткой. Погладив, произнес:
— Ну не то, чтобы прямо миллиарды. В любом случае, под этой шкуркой может быть всё, что угодно. А мы даже не обезьяны, которым позволили нажимать на все кнопки, пока не получится. Мы либо сразу подбираем верную последовательность, либо…
— … уничтожаем этот транспорт будущего своей тупизной, — подмигнула Вики. — Приятно осознавать, что от нас всё зависит. Но…
— … ошибаться не стоит, — договорил адмирал.
Вики улыбнулась. Настало время ей задавать вопросы.
Кому есть дело до науки, когда можно узнать, что хотел сказать Дементий своим проявлением… чувств?
Пока они беседовали в одном помещении, обезоруженному Демону в правом коридоре очень хотелось понять, что он сделал не так в отношении Вики.
Он дважды зашёл сбоку от Ольхи. То с одной стороны, то с другой. Наконец, когда она остановилась и уставилась на него с немым вопросов, спросил:
— Оль, что я сделал не так?
— Я бы сказала, что ты сделал это слишком грубо. Но начало положено, ты уже задаешь правильные вопросы, — ответила врач отряда, которой судя по всему, предстояло стать психологом, психотерапевтом или психиатром в ближайшее время, благо что разницу между этими тремя специальностями она знала.
  
Но поговорить им не дали. В конце коридора открылась дверь. Из прохода на миг показался шаробот. Едва обнаружив гостей, рванул обратно.