Хозяйка разрушенной крепости (СИ)

Ну, как «мы».
Понятное дело, что я больше выступала в качестве болельщика и надсмотрщика, следя, чтоб никто не стал тут же на месте есть нежное белое мясо, слегка пованивающее аммиаком. И делала я это не столько для того, чтоб никто не отравился – думаю, луженые желудки крестьян переварили бы его за милую душу – сколько чтоб всем всё досталось поровну. Я твердо решила руководить своими людьми по справедливости, ибо это самый простой и легкий способ заслужить авторитет у подчиненных, которым многие начальники зачастую пренебрегают.
  
У меня отличная память, и я где-то читала, что мясо акулы необходимо вымачивать чтобы избавиться от содержащейся в нем мочевины: у этих хищных рыб отсутствует мочевой пузырь, и моча выводится через кожу. И хоть у сельдевых акул мясо в этом отношении более здоровое, я всё равно приказала хорошенько вымочить его в морской воде, дополнительно растерев туда еще несколько кристаллов соли.
Пока мужчины занимались разделкой, я велела женщинам надергать рогоза из болота, причем вместе с корневищами. Когда же они принесли мне свою добычу, рассказала как запечь корни в костре, а также сама сделала салат из нежных молодых листьев и побегов, по вкусу напоминающих свежие огурцы и спаржу. Подсолила, попробовала – вкуснотища, за уши не оттянешь! А печеные в костре корни оказались на вкус как самая настоящая картошка! В общем, как в старом анекдоте, жизнь стала потихоньку налаживаться.
Пока суть да дело, пришло время для варки и жарки акулятины, причем Винс в приказной манере сказал:
- Из плавников варим суп для госпожи в отдельном котле! Они самое вкусное, что есть в акуле, и леди Элейн после такого подарка всем нам должна получить хоть какой-то ответный!
- Спасибо конечно, - улыбнулась я. – Но мне одной целый котел супа не съесть. Потому разделим его на всех, а одну рыбину зажарим. Будет у нас и суп, и жаркое, и салат, и печеные корни рогоза, и кабана доедим. В общем, гуляем!
Ответом мне был восторженный рев жителей деревни.
Ну и понеслось!
Работали люди с энтузиазмом, и вскоре над деревней поплыл аппетитный запах, от которого у меня аж слюнки потекли. Понятное дело, физические упражнения на свежем воздухе разгоняют аппетит до состояния, когда я сама была уже не прочь вгрызться зубами в сырое мясо, урча от наслаждения. Лишь усилием воли цивилизованная я смирила инстинкты чужого тела – тем более, что ждать пиршества оставалось недолго.
Но спокойно поесть нам не дали...
Разделку и готовку мы затеяли не некоем подобие площади, открытом месте в центре деревни, где, видимо, и происходили все более-менее значительные общественные события поселения.
И потому мы не заметили приближения опасности...
Внезапно из-за домов появились люди, вооруженные самодельными копьями и дубинами. Человек двадцать, не меньше. И впереди этой банды шел уже знакомый мне Ланселот с обнаженным мечом.
- Приветствую вас, добрые люди! – воскликнул он, картинно взмахнув своим оружием. – Рад, что удача посетила ваши жилища! Запах еды достиг нашего леса, и я решил, что негоже тем, на кого небеса ниспослали свою милость, наслаждаться ею в одиночестве. Думаю, если вы добровольно отдадите нам половину вашей добычи, это будет честно и справедливо – ведь всем известно, что поделиться пищей с голодным есть благое дело, за которое небеса непременно благословят вас.
- А не благословить ли тебя и твоих разбойников топором, что скажешь? – заворчал Винс. - Вы и так уже несколько месяцев отнимаете у людей последнее, словно волки, выгрызающие кишки у беззащитных овец. А хищных волков разумнее убивать, нежели вести с ними переговоры.
Ланселот усмехнулся, покачал головой.
- Смелые слова, Винс, достойные уважения. Но ты тут один настоящий воин, у которого годы отняли былую силу и сноровку. Остальные же простые крестьяне, сведущие в мотыгах и пахоте, но ничего не смыслящие в копьях и славной битве. Не заставляй меня и моих ребят перебить всех жителей этой деревни и целиком, без остатка забрать то, что вам удалось добыть.
Но тут случилось то, чего Ланселот не ожидал.
Забитые, истощенные, замученные голодом и несправедливостью люди внезапно распрямили натруженные спины, и я увидела, с какой силой их руки сжимают ножи, которыми они разделывали рыбу. А еще я рассмотрела в глазах жителей деревни очень нехороший огонь, с которым доведенные до отчаяния люди вполне способны голыми руками разорвать тех, кто пытается отнять у них надежду на лучшую жизнь.
Женщины, занимавшиеся кострами, поднимались с коленей, вытаскивая из огня горящие сучья. Старики с седыми бородами до пояса поудобнее перехватывали свои палки, явно готовясь пустить их в ход. Даже оборванные, грязные дети, оскалившись, словно хищные зверьки, начали поднимать с земли камни, готовясь с ними броситься на обидчиков...
Жители деревни начали медленно надвигаться на разбойников, и Ланселот, не ожидавший такого, невольно попятился, поудобнее перехватывая меч.
Он не испугался, нет. Просто, оценив обстановку, сейчас перед битвой выбирал место поудобнее – и пока было непонятно кто одержит верх в том бою. Разбойников было около двух десятков, жителей деревни, включая женщин и детей, примерно втрое больше. Но люди Ланселота были лучше вооружены, и, начнись битва, думаю, трупов было бы предостаточно и с той, и с другой стороны.
И, разумеется, допустить этого я не могла.
Дорогие мои читательницы!
Продолжаю знакомить вас с книгами нашего замечательного литмоба! )))
Позвольте представить вам новый роман от Ольги Иконниковой, из под пера которой вышли уже многие интересные книги в жанре бытового фэентези! Уверена, что и "Вязаное счастье попаданки" вам понравится так же, как и предыдушие романы этой потрясающей писательницы!
https:// /shrt/SoSb
  
Глава 13
 
- Стойте! – звонко крикнула я.
И вышла вперед, едва не коснувшись животом острия меча, который Ланселот держал перед собой, готовясь нанести первый удар.
- Ну что, рыцарь? – громко произнесла я. – Твой кодекс чести позволит тебе убить безоружную девушку?
На лице Ланселота промелькнула тень досады.
- Отойдите, леди Элейн, - поморщился он. – Мои люди хотят есть, и я не позволю им умереть от голода.
- А никому не придется умирать, если мы сможем договориться, - возразила я. – Мои люди тоже голодны, и, как видишь, готовы отдать свои жизни ради того, чтобы у них не отняли последнее. Так нужно ли нам всем погибать сегодня? Тем более, что у меня есть предложение для тебя и твоих людей.
- Предложение? – удивился Ланселот, немного опуская меч. – О чем вы, леди Элейн?
- О том, что пройдет лето, наступит дождливая осень, а за ней холодная зима, которая унесет много жизней твоих людей. Так может вам лучше присоединиться к нам, и вместе пережить и грядущую зиму, и последующие тоже?
Ланселот усмехнулся.
- Ну уж нет. Ни на какие блага этого мира мы не променяем свою свободу. Лучше умереть вольным человеком, нежели жить рабом, которому госпожа лишь из милости пока что не надела деревянный ошейник – но в любое мгновение может это сделать.
И тут до меня дошло!
Все эти люди, жители деревни, их жены и дети, а также Винс с его подчиненными – это мои рабы!
Собственность, такая же, как платья, скрученные и засунутые в узел с тряпьем...
В те времена это было так же естественно, как в моё время, допустим, найм людей на работу. Только тогда невольники людьми не считались. Господа даже свою скотину берегли больше – лучше кормили, меньше били, да и стоила она не в пример дороже раба...
Я почувствовала, как на мои глаза навернулись слезы.
И сразу же в голову пришло решение!
Простое и естественное, к которому людям предстоит идти еще много столетий, и они будут умирать тысячами, борясь за то, чтобы это решение было реализовано.