"Фантастика 2024-192". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)

– Вы должны скрыть его от нечистых взглядов! – зло прошептал Хумос в самое ухо, вложив мне в руки рулон полотна.
Вздохнув, обернула изваяние, скрыв его от жадных взоров толпы, что собралась на нижних ярусах, да по бокам лестницы, и помогла жрецам устроить статую внутри наоса. В этот момент «прибыл» усерхетамон и домик закрепили на нём.
Подошедшие служители попытались подсадить в лодку. О-о-о нет. Вниз по лестнице я пойду пешком! Ответила, что окажусь в ней только на берегу. Хочу размять ноги.
  
Тогда в мои руки вложили систры и под праздничные песнопения, все отправились к ожидающей ладье. В толпе мелькали знакомые лица ребят из второго и третьего отделения. Заботливые. Даже улыбнулась от разлившейся в душе теплоты.
У реки пришлось всё-таки перебраться в лодку к «супругу». Благо на той стороне дорога ровная и свернуть случайно шею мне не грозит… хотя… если только не случайно.
Храмовая пристань, а также всё свободное пространство вокруг было забито людьми. На причале нас вновь встречал Тутанхамон, с трудом скрывающий переживания. Рядом с ним стоял Аапехти, что-то спокойно ему вещавший. А вот выражение лица чати определить было трудно. Оно ежесекундно менялось. Уж не припадок ли у дедули?
По спущенным сходням божественную ладью, наконец, спустили. Тутанхамон переговорил о чём-то со жрецом и забрав у того воскурения, сам пошёл в обход усерхетамона. Я старалась спокойно улыбаться, глядя на мужа, посылая тому волны спокойствия и радости. Наконец, лицо супруга разгладилось и беспокойство ушло с его чела.
Хумос о чём-то усердно и вдохновенно втирал народу, а меня после этого внесли обратно на территорию храма… скорее бы домой.
Снаружи послышались гомон и крики радости. Народу объявили, что царь, в связи с праздником, раздаст хлеб и пиво жителям Уасета.
Поторапливая служительниц, быстро, но тщательно омылась и переоделась, желая поскорее покинуть «гостеприимные» стены храма. На вопрос остановившего меня на выходе Хумоса, о возможности ещё задержаться в городе, ответила решительным отказом. Могла бы, уже сама бы гребла, подальше отсюда.
– Может поедешь со мной в Шедит? – спросила Тутанхамона, наконец, прижавшись к нему в раскачивающимся паланкине. Чувствовала, что ему сейчас требуется моё присутствие рядом. Представляю, что он успел надумать, пока меня так долго не было. Надеюсь Зубери постоянно докладывал о происходящем.
– Ты же знаешь, песнь моего сердца, что я бы хотел вообще не расставаться с тобой. Но без поездки к войскам мы не увидим спокойствия в стране.
На что мне осталось только согласно кивнуть. В военное время царь должен быть победителем, иначе правление его будет недолгим. Меня же подобный вариант не устраивал от слова совсем.
Как бы Ипуи не возражал, приказала выдвигаться на следующее утро. Страшилась влипнуть опять в какой-нибудь праздник. Тутанхамона же удалось уломать на совместный проезд до Та-Дехенет, где моя флотилия повернёт к Шедиту, а корабли супруга отправятся на север. Это же почти неделя в спокойной обстановке, когда можно будет обсудить с ним мои идеи относительно снабжения войска провиантом и оружием. И раздельные лодки, это очень хорошо. А то одного отдельно взятого сотника становится как-то слишком много рядом со мной. Мужа я могу и одного пригласить. Ведь беременной женщине показан покой и участие…
  
Глава 9
 
Небольшая свежесть, идущая от реки, давала необходимую прохладу собравшимся под ярким навесом персонам, на корме огромной царской лодки. Рабыни с широкими опахалами скорее отгоняли мошкару, что в обилии роилась на воде, чем стремились охладить гостей своей Великой Госпожи. Свежий ягодный морс, терпкой кислинкой снимал накатывающие на меня приступы тошноты. Благо, вслед за ладьёй, на веревках тащили с десяток больших кувшинов, наполненных различными напитками, если вдруг проснётся желание к любому из них.
Как и в прошлый раз, все встречные по обоим берегам реки люди бросали работу и провожали наш «караван» упав на землю. Самое важное время – сев, почти заканчивалось. Чёрная от ила земля лоснилась, как и людские лица, когда те поднимались нам во след. Разлив этого года был богат, принеся плодородие.
В будущем, эту пору будут называть осенью… в настоящем же считают серединой сезона Ахет. Жара перестала быть столь удушающей и теперь приходилось прятаться от солнца только на пару часов в полдень. В остальное же время жизнь на лодках оставалась весьма активной. И дело не только в их команде, что вынуждена трудиться невзирая ни на что. Сейчас все поголовно были чем-то заняты, ведь мои грандиозные планы произвели просто фурор.
Во всю использую возможность находиться с Тутанхамоном практически наедине. Всех советников, включая чати, по моему настоянию ко мне в лодку не допускают. Просто откровенно прикрываюсь своей беременностью. В первый же вечер поведала мужу свои замыслы о строительстве сети складов по ходу следования войска. Обычно этим не заморачивались, постепенно подтягивая обозы. В настоящее же время грамотное хранилище, это здание из кирпича, создавать который в достаточном количестве вдали от реки невозможно. А везти готовые на место постройки настолько экономически и человеко-затратно, что почти сравнимо с сооружением погребального комплекса.
Притом создание оного даже в синайских песках, жречество бы ещё поддержало в расходах, но вот склады… Никто, включая супруга не понимал этой моей странной заботы о людях. Посему, говорила я в основном о запасах оружия и фуража. Лошади были слишком дороги, и конечно, на их содержании никто не экономил.
Идея же, выглядевшая для меня весьма простой, для людей этого времени казалась немыслима. Привычные нам натяжные каркасные сооружения вызвали ступор не только у супруга, но и у приглашенного по этому поводу сегодня на мою лодку, Майя. Казначей, и даже, можно сказать, «друг», Тутанхамона не мог понять, как я собираюсь сделать натянутую в несколько слоёв ткань достаточно прочной, чтобы противостоять хотя бы ветру с песком.
Пришлось предъявить «зацементированный» кусок материи, сформированный в подобие чаши. Майя долго его изучал, разве что на зуб не попробовал. Он явно был готов заявить, что это камень, если бы не одно «но»… по краям раствора не было, и несколько сантиметров не обработанного льняного полотна обрамляли сей странный предмет наподобие бахромы. На вечерней стоянке архитектор был просто «добит», когда ему на руки принялись поливать из той самой «чаши». Он долго стоял у реки, поднимая полный «сосуд» над головой, стараясь увидеть малейшую «течь». Затем опускал, удостоверяясь, что жидкость на месте.
Столь полезное «озарение» посетило меня в большой гончарной мастерской города Уасет, ещё при ожидании родов Туасерт. Разглядывая разрисованную не египетскими мотивами посуду, заметила гору раковин моллюсков, что добавляли в глину предварительно размолов. Один из мастеров-владельцев, оказался выходцем с островов средиземного моря, откуда ему и доставляли столь странный ингредиент.
Следуя неожиданно всплывшим воспоминаниям, выкупила почти всё и загрузила нескольких «братьев» экспериментом. Для этого на заднем дворе дворцового комплекса выкопали глубокую яму, обмазав глиной. Все раковины сложили туда, перемежая всей найденной на кухне скорлупой, высушенной травой и тонкими веточками акаций, что в изобилии росли в округе, но не шли на растопку. Горело недолго. Но самое важное, температура помогла «размягчить» материал. Затем получившееся переложили в широкие глиняные тазы, слоями чередуя с мокрыми листьями пальмы. Закопанная во влажном речном песке, «смесь» настаивались там несколько дней, и уже после этого, сменяя друг друга, «братья» смололи всё в мельчайший порошок, дополнительно просеивая получившийся результат. Вот вам и самодельный цемент.
  
Процесс был не сложный, но производить его стоило на берегу моря, тем самым обеспечив близлежащее «население» дополнительным заработком. Да и едой, если объяснить полезность довольно склизкой на вид пищи. Может начать просвещение с царя?