Спасите меня, Кацураги-сан! Том 4 (СИ)

— Значит, он действительно хотел избавиться от конкурента… Работая при этом в клинике «Ямамото-Фарм»? — удивился я. — Какой в этом смысл?
— Сотрудников «Генетиро-Хелс» допросили. Там тоже поднялась невероятная суета, — объяснил Эитиро. — Имён я не знаю. Знаю лишь то, что Ягами Тэцуро предлагали высокооплачиваемую должность в клинике при «Генетиро-Хелс». Он решил переметнуться, попутно задушив конкурентный препарат и корпорацию «Ямамото-Фарм» в целом. Только в конечном счёте ничего хорошего из этого не вышло. Да и как в итоге выяснилось, препарат, который производили в «Генетиро-Хелс» — это новое вещество для химиотерапии, а не «лекарство от рака».
— То есть, вся эта эпопея произошла практически на ровном месте? — осознал я. — Из-за жажды наживы они чуть не уничтожили действительно стоящий препарат. У «Онкокура» есть большой потенциал. Кстати, что в итоге решили сделать с препаратом?
— Не торопите события, Кацураги-сан, — улыбнулся Эитиро Кагами. — Понимаю, что вам интересно, но лучше я всё расскажу по порядку. После того как Ямамото-сама совершил несколько звонков, он лично изучил ваш отчёт о работе препарата. А после ознакомился с историями болезни испытуемых, которые попали в инфекционное отделение. Поначалу он не воспринял аденовирусную пневмонию всерьёз, посчитав её несерьёзной побочкой, но когда обнаружил, что некоторые пациенты чуть не погибли от опухолевой интоксикации…
Эитиро Кагами сделал паузу и отпил кофе. Хотя выглядело это так, будто в чашке было сакэ. А может, что и покрепче.
— В общем, Ямамото Мифунэ вскипел и сорвался на Ягами. Натравил на него полицию, наплевав на свой имидж и репутацию клиники. А сразу после этого ушёл в отставку. Теперь кресло генерального директора займёт его сын Ямамото Ватару. Он был одним из тех, кто, собственно, и занимался разработкой «Онкокура». Совет принял решение доработать препарат и выделить для этого столько времени и сил, сколько корпорация сможет себе позволить.
— Не могу сказать, что уход Ямамото Мифунэ меня как-то трогает, — пожал плечами я. — Но я рад, что они приняли решение продолжить разработку. Хорошо, что я всё-таки не отправил отчёт в Министерство Здравоохранения. Потенциал у препарата огромный. Главное, сделать его безопасным. На данный момент его эффект непредсказуем. У него ведь даже нет зависимости от дозы. Если пациент будет пить по половине таблетки или её четверти, содержащийся там аденовирус всё равно размножится и вызовет быстрый распад опухоли.
— Верное замечание, Кацураги-сан! — кивнул Эитиро Кагами. — Вас бы в наш исследовательский отдел. Не хотите пройти курс по…
— Нет, Эитиро-сан, — перебил его я. — У меня и так два курса в «Хиджиката-Медикал» висят. С меня достаточно. По крайней мере, пока что. Кстати… А если не секрет, какие нас ждут кадровые перестановки?
— Вы о новом главном враче? — спросил Эитиро Кагами. — Скорее всего, в скором времени с длительного больничного выйдет Акихибэ-сан. Он долгое время руководил поликлиническим отделением. Сейчас я выполняю его обязанности, но думаю, что так продолжится и после его возвращения. Скорее всего, именно его и поставят на должность главного врача. Он очень хороший специалист. И к коллегам всегда относился по-честному. С ним таких проблем, как с Ягами Тэцуро точно не будет.
— Неужели этот змеиный клуб, наконец, распутается? — усмехнулся я. — Кажется, клиника «Ямамото-Фарм» скоро потеряет свою главную фишку.
— Если честно, эта главная фишка уже у меня в печёнках сидит. Эти постоянные интриги, подставы, криминал! — воскликнул Эитиро Кагами. — Без этих факторов мы сможем полноценно заниматься медицинской деятельностью, научными работами, расширением клиники… В общем, всем тем, чему препятствовал Ягами Тэцуро.
— Это радует, — улыбнулся я. — Я уж думал, что этот момент никогда не настанет. Многие наши коллеги брали пример с поведения Ягами. Полагали, что таковы правила поведения в этой клинике, а значит, так можно вести себя всем. Опасаться собственных коллег… — я помотал головой. — Это совсем не про здравоохранение.
 
— Согласен с вами, Кацураги-сан, — кивнул Эитиро Кагами. — Оставшийся месяц нам придётся несладко. Без главного врача придётся долго раскачиваться, да и клинические испытания никто не отменял. Остальные препараты будут проходить проверку, несмотря на инцидент с «Онкокура».
— Кстати, а до выхода Акихибэ-сан кто-то будет занимать пост временно исполняющего обязанности главного врача? — спросил я. — Мне кажется, вы бы неплохо подошли для этой должности Эитиро-сан.
— Благодарю за тёплые слова, Кацураги-сан, но этот вопрос уже решён, — ответил Эитиро. — Пока что клиникой будет управлять председатель врачебной комиссии — Уёхара Ёсико.
Ёкай.
Неплохой вариант. Не знаю, каков из себя этот таинственный Акихибэ, о возвращении которого я слышу уже третий месяц, но Уёхара — хороший специалист. Уж от неё точно не стоит ждать никаких подделок документов, коррупции и прочей мишуры, которую так любил бывший главный врач.
Не удивлюсь, если она введёт обязательные вегетарианские буддистские обеды в клинике. Хотел бы я на это посмотреть.
— Что ж, Эитиро-сан, — я вышел из-за стола. — Раз вся эта кутерьма закончилась, давайте возвращаться к работе? Нас в клинике стало меньше, но это не означает, что обязанности тоже сократятся.
— Да, это точно, Кацураги-сан, — кивнул Эитиро. — Как раз наоборот. Работы теперь будет во много раз больше, чем было. Поэтому — дерзайте!
В профилактическом отделении меня ждал Кондо Кагари. Он уже закончил приём пациентов и теперь напряжённо пялился в стену, пока медсестра Нагиса Йоко что-то безостановочно бормотала ему на ухо.
— Кондо-сан, меня ждёте? — спросил я.
Кагари тут же вскочил со стула, чуть не уронив вцепившуюся в него медсестру на пол.
— Кацураги-сан! Как всё прошло? — забеспокоился он.
— Не здесь же, Кондо-сан, — ответил я. — Пойдёмте в мой кабинет.
Мы заперлись в кабинете заведующего профилактическим отделением. Я кратко рассказал Кондо Кагари всё, что мне удалось узнать. И ещё раз напомнил, что разглашать сведения ни в коем случае нельзя. На всякий случай.
— Значит, вас ни в чём обвинять не собираются? — спросил он.
— Нет, вопрос исчерпан, — сказал я. — Ягами Тэцуро сцапали. Нам больше переживать не о чем.
— Фух, — выдохнул Кондо Кагари. — Я очень рад, Кацураги-сан! Правда, в корпорации грядут большие перемены. Отец говорит, что многим теперь придётся несладко. Ямамото Ватару не такой мягкий руководитель, как его отец.
— Возможно, что это и к лучшему, — ответил я. — Я, конечно, не эксперт в этом деле, но думаю, что «Ямамото-Фарм» нужна крепкая рука. Если уж даже такой рядовой терапевт, как я, столкнулся с кознями совета директоров… Думаю, это о чём-то да говорит. Не хочу обидеть вас и вашего отца, Кондо-сан, но я всё же считаю, что совет директоров нужно прижать.
— Да тут я с вами спорить не буду, Кацураги-сан, — кивнул Кондо Кагари. — После всего, что вам пришлось из-за них пережить, я могу вас понять.
Внезапно в дверь моего кабинета кто-то забарабанил.
— Кацураги-сан! — послышался голос Лихачёвой. — Откройте!
— Лихачёва-сан, у нас с Кондо-сан небольшая планёрка, — ответил я.
— Вас ищет Накадзима Хидеки! — крикнула она. — Он сейчас в кабинете профилактики пьёт чай.
— Накадзима-сан? — удивился я. — Сейчас подойду.
— Закончим нашу светскую беседу в другой раз, — улыбнулся Кондо.
— Да и толку нам теперь ворошить прошлое? — усмехнулся я. — В корпорации и клинике грядут перемены. Только у нас ничего не меняется. Нужно работать, а не болтать.
Я повернул ключ и вышел из кабинета. Накадзима Хидеки уже набил рот печеньем, которым угощала его Лихачёва Хикари.
— О, Кацураги-сан, — промямлил он, пытаясь проглотить печенье. — А вы не рассказывали, что у вас такие красивые медсёстры профилактики!
— Добрый день, Накадзима-сан, — поклонился я. — Не было такой возможности.
— Я бы на вашем месте тоже их скрывал, — рассмеялся Накадзима. — Но я зашёл не медсестёр обсуждать, Кацураги-сан. Мне позвонили из «Хиджиката-Медикал». Они крайне удивлены, что кто-то смог закончить курс обучения меньше, чем за месяц.