Шоу продолжается (СИ)

— И ты сильный, — добавил Тэюн.
— Дальше-то что? — поторопил Хару Тэюна.
— Дальше… антипод заботливого парня — тот, кто нуждается в заботе. Уже не «принц», а «принцесса», потому что сам абсолютно беззащитен перед внешним миром, все окружают его комфортом и стараются не обижать. Не думаю, что такой есть среди нас. Четвертый распространенный тип — парень по соседству. Милый, симпатичный, но не супер-красавчик. Простой в общении, вежливый, веселый. То есть человек, с которым, как многим кажется, легко найти общий язык.
  
— Намекаешь на себя? — улыбнулся Хару.
Тэюн пожал плечами:
— Возможно. Кто знает? Дальше… бунтарь. Не обязательно в значении плохого парня, скорее — тот, кто немного не укладывается в рамки «хорошего парня». Тот, кто не будет подставлять вторую щеку, например. Или кто не станет молчать, когда его чем-то задели. Еще точно будет «сексуальный парень», он как раз иногда и является бунтарем. Насчет бунтаря не уверен, но Шэнь, когда танцует, очень секси.
Шэнь немного смутился, из-за чего все начали смеяться.
— Насчет четкого деления на архетипы лично я не уверен, но глупо спорить с тем, что на четверых мы закрываем разные представления девушек об идеальном парне, — продолжил Тэюн, когда они закончили смеяться. — Хочешь кого-то красивого, но со сложной душевной организацией — вот тебе Хару и храни тебя бог от его внезапных порывов.
Хару цокнул языком и легонько ткнул друга кулаком в плечо, но тот даже не обратил на него внимания, продолжив:
— Хочешь милого парня, с которым можно просто весело провести время? Это типа я. Нравятся накачанные парни, чтобы чувствовать себя в безопасности? Вот тебе Чанмин.
Тут Тэюн замолчал. Шэнь уточнил:
— А я тогда кто?
— Не знаю. По внешности мы все разные, но вот сказать, что в тебе выделяется в плане характера, я не могу…
— Возможно, стоит начать немного меняться, чтобы потом тебя не заставили делать это уже в группе? — весело предположил Чанмин.
Они продолжили еще обсуждать архетипы. В том числе, что в группу точно добавят какого-нибудь милашку и очень хотелось бы, чтобы это был не Нобу. Но Хару видел, что этот наполовину шуточный разговор как-то повлиял на Шэня: тот почти всегда молчал, словно о чем-то размышляя. Кажется, решает — каким типажом может быть.
  
Глава 3
 
Образ
 
Ли Шэнь был рад возможности вернуться домой на Чжунцюцзе, хотя цены на билеты, конечно, кусались. Но папа сказал — прилетай, если деньги не могут привезти тебя к семье, то зачем вообще их зарабатывать. Было немного неловко, потому что Шэнь и так прилично потратился. Лимит, выделенный ему родителями, не превысил, но хотелось-то вернуть им как можно больше.
[*Чжунцюцзе — китайское название главного осеннего праздника, празднуется в те же дни, что и корейский Чхусок. Традиции немного разные, но смысл одинаковый. По осени, когда урожай собран и всего в изобилии, люди собираются семьями для долгих застолий. Цель праздника — оказаться на грани жизни и смерти из-за обжорства)).*]
Кроме цен на билеты Шэня угнетало и утекающее время. Голос в припеве все еще срывался, а исполнить эту партию теперь хотелось особенно сильно. Он тренировался с утра с учителем, потом еще и вечером сам, и едва удерживал себя от пения в течение всего дня. Знал, что так можно повредить связки, что лишит его возможности спеть вообще хоть что-то.
А тут еще тот разговор в ванной, за поеданием курочки. Он заставил о многом задуматься.
Шэнь понимал, что Хару о чем-то умалчивает, он точно рассказал не все. Но, скорее всего, о некоторых нюансах он не может рассказать из-за контракта о неразглашении, наличие которого неоспоримо. Скорее всего, им давали какие-то гарантии — не показывать в дурном свете, например.
Шэня это не обижало и не задевало. У всех есть право на маленькие тайны. Они знакомы менее двух месяцев, было бы странно требовать от Хару полной откровенности.
Но важнее в том разговоре были не вопросы Чанмина, а то, о чем они говорили позднее — архетипы в мужских группах.
Шэнь никогда не задумывался о том, что ему после дебюта придется кого-то изображать, но, скорее всего, это правда. Даже среди его китайских знакомых, которые уже дебютировали, наблюдается некоторое изменение поведения. К этому готовят. Есть что-то вроде шутки, что после дебюта ты должен будешь постоянно «играть самого себя». То есть делать все напоказ, реагировать ярче, проявлять эмоции сильнее, чем в обычной жизни. Потому что сам по себе ты не интересен, нужно добавить немного специй: харизмы, красоты, необычных привычек. Причем твое поведение еще и в контракте могут прописывать.
Но… всегда ли ты играешь самого себя? Он вспомнил своего знакомого, обычный был парень, ничем не выделялся, кроме милого типа внешности. После дебюта он вдруг начал вести себя очень по-детски, еще и немного манерно, даже женственно. Шэню это всегда казалось крайне странным. Он помнил этого парня ранее, там ничего подобного и близко не было.
То есть, получается, образ могут навязать, если это необходимо агентству. Нужен им добрый и солнечный мальчик, ты им и станешь, даже если идея тебе не нравится.
У Хару есть собственный яркий образ, который продюсерам нет смысла менять. Тэюн, в целом, тоже соответствует распространенному типажу. Фанаты их противопоставляют (как солнце и луна), обсуждают их яркие характеры и то, какие они настоящие и интересные. Этим двоим повезло, их настоящие личности оказались лучше любого фансервиса.
С Чанмином вышло немного иначе. Будучи самым старшим и опытным, он взял на себя обязательства, стал вести себя как ответственный и заботливый лидер. Это очень удачно наложилось на его внешность — у него мужественные черты лица, развитая мускулатура, он случайно и очень удачно попал в образ. Сильный и заботливый, как папочка для группы, или идеальный муж для фанаток.
А что с самим Шэнем? Даже парни со стороны не смогли определить его образ и типаж. Кто он?
Иметь собственный яркий образ еще до дебюта не обязательно, иначе все агентства перед началом шоу инструктировали бы своих трейни, как им себя вести. Но на шоу все такие, какие есть. Ну, не считая совсем отбитых, вроде Нобу. А что будет после? Вот соберется группа из семи человек, в ней уже есть образ идеального отца-защитника, образ загадочного принца и образ парня по соседству. У Шэня типаж не проявился на шоу, поэтому можно из него можно вылепить то, что нужно продюсерам.
Он иностранец в Корее. И знает, что к нему все равно отношение будет хуже, чем к своим. Пусть без вреда для здоровья, обмана или психологического прессинга, но все же продюсерский состав о его желаниях и потребностях будет думать в последнюю очередь. Могут сказать, что он теперь — плохой парень, и будет он тогда все три года карьеры в эпицентре хейта корейских «нетизенов».
[*В к-поп нетизенами называют всех интернет-комментаторов разом, независимо от того, на какой площадке они все это пишут и почему этим занимаются.*]
Хочет ли он этого? Без сомнения — нет. Значит, самым правильным вариантом будет создать себе яркий образ самостоятельно. До того, как на него повесят роль, которая ему неприятна.
Но вот беда — он не мог понять, от чего отталкиваться. Какой он? Что ему подойдет? И что будет ярко выглядеть на экране?
Хару нельзя назвать душой компании. Он мало кого пускает в свой круг общения, с людьми за пределами этого круга ведет себя отстраненно, пусть и подчеркнуто вежливо. Но ты, общаясь с ним, чувствуешь эту незримую черту, за которую тебя не готовы пускать. Для Тэюна этой черты практически и нет. Для Шэня она постепенно отодвигается, Хару подпускает его все ближе.
  
Хару очень наблюдателен. Он видит, кто с кем больше общается, кто кому не нравится, у кого какие проблемы. Но Шэнь раньше не замечал, чтобы Хару с этим что-то делал.
А тут… с этими мыслями он вернулся в комнату и сел в ногах кровати Хару.
— Ну, и о чем ты последние дни так громко думаешь? — спросил тот…