Принцесса на измене (СИ)
Старший инквизитор Кэзир Фирион рухнул — и остался лежать.
Мириэль, тяжело дыша, хищно улыбнулась, сдула с лица черную прядь, выбившуюся из гладкого пучка на затылке.
— Ну вот, — сказала она. — Кто теперь самонадеянный?
— Безусловно, он, — сказал незнакомый веселый голос.
Я оглянулся.
На опушке леса стоял еще один синдикатовец — еще один киборг, блин! Или не киборг… В отличие от Фириона, этот тип выглядел как человек в стимпанк-доспехах. Он сильно уступал ростом покойному инквизитору, да и особой шириной плеч похвастаться не мог. Довольно компактный тип, хотя карликом тоже не назовешь. Без доспехов, наверное, сухощавый и худощавый, как Антонио Вилья.
— Мира, под барьер, быстро! — резко, властно и очень громко приказала Рагна. Так, что я аж дернулся, хотя сам-то находился под барьером — и дернулось еще несколько человек на поляне.
Мириэль тоже не стала мешкать: сделала сальто назад с места, барьер на секунду разомкнулся, пропуская ее, и сомкнулся снова. Высший пилотаж, я так не могу (это я не про сальто — это я про виртуозное управление барьером со стороны Рагны).
Человек в доспехах тоже светился магией. И у него было Ядро Нежизни. Очень яркое Ядро Нежизни. Самое яркое, которое я видел, считая даже Ядро Рагны! Такое, как будто ему не мешала живая плоть!
— Это лич… — громко и четко, так, чтобы все на поляне слышали, проговорила моя самая немертвая жена. — Древний лич! Он убьет любого, кто выйдет за барьер — сразу душу убьет! И на нем артефактные доспехи, которые компенсируют проблемы личей в обороне!
По нашим спутникам пронесся легкий шепоток. Кажется, я услышал, как кто-то сказал: «Да никто особо и не рвался…».
— О, юная леди меня раскусила? — шутливым тоном поинтересовался немертвый некромант. — Ну естественно… Что ж, пора вам, детки, поиграть по-взрослому.
С этими словами он подошел к трупу Фириона и легонько пнул его носком сапога.
— Вставай, идот, — сказал лич без тени сочувствия. — Хватит разлеживаться!
В наплечниках и металлической макушке киборга засветились неоново-зеленые полосы. После чего он поднялся! Практически ничем не отличаясь от себя прежнего. Но я видел окутывающий его магический туман… Нет, локализованный магический туман!
Фирион повертел головой, размял пальцы. Он не выглядел как труп, поднятый некромантом, он выглядел, как…
— Это ведь филактерий, встроенный в собственное тело пользователя, и подключенный к артефактным управляющим контурам? — спросила Рагна тоном научного любопытства.
— Какая умненькая девочка! — усмехнулся лич. — С полувзгляда поняла! Право, жалко, что не удастся взять тебя в лабораторные ассистентки.
Потом он обернулся к Фириону, который потирал челюсть — видно, говорить, действительно не мог! — и сказал с издевкой:
— «Да тут близехонько, да я ее чувствую, да зачем брать отряд, вдвоем справимся с этими дикарями»! Ну как, справился? — и добавил уже наставительным тоном: — Просуществуешь с мое — поймешь, что никакая страховка никогда не лишняя! Давай, иди уж… гуляй. Ядро потерял, благословение богини потерял — толку от тебя теперь чуть. А дел еще дохрена, я за тебя отдуваться не желаю.
И немертвый Фирион действительно ушел! Что-то проскрежетал напоследок, а потом, удивительно не в характере, показал Мириэль средний палец. Моя эльфийка сжала зубы — но промолчала.
Проводив Фириона взглядом, некромант обернулся к нам.
— Значит, так, — сказал он. — Моя прекрасная коллега, чисто из умиления вашей юностью и интеллектом, предлагаю вам возможность продолжить существование. Выдаете мне принцессу с ребенком и эльфийку. Своего любовника с интересными пристрастиями, так и быть, можете оставить. Остальных людишек тоже, если они вам зачем-то нужны. И забываете дорогу в эти края. Все понятно?
— Да, — сказала Рагна.
И ударила чистой некромантской силой — через барьер.
Барьер от этого не пострадал и не нарушился: разумеется, Нежизнь он пропускал. Но мощный зелено-фиолетовый луч ничуть не повредил старому личу. Тот просто поднял ладонь и выпустил навстречу такой же луч, только толще — и явно мощнее. Два потока силы встретились, сплелись, выпуская в разные стороны змеящиеся молнии. Один-в-один сцена из почти любого фильма про противоборство магов!
— Сразу ва-банк? — тоном приятного удивления воскликнул лич. — Говорю же, умненькая! Если бы умудрилась застать меня врасплох, то имела бы тень шанса. А так все. Дело пяти минут максимум.
Я обернулся к Рагне. Моя жена стояла, вытянув руку, совершенно спокойная и невозмутимая. Черты белой маски оставались такими же, как всегда. Но я знал, чувствовал, что на самом деле она напряжена, как струна и выкладывается на полную — не телом, которого у нее почти нет, душой! Изо всех сил я постарался помочь ей, раскрылся, потянулся навстречу, как во время ритуала — на, бери, если я чем-то могу помочь, черпай, сколько получится!
— На что ты рассчитываешь? — спросил старый лич. — Пытаешься выиграть своим пару минут жизни? Так это все равно, далеко они от меня не уйдут.
Я услышал шепот маленького Миша: «Мама, мне страшно».
И тихий ответ Хелены: «Не бойся, милый. Твою душу он не убьет».
Поглядев на принцессу, я увидел, как она достала откуда-то кинжал. Одной рукой она прижимала к себе сына, другой сжимала рукоять.
— Рагна, — сказала жена Мишеля. — Предупреди за тридцать секунд!
Я сжал зубы и кулаки, сразу же поняв, что она задумала. Но имел ли я право ее останавливать? Разве что отобрать у нее кинжал и сделать грязную работу сам, когда не будет уже другого выхода. А заодно и ей самой оказать ту же услугу.
— Не торопись, — спокойно сказала Рагна, не отводя взгляда с противника.
— Именно, не торопись, — бросила принцессе Мира. — Рагна справится.
— Да, — подтвердила моя немертвая жена. Зелено-фиолетовый луч из ее ладони еще усилился. — Потому что он забывает об одном важном понятии.
— Силе любви и дружбы? — с издевкой уточнил старый лич.
— Стоячей волне.
— О чем, о чем?
— Не знаешь, что это такое? Когда магия не может пройти по пробитому каналу, она, как и любая другая энергия, в нем накапливается. А потом…
— Что⁈ — тон старого лича изменился. — Ты совсем спятила⁈ Дура!
Честно говоря, я почти прокричал то же самое — потому что сразу понял, что сейчас произойдет. Накопленная энергия, которой некуда больше деваться, возвращается к источнику — и сжигает его нахрен! Бросился к Рагне, сам не знаю, зачем — то ли схватить ее за руку, из которой вырывался поток света, то ли обнять, то ли…
Слишком поздно. Объединенный луч света между двумя некромантами полыхнул невыносимо яркой фиолетовой вспышкой — и пропал.
Раздался грохот и металлический лязг: доспехи древнего лича рухнули на землю.
При этом безумно ярком свете, затмившем заходящее солнце, я отчетливо видел, как гаснут глаза Рагны, как на землю с шелестом опадают ее платье и белая маска. Как из отверстий одежды вырываются облачка мельчайшего черного праха. А вот как гаснет некромантский барьер за спиной, я не почувствовал — сила Нежизни меня покинула. Вместе с той, кто ее давала.
Но…
Над темно-синими тряпками, которые еще недавно создавали иллюзию женского тела, вставал знакомый сияющий силуэт, едва видный в наступающих сумерках. Рагна! Такой, какой она была в последние минуты жизни в замке Пренов — с длинными черными косами, перекинутыми на грудь, в пышной ночной рубашке с кружевным воротником!
Губы призрака шевелились, она что-то пыталась мне сказать, но я ни звука не слышал. Вот она оторвалась от земли, косы взлетели, как будто гравитация утратила над ними власть, ткань рубашки вздулась колоколом и чуть приподнялась, открыв тонкие лодыжки с изящными ступнями, которые уже не касались земли…
Нет! Как это вообще случилось — и так внезапно⁈ Как⁈ Почему⁈ Нет, нет, нет! Не может быть!
Как же я без тебя⁈
Глава 10
Вовремя отпустить
Только не снова! Только не это!