Женские истории. Просто о сложном (СИ)

— Как думаешь, гости ещё не разошлись? — Марина отпивает шампанское из зелёного горлышка. В глазах безумие и отвага. Шёлковый лоскут разорванного рукава чёрной рубашки полощется по ветру, обнажая синяки на смуглой коже. Фата на растрёпанных волосах съехала набок.
— Думаю, ещё ждут. — смотрю на подол чёрной мини-юбки Марины. — Эти ублюдки точно не тронули тебя?
— Нет. Уроды, конечно. Тридцать кусков! Цена моей жизни — пятнадцать твоих зарплат, — Марина достаёт из-за широкого пояса смятую красную пачку сигарет.
— Ты как, вообще, к ним попала? — Достаю зажигалку и щёлкаю колёсиком. — До свадьбы невеста дома сидеть должна. Не показываться никому.
— Ты в Ветхом завете это вычитал? — Марина пускает дым кольцами. — С девичника возвращалась. Скрутили и затолкали в «девятку» красную, с чёрным крылом…
— Что же со страной сделали, пока я в песочке по горам бегал?
***
Цыган
Замираю в дверном проёме прокуренного полутёмного зала. Отжал под себя недавно ресторанчик. Денег вложить в ремонт, казино на втором этаже наладить и нормально будет качать.
— Здорово, босс! — подваливает ко мне Рыжий, самый расторопный из моих бригадиров.
— Злой, как демон сегодня. Хочу мяса и крови. Девственной. Но так устал, что согласен просто развалиться в кресле и слить негатив в рот хорошенькой тёлочке.
— Девок полный зал.
Оглядываю придирчиво разношёрстную публику. Народ толпится у бара, а на танцполе зажигает стайка разгорячённых девиц под луноликого Маликова. Мой взгляд жадно выхватывает стройную фигурку в чёрном платье и туфлях на умопомрачительных каблуках. Фата на голове малышки возвращает меня к мыслям о девственнице. «Ты моей никогда не будешь» — заливается певец, и я берусь доказать обратное.
— Что за табор в моей харчевне? — хватаю за шкирку пробегающего мимо халдея и киваю в сторону сцены.
— Девичник, — в блёклых, как у рыбы, глазах плещутся страх и подобрастие. — У той, что в фате, свадьба завтра.
— Дивно, — стрелка барометра настроения ползёт вверх. — Что за тёлка, кто жених. Слышал что?
— А как же? Я стол их обслуживаю, — халдей облизывает губы. — Жених нищеброд, только из армии вернулся. Девки, как захмелели, давай отговаривать… Марину, если не путаю имя…
— А ты не путай, — напоминаю халдею с кем дело имеет.
— Точно, Марина! Победительница конкурса красоты. Вся такая из себя фотомодель, а отказалась от западного контракта, чтобы замуж выйти за своего утырка.
— По залёту может?
— Так в том-то и дело, что целка до сих пор.
— А чего не поехала тогда бабла подзаработать?
— Жених больно идейный.
«Ты моей никогда не станешь!» — упивается своей немощью певец, а у меня аж в яйцах звенит от желания.
Музыка стихает, и девицы из компании невесты облепляют барную стойку. Хлопаю халдея по плечу.
— Передай бармену, пусть фирменный коктейль забацает невесте. Двойной. Выпьет — выпивка подругам за счёт заведения.
— Слушаюсь, — халдей рысцой ретируется в сторону бара.
Рыжий кивает в сторону тёлок:
— Хороши чертовки.
— Да, особенно невеста, — цокаю языком и достаю сигарету. — Пойду посмотрю, чем дышит. Такую и украсть не грех.
— Только скажи, — Рыжий щёлкает бензиновой зажигалкой и помогает прикурить. — Доставим в лучшем виде.
— Мне нравится ход твоих мыслей. Пойду пощупаю товар, — подмигиваю ему и двигаю в сторону барной стойки.
Народу полно, но меня хорошо знают местные завсегдатаи и расступаются в страхе.
— Вот это не «Амаретто Дисаронно», — понтуется перед барменом Марина, потягивая из бокала коричневую смесь. — В нём будто водки влито литр. Я пила настоящий, знаю.
«Тоже мне барный аналитик выискался — ухмыляюсь про себя. — Конечно, в нём водка. И её много».
— Вы большая дока, — белобрысый бармен ловит мой взгляд и замешивает термоядерную смесь в шейкере. — За счёт заведения вам наш фирменный коктейль.
— Вау! — хором вопят две тощие брюнетки-близняшки в кожанках и джинсовых шортах.
— Круто! — закатывает глаза конопатая дылда.
Бармен подаёт стакан Марине:
— Если залпом приговорите, то за выпивку до конца вечера можете не платить! И подруги тоже.
 
— Нет, — смех у Марины мелодичный. — У меня свадьба завтра. Должна быть бодрячком.
Я встаю за её спиной и касаюсь, будто невзначай шелковистого локона. Так и намотал бы сейчас её волосы на руку да в отдельный кабинет затащил.
— Ну, Марина, — канючит рыжая толстуха. — Сэкономим на выпивке. И так гуляем на последние.
— Когда ещё соберёмся так? — обнимает Марину блондинка с жуткими стрелками и фиолетовыми тенями. — Муженёк тебе быстро мальца заделает с армейской голодухи.
— Уговорили, — Марина вытаскивает трубочку и, запрокинув голову, медленно опустошает бокал. Грохает толстым дном о стойку, хватает воздух ртом и хрипит: — Он сколько градусов?
Я кладу руку Марине на плечо. Мне не терпится забрать подарок судьбы на эту ночь.
— Пойдём потанцуем!
— А я не танцую, — Марина разворачивается на высоком табурете.
Мерит меня презрительным взглядом, облокотившись на стойку. Поплыла девка.
— А я не спрашиваю, — сдёргиваю её со стула и, придерживая, чтобы не упала, тащу к сцене.
— Люблю дерзких мужчин! Заскочу в туалет на минутку и покажу тебе небо в алмазах, — перестаёт она сопротивляться, и я ослабляю хватку.
Алкоголь в голову ударил или блефует? В серых глазах Марины бесенята пляшут зажигательную «Ламбаду». Похоже, готова девка! Хватаю её за руку, сворачиваю в коридор к туалету:
— Только если на минутку.
— Ты даже не успеешь соскучиться! — Марина, икнув, тыкается губами в мою щёку и скрывается за дверью.
Моего терпения хватает ненадолго. Толкаю плечом дверь. Ветер гуляет по распахнутым дверцам обшарпанных кабинок. Твою ж мать! Окно в женском туалете для меня неприятный сюрприз. Хлопаю рассохшейся рамой с такой силой, что стекло вылетает и с треском обрушивается на пол.
Выпрыгиваю через окно во двор-колодец, выбегаю на улицу. Кинула стерва!
Возвращаюсь в ресторан, подзываю Рыжего и встряхиваю за грудки:
— Марину эту мне из-под земли достань!
— Свалила что ли? — озирается он по сторонам и заверяет меня. — Сейчас из подруг адрес живо вышибем! На хату к тебе везти или в баню на Фонари?
— Сегодня я себе Анжелу вызову. А жених Марины мне денег с этого дня торчит… Тридцатку. Думаю, замуровать окно в туалете хватит. И Марину себе насовсем хочу. Годная девка.
— А если у него таких денег нет? С армии он только? — уточняет аккуратно Рыжий.
— Учить тебя что ли надо? Сам же про похищение говорил, — кровь бурлит в жилах от предвкушения скорой расплаты. — И девку перед свадьбой умыкнёшь, и бабки с гостей сдерёшь. Да… Какая свадьба без драки? Наваляй жениху для ума. Небось все два года на трамбоне дудел и политгазету рисовал. Ненавижу идейных! К четырём часам завтра и Марину, и бабки сюда привезёшь.
— Похищение по-русски?
— Именно.
«Ты моей никогда не станешь…» — вот зараза песня привязалась!
***
Саня
— Девочка моя, — хриплю я Марине в рот, не в силах больше сдерживаться. — Пусти меня…
Противная трель звонка возвращает меня к действительности. Подпрыгиваю на постели мокрый, с дымящейся шашкой в труханах. Если б дотянулся, расколол бы этот чёртов телефон. Такой сон прервать! Мать просовывает в дверь голову в бигудях.
— Сань, возьми трубку! А то кот с утра кухонный аппарат расколошматил. Паразит! К холодцу подбирался.
— Да, мам, — прикрывая от неё хозяйство одеялом, вскакиваю с постели и хватаю трубку. В потёртом окошке телефона пробелы. — Номер не определился.
— И давай вставай, жених. — Мать хлопает дверью.
Не жалует она Марину. Но стол взялась приготовить. На ресторан денег у нас нет. Надо свалить сейчас к Андрюхе. Тётки приедут помогать матери, весь мозг мне сожрут. Маринкина мама после смены отсыпается и тоже подойти обещала.