Сеть орбитальной блокады

Первыми по целям отработали главные калибры. Яркие вспышки разгонных импульсов переводили тяжелые снаряды в режим полупогружения в гипер и придавали им начальную скорость. Для сканеров сторонних наблюдателей они двигались к целям намного быстрее скорости света, хотя в обычном трехмерном пространстве снаряды перемещались не быстрее сотни километров в секунду. Однако полупогружение в гипер искривляло пространство и время. При этом снаряд не покидал полностью привычное людям пространство, но всё же частично уходил в так до конца и не познанную учеными бездну многомерности, открывшую когда-то кораблям людей путь к далеким звездам. Конечно, для межзвездных перелетов требовался полноценный гиперпрыжок, но для полетов внутри планетных систем гораздо больше подходило именно частичное погружение в гипер, да и энергии оно требовало на порядки меньше.
  
На этот раз снаряды ударили не по фантомам, а по настоящим целям, однако корабли третьей силы, сопоставимые по размерам со стандартными корветами Республики, в очередной раз показали, что способны очень неприятно удивить любого противника. Их силовые щиты полыхнули огнем и уверенно отразили полный залп двух линкоров и трех тяжелых крейсеров эскадры генерала Курга. Конечно, далеко не все снаряды достигли целей, примерно четверть из них была сбита на подлете каким-то мощным, но явно не слишком дальнобойным энергетическим оружием, ещё треть просто прошла мимо в результате предпринятых врагом маневров уклонения, но попаданий всё равно оказалось очень много. Любому корвету Державы или Республики даже их малой части хватило бы, чтобы превратиться в быстро рассеивающееся облако плазмы, однако ни один из кораблей третьей силы не только не был уничтожен, но даже не получил повреждений.
Тем не менее, попадания тяжелых снарядов врагу явно не понравились. Его боевой ордер распался, и корабли начали быстро разгоняться по разным векторам, стремясь разорвать дистанцию и выйти из зоны действия непонятного устройства, сумевшего пробить их маскировку. За уходящим противником устремились легкие корабли генерала Курга, надеясь максимально сократить дистанцию для уверенного пуска торпед. Однако новый залп врага сильно поумерил их пыл. Уже знакомые Хагу узкие полупрозрачные пространственные тоннели протянулись на мгновение к эсминцам Республики. Сквозь них к кораблям людей скользнули бледно светящиеся росчерки, и девять вымпелов эскадры генерала Курга ярко вспыхнули и исчезли с тактической голограммы.
– Всё.. – обессиленно выдохнул кейр Гуш, медленно оседая на пол.
Свечение кристалла в навершии его жезла померкло, и одновременно отметки кораблей третьей силы в объеме тактической голограммы превратились в мутные расплывающиеся шары, медленно увеличивающиеся в размерах. Новейшие сканеры линкора «Консул Мар» всё же смогли вцепиться в них узко сфокусированным излучением, но качество захвата целей снизилось во много раз, и по мере увеличения дистанции до противника оно продолжало ухудшаться.
– Входим в зону уверенного сканирования поверхности планеты, – доложил оператор контроля пространства, и полковник Хаг внезапно с предельной отчетливостью осознал, что произойдет в следующие несколько секунд.
– Экипажу загерметизировать скафандры! – успел приказать полковник.
Что интересно, его приказ прекрасно поняли не только члены экипажа крейсера, но и находящиеся в боевой рубке иншеры. Их силуэты окутало мягкое сияние – так режим дополненной реальности визуализировал активированные союзниками артефакты силовых щитов. А в следующее мгновение корабль полковника Хага буквально расколол надвое чудовищной силы удар.
 
Глава 2
 
Противник остался верен своей тактике. Как только в сражение вмешался некий фактор, способный хотя бы временно свести на нет его преимущество в качестве маскировочных полей, враг сразу же приступил к его ликвидации. Видимо, враг смог точно определить, с какого именно корабля людей исходят возмущения темной энергии, разрушающие его маскировку, и немедленно нанес по нему удар. Правда, кейр Гуш начал применять свою способность сразу после залпа кораблей третьей силы, а какое-то время для перезарядки их оружия, судя по всему, всё же требовалось, и только поэтому крейсер полковника Хага не был атакован в ту же секунду.
Не слишком мощный гравикорректор, встроенный в легкий скафандр, не смог полностью погасить ударную перегрузку, и Хаг на какое-то время потерял сознание, однако коктейль стимуляторов, впрыснутый ему в кровь автоматическим медицинским модулем, довольно быстро привел его в чувство. Судя по увиденному полковником, крейсер, как единое целое, прекратил свое существование.
Боевая рубка – одно из самых защищенных мест на военном корабле, и, судя по её состоянию, от крейсера мало что осталось. Прочная броня стен была смята, как тонкий пластиковый лист и зияла крупными разломами, причем в самых больших из них виднелись не разорванные и перекрученные остатки внутренних отсеков, а яркие точки звезд, мелькающие вспышки взрывов и светящиеся облака разлетающихся раскаленных обломков. Вокруг мертвого крейсера продолжался бой, а точнее, избиение немногих уцелевших кораблей отряда полковника Хага и эскадры генерала Курга.
Остатки корабля продолжали регулярно подрагивать. Что-то в разрушенных отсеках всё ещё взрывалось, и это могло нести в себе немалую опасность. Все приборы и пульты выглядели абсолютно мертвыми, связь с корабельным вычислителем отсутствовала, и что сейчас происходит с главной энергетической установкой, полковник мог только догадываться, однако если он хотел получить хоть какой-то шанс выжить, крейсер следовало покинуть как можно быстрее.
Хаг ещё раз окинул взглядом разгромленную боевую рубку. Большинство иншеров и членов экипажа корабля выбросило в космос при взрывной разгерметизации, но несколько изломанных тел беспомощно плавало в невесомости. Увы, им не помогли ни скафандры, ни защитные артефакты. Сам полковник выжил, только благодаря мощному генератору силового щита и усиленному скафандру. Впрочем, кажется, погибли не все. Справа-внизу, за покореженным пультом оператора контроля пространства, Хаг рассмотрел слабое свечение индивидуального защитного поля. Полковник осторожно оттолкнулся ногой от стены и плавно сместился в сторону, обнаружив за пультом висящего в двадцати сантиметрах от пола иншера.
– Вот ведь везучий какой, – удивленно произнес вслух полковник, узнав в выжившем кейра Гуша. – Впрочем, защитный артефакт у тебя тоже очень непростой. Он-то, похоже, тебя и спас.
Иншер всё ещё был без сознания, и на появление полковника никак не отреагировал. Хаг пару секунд повисел над ним, размышляя, что делать дальше, и пришел к выводу, что в изувеченной боевой рубке он союзника в любом случае не оставит. Командир всегда покидает корабль последним. По крайней мере, последним из оставшихся в живых.
Как в данной ситуации можно спастись, полковник совершенно не представлял, но в том, что из обломков крейсера нужно срочно выбираться, он не сомневался. Осторожно приблизившись к кейру Гушу, полковник протянул руку и убедился, что артефакт, защищающий иншера от воздействия космического вакуума, не воспринимает его действия, как агрессию против своего хозяина. Силовое поле спокойно пропустило руку Хага, и позволило ухватить Гуша за одежду. Полковник был уверен, что пулю или разряд темной энергии защита непременно бы остановила, а вот медленно движущуюся руку конструкт как угрозу не воспринял. Видимо, работа артефакта зависела от каких-то тонких настроек, устанавливаемых его владельцем. В данном случае Хагу повезло – кейр Гуш весьма разумно отрегулировал параметры защиты.
  
Выбравшись из рубки через самый крупный пролом, полковник оказался в открытом космосе. Впрочем, совсем уж открытым его назвать было сложно. Вокруг летало множество обломков, а внизу, под ногами, висел шар планеты аборигенов, наполовину освещенный местной звездой. Как оказалось, им удалось подобраться к своей цели достаточно близко.