Сеть орбитальной блокады

– Контроль пространства, развернутый доклад! – потребовал Хаг, чья интуиция уже буквально выла, предупреждая о надвигающейся опасности.
– Пусто, – не отрывая взгляда от пульта управления системами сканирования, доложил оператор, и в его голосе Полковник явственно расслышал смесь напряжения и растерянности. – Ни прямых, ни косвенных признаков наличия перед нами противника не фиксируется. Возмущения гиперполя и флуктуации темной энергии в пределах естественных значений. Вычислителю просто не за что зацепиться.
  
– Кейр Гуш? – полковник развернулся к командиру союзников.
– У нас тоже никаких результатов, – мрачно ответил иншер и отвел взгляд.
– А ваша личная способность? – слегка надавил на Гуша голосом Хаг. – Дестабилизация генераторов маскировочного поля противника – это именно то, что нам сейчас нужно.
– Вы забываете об ограничениях моего умения, полковник, – по-прежнему не глядя в глаза Хагу, произнес кейр Гуш. – Мне нужно хотя бы примерно знать, в каком секторе находится противник, иначе я лишь зря потрачу силы, а применить способность повторно смогу лишь через длительное время. К тому же дистанция, на которой она работает, не так уж велика.
– «А ещё ты помнишь, чем закончилось предыдущее применение твоего умения и явно не хочешь пройти через это ещё раз», – мысленно добавил полковник, но вслух эту мысль озвучивать не стал.
Впрочем, Хаг был вынужден признать, что иншер прав, и сейчас действительно бессмысленно выкладывать на стол этот последний козырь. Даже обнаружив противника, их малочисленный отряд, состоящий из далеко не самых сильных кораблей, не сможет его уничтожить. А вот когда их нагонит эскадра генерала Курга, расклад станет несколько иным.
– Уменьшить скорость сближения с планетой до пятидесяти процентов от текущей, – приказал Хаг. Чем дальше, тем меньше он видел смысл провоцировать врага на атаку до того момента, как по кораблям противника смогут отработать главным калибром линкоры и тяжелые крейсеры Республики.
Полковник опасался, что командующий эскадрой немедленно вмешается в его действия и вновь прикажет увеличить скорость, но генерал никак не отреагировал на его маневр. Внутри эскадры Республики сейчас шли активные перестроения. Её боевой ордер трансформировался в конфигурацию, более подходящую для отражения возможных атак с любых направлений, и, видимо, у командующего и его штаба в данный момент хватало более важных дел. Впрочем, возможно, решение полковника Хага генерала вполне устроило, и он не счел необходимым что-то менять.
Хаг прекрасно понимал генерала Курга. Глядя на избиение эскадры иншеров, командующий силами Республики наверняка не сомневался, что его корабли станут следующими целями третьей силы и пытался хоть как-то подготовиться к предстоящей схватке, явно не сулившей ему ничего хорошего.
Самым разумным сейчас было бы изменить курс и как можно быстрее покинуть окрестности планеты, а лучше и границы системы, но просто сбежать генерал позволить себе не мог. Бросить ведущих безнадежный бой союзников, даже не попытавшись достичь целей операции, означало бы поставить жирный крест на всём дальнейшем сотрудничестве с иншерами. Такого командующему точно бы не простили.
Хаг вновь сконцентрировался на сражении эскадры Державы с кораблями третьей силы. Два из трех огромных линкоров магической цивилизации уже превратились в испускающие неяркое свечение обломки. Флагман иншеров тоже был избит до неузнаваемости, но пока каким-то чудом держался и не распадался на части. Впрочем, по нему уже никто не стрелял. Противник сосредоточился на крейсерах, эсминцах и корветах союзников, которых всё ещё оставалось довольно много. Авианосец почему-то вообще не подвергся атаке. Наверное, враг не видел в нем и его авиагруппе серьезной угрозы.
С какой стороны ни посмотри, этот бой выглядел игрой в одни ворота и не мог закончиться ничем иным, кроме полного разгрома эскадры союзников. Тем не менее, схватка затягивалась, что вряд ли было в интересах противника. Пока шло это сражение, отряд Хага и эскадра генерала Курга беспрепятственно приближались к планете аборигенов, а пропускать туда чужие корабли враг явно не хотел.
– Плотность вражеского огня по эскадре герцога Ватаха быстро снижается, – доложил кейр Гуш. – Похоже, противник выходит из боя.
– Вполне ожидаемо, – без всякого энтузиазма кивнул Хаг. – Думаю, вашим уцелевшим кораблям какое-то время будет не до продолжения движения к планете, и сейчас враг переключит свое внимание на нас. Готовьтесь, кейр Гуш. Без вашей уникальной способности у нас не будет ни единого шанса.
– С ней шансов тоже не будет, – негромко и как-то обреченно произнес иншер. – Но я сделаю всё, что смогу.
Несмотря на явное неверие в положительный исход схватки, лицо иншера выражало мрачную решимость, и сейчас это полковника вполне устраивало.
В бою наступила напряженная пауза, оказавшаяся, впрочем, гораздо короче, чем ожидал Хаг. Судя по всему, противник действовал компактным отрядом кораблей, но их динамика разгона явно намного превосходила возможности эскадр Державы и Республики, так что много времени на перемещение к новой цели им не потребовалось.
Хаг полагал, что при атаке на корабли Республики враг использует ту же тактику, что и при нападении на эскадру союзников. Он ждал, что противник сначала ударит по их с кейром Гушем отряду, игравшему роль головного дозора, но враг не стал повторяться и выбрал другой вектор атаки, нанеся удар по эскадре генерала Курга с фланга, перпендикулярно её курсу. Во всяком случае, именно в этой точке пространства на тактической голограмме отобразились шесть слегка расплывающихся красных отметок. Увы, почти наверняка это опять были фантомы, а вот залп настоящих кораблей третьей силы сканеры эскадры засечь так и не смогли, хотя последствия он имел не менее серьезные, чем при ударе по эскадре иншеров.
Линкоры «Республика» и «Консул Мар» практически полностью лишились силовых щитов, а тяжелый крейсер проекта «Страж» получил повреждения и начал быстро отставать от остальных кораблей эскадры, выходя из боевого ордера. Единственным положительным моментом в этой ситуации оказалось то, что полученные попадания хотя бы позволили понять, с какого направления атакует противник.
– Кейр Гуш, ваш выход, – твердо произнес полковник Хаг. – Вряд ли в этом бою выдастся более удачный момент для применения вашей способности. С каждой следующей минутой эскадра Республики будет только терять боевую мощь, а сейчас все орудия главного калибра ещё в строю и готовы к залпу. Им нужны только цели.
Иншер молча кивнул и снял с пояса довольно массивный жезл, увенчанный крупным бирюзовым кристаллом сложной формы. Взявшись за его рукоять обеими руками, кейр Гуш чуть вытянул конструкт вперед.
Видеть своими глазами эманации темной энергии полковник не мог, но сейчас он был в легком боевом скафандре, оснащенном вполне неплохим сканером. Хаг опустил прозрачное забрало шлема, и режим дополненной реальности немедленно преобразил для него картину происходящего.
Камень в навершии артефакта ярко светился, заливая всё вокруг призрачными бирюзовыми сполохами. С каждой секундой свечение усиливалось, а его спектр смещался в оранжево-красную область. Хагу даже показалось, что он видит расходящиеся от пылающего кристалла волны некой почти материальной субстанции, свободно проходящей сквозь стены боевой рубки и толстые бронеплиты внешней обшивки крейсера. Судя по опыту первой встречи с третьей силой, сейчас эти волны вносили некие помехи в работу генераторов маскировочных полей противника, значительно снижая их эффективность.
  
– Обнаружено девять новых целей! – громко доложил оператор контроля пространства, и в ту же секунду линкоры и тяжелые крейсеры эскадры генерала Курга открыли огонь.
Хаг помнил, что кейр Гуш способен поддерживать свое умение активным не больше тридцати секунд. Впрочем, в динамичном космическом бою за это время можно успеть очень многое, и командиры кораблей Республики попытались выжать из внезапно изменившейся ситуации максимум возможного.