Ведьма на отборе - дурная примета (СИ)

  
Елена Саттэр
 
Ведьма на отборе - дурная примета
   
Глава 1
 
Что за ерунда? Я лихорадочно закрутилась на месте. Только что я сидела в кафе с Риткой и попивала кофеек . Еще такие вкусное пирожное заказала. Анну Павлову, любимое мое. И вдруг в майке, тонкой флиске и шортах я стою в лесу. Босая к тому же. И солнечные очки в волосах..
  
Я растерянно огляделась. И на дворе явно не июнь месяц, а весна, хоть и поздняя, но совсем не теплая. Я съежившись, охватила плечи руками. Лес кругом. Причем дремучий. Ели вековые, сосны, буреломы. Это где это я?
Сон? Да ладно, какой нафиг сон. Сидели болтали. Ритка меня уговаривала вместе с ней в Турцию сгонять.
—Яж, ну поехали,—канючила подруга.—не хочу одна ехать. Ну, Яж.
Вообще то мое полное имя Ядвига, но друзья дружно называли меня Яжей.
Вот еще и дождь начал накрапывать. Холодный. Я конечно к дождю нормально отношусь,— в Питере живу. Мы там все с жабрами. Но температура градусов десять от силы и где мать твою хотя бы сандалии. Мое щуплое тельце стала бить мелкая дрожь. Даже флиска не спасала. Дык, тыг, дык.
—Люююд-д-д-ди! Ауууу! Есть здесь кто-нибудь?
Я сама не узнала свой голос в этом мышином писке. Прислушалась.
А в ответ тишина. И чего дальше делать? Лихорадочно начала вспоминать с какой стороны у деревьев мох растет? С юга, где теплее, или все таки с севера? Мох же в основном на севере произрастает.
И шо мне это даст? Ну предположим в тайге я, наверное тогда лучше на юг в сторону Китая топать. Так блин с какой стороны мха стороны света? Нет что-то я не то говорю. Это с холоду мысли заплетаются. Дык, тыг, дык.
Надо идти хоть куда. Хоть в Монголию, но к людям. Не в Монголию, не надо, там сквозь нее пройдешь и человека не встретишь, мало совсем этих монголов стало.. А что за Монголией кстати? С трудом начала вспоминать карту мира, но от холода это было трудно.
Тоже Китай по-моему. Все дороги идут туда, но лучше конечно к русским, поскольку я только на ломанном английском могу изъясняться с рязанским акцентом, правда.
Мои длинные распущенные волосы от мелкого дождика превратились в рыжие сосульки. Дык, тыг, дык. Может побежать, чтоб согреться? Таки босиком. Наступлю на что-нибудь острое, потом заражение, столбняк и помру здесь же под елочкой.
Не, это не сон, слишком холодно. Знаю! Я в дурке. Видимо галлюцинации периодические меня все таки догнали. С запахами разными. Они меня с детдома еще мучили. В институте правда поменьше. Там столько химии было, что не до этого.
А это что за звуки? Вой. Вой?
- Помогите—пискнула я. -Люди, кто-нибудь! Верните меня обратно. Хоть в палату больничную.
Ответил мне тот же вой, с переливами.
И мне не оставалось ничего лучшего, как рвануть в противоположную от хищников сторону. Ран, Ядвига, ран. Высоко задирая ноги, как бешенный сайгак я помчалась напролом через кусты. Ну босиком—и что? Жизнь захочешь—крылья отрастишь.Поваленное дерево—перепрыгнем, низкая ветка—поднырнем. Даже согрелась, запыхалась только. Слабая у меня дыхалка— до спорта я ленивая до безобразия всегда была.
Выскочила на полянку. А там избушка полуразрушенная. Да я в такую в здравом уме с роду бы не зашла. Там как правило маньяки с бензопилами сидят. Но тут было не до раздумья. Окинув со лба намокшие от противного дождя волосы, оглянулась. Волки серыми тенями выскочили из леса. Блин , это не волки—это мутанты—переростки какие-то. Я же волков и в зоопарке и в зоологическом музее видела—поменьше они этих.
И я вскочив на полусгнившее крыльцо, толкнула старую дверь. Запрыгнула внутрь и с силой ее захлопнула. Задвинула щеколду и тяжело дыща,рванула к полуразбитому окну. Мамочка моя! Те существа, что носились по двору в холке мне до талии будут. Кто-то поскребся в дверь.
—Уйди прочь, гадина! Я не вкусная –заорала я, закашлявшись, еще не в силах отдышаться. Сердце все колотилось как бешенное и готово было вылететь из груди. Как будто мне было не двадцать лет с хвостиком,а все сто. Вот что тебе Яжка в спортзал не ходилось. А все самомнение раздутое- на фига мне я и так худая. И красивая, не нужно мне на тренажерах умирать, и так отбоя нет от мужиков.
Наконец то отдышавшись, я пришла в себя и огляделась. Куда меня занесло. Поводило носом— пахло сыростью и старостью. На стенах висели полусгнившие венки трав. Грубо сколоченный стол, лавка. Все черное, древнее. Посередине избушки стояла большая русская печь. А рядом с печью… Я потерла глаза. Ого. Ступа. Настоящая, как в сказках. И метла сучковатая отполированная стояла прислоненная рядом. Я подошла и ткнула в нее пальцем. Не бутафорская и как будто из магазина новехонькая. Хотя рядом вон корзины сгнившие стоят.
Нет, не дурка? Может я умерла? И я в чистилище? Наверное меня машина сбила? Ага , в кафе. Нет, здесь что-то другое. Но это потом. Разгоряченное от бега тело потихоньку остыло и замерзло. Мокрая от пота футболка стала неприятно холодить спину. Еще заболеть и помереть не мешало. Не от столбняка так от простуды.
Так, есть печь, должны быть спички. Я пробежалась глазами по полкам. Полцарства за спички. В глубине души внутренний голос рассудка спросил:
—Ну найдешь ты спички, а дальше?
—Печь разожгу—ответила я самоуверенно.
—Ага. А в каком месте ее разжигают, ты знаешь?
Я замерла вспоминая детские фильмы про русскую печь. Единственное что вспоминалось, как баба Яга в нее Ивашку засунуть хотела, потому как сырого есть дюже не полезно для пищеварения.
Вдруг сверху печи донесся шорох . Я отпрыгнула, готовая в следующую секунду выскочить к волкам.
  
глава 2
 
Но из под скомканного старого одеяла высунулась огромная кошачья голова. Кот обвел меня светящимися зелеными глазами, задумчиво остановив взгляд на голых ногах, сощурился. Потом помолчав некоторое время, и видимо, приняв какое-то решение, как-то очень грустно, даже обреченно сказал:
—Ну, здравствуй что ли.
Здоровый ,размером с крупную собаку, абсолютно черный кот соскочил с печи и стал вылизываться.
Вот это последнее « что ли» меня сразило наповал.
Говорящий кот. Нет, все таки в психушке, а это мой персональный глюк.
Даже озноб убежал, к волкам наверное, чтоб они там передохли во дворе.
Потрясла лихорадочно головой, как будто бы это помогло прогнать весь окружающий меня маразм.
Я сглотнула.
-Ты кто?- уставилась я на кота.
Он поднял на меня печальные зеленые глаза, вздохнул тяжело, как будто на казнь его вели и ответил:
- Неправильный вопрос. Надо было спросить кто ты и где ты.
Я растерялась.
—Иии?
— Ты –ведьма Дремучего леса, давняя потомица Бабы Яги.—и он с такой жалостью на меня посмотрел, что у меня опять дрожь началась по всему телу.
Я показала на себя пальцем, потом оглянулась в поисках той самой потомицы.
- Я кто? Потомица Бабы Яги? Зверь , ты шутишь? Ты бабок ежик вообще видел когда-то? Они же страшные с бородавкой на носу. А у меня идеальный формы нос. А еще я про ведьм только в сказках читала. В моем мире волшебства не водится совсем, у нас все по науке. И вообще она в лесу жила, а я туда только на пикник три раза в жизни выезжала. Городская я.
Стресс сделал свое дело и из меня понесся словесный поток. В институте это было выгодно. Для экзаменов. Я настолько заговаривала преподавателей, что через какое-то время, глаза их скашивались, они обмякали и дрожащими руками ставили мне пятерки.
Вся группа пользовалась моим зубозаговариванием. Такого состояния нестояния экзаменатора хватало еще на трех человек после меня. Мои одногруппники могли нести лютую пургу, а это никто не замечал. Единственное было но, я должна была быть в стрессе—дойти до кондиции, так сказать. И сейчас глаза у котика чуть осоловели.
  
—Так что давай нормальную версию выдвигай. И ты кстати кто сам будешь ?—закончила я.