Спасите меня, Кацураги-сан! Том 18 (СИ)

— Одну минуту, сейчас я запишу вас к Рэйсэю-сан, — сказала Сакате Хирано Юрика. — У него как раз сейчас нет пациентов.
— Стойте! — крикнул я. — Саката-сан, добрый вечер. Не ожидал увидеть вас у себя в клинике. Какими судьбами?
Очень неудачное стечение обстоятельств. Было бы лучше, если бы Хирано записала Сакату Йотея ко мне. Он ведь явно хочет чем-то навредить Рэйсэю. Правда, пока что не могу представить — чем. Единственный вариант — поступить по тому же принципу, что и наш предыдущий жалобщик. Затеять ссору со специалистом, а затем сообщить об этом в министерство.
  
— Да вот приболел немного, — пожал плечами Саката. — Проезжал мимо вашей клиники и подумал, а почему бы не обратиться к уже знакомым, а главное, знающим специалистам!
Не дожидаясь продолжения этого рассказа, я включил «анализ», прошёлся по всему организму Сакаты Йотея и понял, что на самом деле он полностью здоров.
Конечно, порой бывает такое, что заболевание даже «анализ» сходу не показывает, но в данном случае об этом и думать не стоит. Я уверен на сто процентов, что Саката врёт. И приехал он сюда совсем не для того, чтобы получить медицинскую помощь.
— Что ж, в таком случае давайте я вас осмотрю, — предложил я.
— Да я, если честно, хотел бы заглянуть именно к Рэйсэю-сан, — произнёс он. — Только не обижайтесь, Кацураги-сан. Мне кажется, что у меня заболевание, требующее хирургического вмешательства. Хочу пообщаться с бывшим коллегой. Всё-таки он в хирургии должен разбираться гораздо лучше вас. Логично же, правильно?
— Не логично, — спокойно ответил я. — У меня тоже есть хирургическое образование. Кроме того, Рэйсэй-сан в моей клинике занимает должность терапевта.
— И всё же…
— И всё же попасть к нему не выйдет, уж простите, — перебил Сакату я. — На самом деле он занят. Хирано-сан не в курсе, поскольку я не успел ей сообщить. Я как раз несу ему документы, над которыми он должен поработать. Дело срочное. Так что, если требуется помощь, проходите ко мне, — я перевёл взгляд на лекарскую жрицу. — А вы, Хирано-сан, пока что закройте запись к Рэйсэю Масаши. До вечера он принимать пациентов не сможет.
Нет уж, не сработает его план. К Рэйсэю я его не пущу. Ни к чему моему коллеге лишняя нервотрёпка.
Саката аж покраснел от злости. Хотя в лице не изменился. Продолжал улыбаться, как и всегда. Но выбора у него не было. Я оставил ему лишь один возможный вариант.
— Что ж, ладно, Кацураги-сан, — произнёс он. — Тогда я всё же пройду к вам.
Саката Йотей нехотя последовал за мной в кабинет, уселся на кушетку и тут же заявил:
— На самом деле у меня жутко болит правый бок. Подозреваю, что развился острый холецистит. Как-то на УЗИ у меня там находили небольшие камни. Боюсь, что они дали о себе знать. Как считаете, стоит вызвать скорую или ещё потерпеть?
Он застонал, изобразил нестерпимые страдания, сжался пополам и принялся покачиваться из стороны в сторону.
Я на всякий случай ещё раз взглянул на его живот. И ничего там не обнаружил. Стенки желчного пузыря не утолщены, желчевыводящие протоки не спазмированы. Да и камней никаких там нет. Всё работает прекрасно.
— Острый холецистит? И вы с такими симптомами приехали сюда на машине? — изобразил удивление я. — Давайте разбираться. Возможно, и вправду стоит госпитализироваться.
Разумеется, я блефовал. Подыгрывал Сакате, чтобы понять, зачем он затеял эту дурацкую постановку.
— Боль только с правой стороны? — спросил я. — Больше никак себя не проявляет?
— Нет, Кацураги-сан. Только справа, — продолжил корчиться он.
— Странно, при остром холецистите она бы отдавала в правое плечо, лопатку или спину, — подметил я.
Саката на секунду перестал скрючиваться. Видимо, осознал, что я подловил его на первом симптоме.
— Возможно, какое-нибудь атипичное течение, — заявил он. — Меня очень сильно тошнит. По пути сюда даже вырвало.
— Раз вырвало, это хорошо. После рвоты стало немного полегче? — уточнил я.
— Да, на какое-то время отпустило, — сказал он.
— Тоже странно… — хмыкнул я. — Ведь при остром холецистите облегчения от рвоты не бывает.
А он точно хирург? Такое впечатление, что Саката ни один учебник в своей жизни не прочитал.
Пока мой коллега пытался придумать контраргумент, я взял бесконтактный термометр и измерил температуру тела Сакаты Йотея.
— Тридцать шесть и шесть, — заключил я. — Кожа нормальной окраски. Желтушности склер не вижу, — затем уложил «пациента» на кушетку и прощупал переднюю брюшную стенку. — И живот не напряжён! Саката-сан, у вас всё в порядке. Нет никакого холецистита.
— Ерунда какая-то! — вздохнул он. — Всё-таки вам стоит направить меня к Рэйсэю-сан. Он точно найдёт…
— Давайте прекратим этот спектакль, — резко перебил его я. — Не знаю, зачем вам нужен Рэйсэй Масаши, но он сейчас занят. Тем более, у вас нет никаких симптомов острой хирургической патологии. Это вы и сами должны понимать даже лучше, чем я. Сейчас я назначу вам анализ крови, затем сделаете УЗИ, и уже после этого я выпишу лекарственные препараты. Скорее всего, у вас обычная дискинезия. Нарушение тонуса желчного.
— Всё, довольно, Кацураги-сан. Ничего я не буду делать. Кажется, мне уже полегчало, — буркнул он и поднялся с кушетки.
Ага! Всё понятно. Испугался предстоящих анализов. Ведь кровь и УЗИ уже стопроцентно опровергли бы его выдуманный холецистит.
Думаю, он хотел вынудить Рэйсэя поставить ему неверный диагноз. Его бы он точно продавил своим актёрским мастерством. Но на мне это не прокатит.
Саката Йотей, не попрощавшись, покинул мой кабинет. Когда я вышел в фойе, Хирано Юрика воскликнула:
— Кацураги-сан! Беда! Пациент ушёл и даже не заплатил за приём!
— Кто? Саката-сан? — усмехнулся я. — Пусть идёт. Я уже и сам был готов заплатить, лишь бы он скорее ушёл отсюда. Запомните этого человека, Хирано-сан. Если он появляется на пороге, сразу же сообщайте об этом мне. Он пришёл сюда не с целью получить лечение, а скорее для того, чтобы совершить саботаж.
Описать во всех красках поведение Сакаты я так и не успел, поскольку мне позвонил сотрудник министерства здравоохранения.
— Алло, Кацураги-сан? Добрый вечер. Меня зовут Шибана Мацуда, — представился мужчина. — Вы около часа назад выслали мне свой ответ на жалобу, написанную Куросики Теппеем. Всё верно?
— Да, Шибана-сан, — возвращаясь в свой кабинет, ответил я. — Вы уже ознакомились с документацией?
Остаётся надеяться, что мой план сработал и Кацураги Казума не допустил ошибок, взламывая программу для подписей.
— Да, мы с коллегами всё прочли, — ответил он. — Никаких обвинений в ваш адрес больше выдвигаться не будет. Но у меня осталось ещё несколько вопросов. Я правильно понимаю, что больничный лист Куросики полагался, верно?
— Да, вполне. Он имел право его открыть. Но требовал, чтобы мы не указывали факт приёма алкоголя, — произнёс я.
— Что ж, хорошо… — протянул Шибана. — Значит, наказана другая клиника будет чуть менее жёстко, чем мы изначально планировали.
— Какая «другая клиника»? — переспросил я. — О чём вы говорите?
— Дело в том, что Куросики Теппей после посещения вашей организации сразу же обратился в клинику в другом районе Токио. Давайте скажу вам прямо. Он и там навешал им лапши на уши. Убедил терапевта открыть ему больничный лист на его собственных условиях.
То есть без упоминания об алкоголе. Продавил всё-таки, зараза. Уж не знаю, виноват ли тот врач, который открыл больничный. Возможно, это был молодой и неопытный терапевт, который ещё не знал всех тонкостей. Но теперь ему мало не покажется. Махинации с больничными листами — очень серьёзное нарушение. Штраф придётся платить большой, так ещё и выговор стопроцентно влепят.
  
Так и думал, что этим всё закончится. Куросики Теппей не был намерен сдаваться. Мы не дали ему больничный, но в итоге он всё равно его получил. И теперь другая клиника будет ещё очень долго отчитываться перед министерством.