Узник (СИ)
Камал спал в одних свободных тонких штанах, без футболки и мне пришлось увидеть его мощное, идеально-натренированное тело, которое покрывала роспись разнообразных татуировок. Они невольно приковывали взгляд и не только они… Потому что я впервые видела нечто подобное. На моем жизненном пути, ни разу не попадался мужчина с таким совершенным телом и так разрисован.
На миг задерживаю взгляд на его груди и торсе, а потом быстро отвожу его в сторону, делая вид, что поправляю простынь.
К счастью Камал не заметил моего интереса, потому что как раз пытался покинуть кровать. Он был недоволен и зол, поскольку я снова ослушалась его и нарушала его личные границы.
Он легко перемещается на край кровати, помогая своим ногам руками. Делает это привычно и свободно, видимо за год своей «проблемы», неплохо натренировался.
Затем он подтягивает к себе инвалидную коляску, которая стояла рядом, и с помощь специальных поручней перемещается в неё, ловко приподнимаясь на руках. Я хотела помочь ему, но он нервно оттолкнул мою руку и завершил перемещение самостоятельно. Потом взял с комода пачку сигарет, и резко рванув с места, поехал к выходу на террасу.
Я придержала его за ручку сзади, заставив остановиться его на полпути.
- Камал Хасанович, - бросила с упреком. – У вас в назначении написано, что после пробуждения в первую очередь вы должны поесть и выпить таблетки, а не выкурить сигарету! – напоминаю. Да, неверное не стоило мне сейчас его трогать, ведь он был и так раздражен, но я просто делала свою работу…
У Камала была не дешевая инвалидная коляска с электроприводом и она имела свои особенные функции. В эти функции входили разные уровни скорости.… Для удобства пациента. И когда я придержала коляску на месте, мужчина раздраженно надавил на кнопку скорости чтобы вырваться из моего захвата.
- Блядь, как же ты меня достала, - прорычал он, еще прибавив скорости. Я поняла, что на этот раз он точно не уступит, поэтому решила не давить на него и на этот раз не настаивать на своем. В первые дни контакта с пациентом, лучше находить компромисс и добиваться своего постепенно.
Я отпускаю коляску Камала и он (от неожиданности) резко срывается с места и не справляется с управлением… Не успевает взять контроль над коляской, потому что впереди был выход на террасу.
А дальше всё происходит за какую-то долю секунды.… И всё на моих глазах.
Вижу, как колесо инвалидной коляски задевает диван на пути и её слегка отбрасывает в сторону, а затем она несется прямо на дверной проем выхода на террасу на огромной скорости, и не вписывается в узкий проход. Камал резко тормозит и коляску бросает в сторону, вместе с ним. Она опасно накреняется в бок и застревает в проеме двери выхода на трассу.… Причем застревает таким образом, что Камал продолжает оставаться к коляске в полувисящем положении, потому что его плечо упирается в проем двери с одной стороны, а заднее колесико коляски с другой. Одна его рука тоже была зажата между его телом и проемом, а второй он придерживался за подлокотник, чтобы не упасть лицом в пол, при этом не вывихнуть себе плечо.
Упереться о что-то или выбраться из подобного положения самостоятельно, было просто не реально…. Хотя Камал попробовал. А я не спешила на помощь.… Хотя первое врем хотела помочь и даже бросилась в его сторону, но вовремя остановилась, внезапно осознавая.… Что наконец-то настал мой час.
- Ты что там встала?! Помоги мне! – недовольно выкрикивает Камал, не оставляя попыток выровнять кресло, но всё было тщетно. Он хорошо застрял, а его недееспособность ног и заблокированная рука, только усугубляли ситуацию.
- Вы же сказали что вам не нужна моя помощь и никогда не понадобится, - напоминаю, не теряюсь, продолжая оставаться на месте.
Глава 12
- Блядь, ты сейчас серьезно? – рычит Камал. – Ты - моя сиделка, и в твои обязанности входит помогать мне!
- О! Теперь вы принимаете то, что я ваша сиделка и у меня есть обязанности! – бросаю язвительно, приближаясь.
- Проблем хочешь? Так они у тебя появятся, как только я выберусь отсюда, - угрожает. И его слова пугают меня, но я понимала, что нельзя показывать свой страх. Нужно довести дело до конца, иначе он будет продолжать издеваться надо мной и дальше.
- Вы сначала выберитесь, - говорю смело. – Можете попробовать позвать кого-то на помощь.… В семь утра. Может что-то и выйдет.… Через час или два, - добавляю. – Или же мы можем договориться.…
- Чего ты хочешь? – рычит он.
- Совсем малость.… Вы прекращаете вести свой список недовольства и выбрасываете тот, что у вас есть, начинаете слушать меня и относитесь ко мне с уважением, - ставлю свои условия.
- Блядь, ну ты совсем уже охреневшая…. Честное слово, - бросает Камал. – Такой дерзкой и наглой сиделки у меня еще никогда не было.…
- А разве с вами по-другому можно? – бросаю. – Или так, или попробуйте выбраться сами…
Камал снова попытался выровнять инвалидную коляску, но сделал только хуже. Её больше накренило и его плечо сильнее вдавилось в острый край косяка двери.
Он плотно стиснул зубы, и сдавленно прорычал.… Мне показалось от недовольства. Хотя потом я пойму, что это было не так.
- Хорошо! – слишком поспешно бросает он.
- Дайте слово, - требую.
- Даю слово! А теперь освободи меня! – рычит.
- А где ваше «пожалуйста».… Я просила больше уважения, - напомнила, взявшись за ручки коляски сзади.
- Пожалуйста, блядь! – выплескивает он ядовито.
Я закатываю глаза вверх. Невыносимый.
Я могла бы больше его помучить, чтобы добиться всего, что мне нужно. Но не хотела перегибать. Мне было и так страшно из-за того, что я начала этот шантаж. Ведь за такую вольность и подобное поведение меня могут легко выгнать из этого дома. Но я надеялась на то, что Камал не станет на меня жаловаться.
Надавливаю на ручки, используя весь свой вес и силу, и мне с трудом удается выровнять коляску. Дальше Камал помогает мне рукой и берет ситуацию под свой контроль.
Когда он снова на колесах, я его отпускаю и отступаю в сторону, ожидая ряд ругательств, выговора и угроз. Но они не следуют. Камал бросает на меня быстрый взгляд, в котором я замечаю уже другие, непонятные мне эмоции, после чего жмет какую-то кнопку на пульте управления и двигается вперед, выезжая на террасу. Сквозь окно я вижу, как он подъезжает к перилам, подкуривает сигарету и начинает курить.
А у меня происходит откат, после произошедшего. Эмоции отпускают меня, и возвращается осознание.
И что теперь будет дальше?
Отомстит? Накажет? Пожалуется на меня?
Я понимаю, что возможно я слегка переборщила, но блин, я тоже человек и иногда мне свойственно терять контроль и выходить из себя. А Камал меня уже с самого утра вывел.
Но разве кто-то станет слушать мои оправдания.…
Камал находится на террасе минут десять, выкуривая несколько сигарет подряд. Нервный. Злой. Недовольный. И всё только накалялось.
Этого времени мне было достаточно, чтобы подумать и прийти к какому-то решению, как вести себя дальше со своим пациентом. И я собиралась продолжать вести себя невозмутимо и смело, не показывать свой страх и продолжать добиваться желаемого. Ведь если сейчас я дам слабину, всё снова вернется на круги своя.
Если он пожалуется на меня своему деду, тогда я уже и буду думать, как поступать дальше. А пока всё спокойно и в мою пользу, я просто вынуждена держаться и настаивать на своём.
Поэтому когда Камал возвращается в комнату, я делаю вид, что ничего ужасного не произошло, и снова берусь за свою работу.
Переношу поднос на столик рядом и с натянутой улыбкой говорю:
- Приятного аппетита!
Глава 13
Камал бросает на меня быстрый взгляд, затем подъезжает к дивану и, взяв оттуда свою футболку надевает её. После чего направляется к комоду, на котором находились его таблетки, и выпивает их.