Маленькие детективы большой Америки (Убийства, в которые я влюблен)

— Сам готовишь эту дрянь? — произнес он осипшим голосом.
Я пожал плечами.
— На кувшине нет этикетки.
После завтрака я сел за стол и начал лениво тасовать карточную колоду.
— Думаю, ни у кого из вас нет желания сыграть в покер?
Фред налил себе еще виски и пристально посмотрел на Хэнка.
— Почему бы и нет? Ничего нет лучше дружеской игры.
Я положил на стол мелочь и сказал:
— Давайте сначала пересчитаем карты.
После нескольких партий Хэнк тоже выпил.
— Как долго нам еще здесь оставаться?
— Еще пару дней, — ответил босс.
У Хэнка был мрачный вид.
— По-моему, лучше уехать прямо сейчас. Если достаточно долго подождать, то мы сможем поймать какую-нибудь машину на этом проселке.
Босс поднял глаза от карт.
— Мы останемся здесь до тех пор, пока я не скажу, что пора уходить.
Секунд десять они смотрели друг другу в глаза, потом Хэнк отвернулся.
Я звякнул своими монетками и сказал:
— Кто здесь босс, понять легко.
Хэнк бросил на меня свирепый взгляд и снова наполнил свой стакан. Он снял пиджак и бросил его на койку рядом со спортивным пиджаком босса.
Через полчаса Хэнк начал выигрывать. После того как он выиграл у босса крупный банк, я покачал головой и сказал:
— Наверное, мне нужно выпить немного виски. Подозреваю, это приносит Хэнку удачу.
Босс погасил сигарету:
— Мне тоже налей.
Когда раздали карты для семикарточного стад-покера, я вышел из игры после четвертой карты и пошел к ведру с водой.
За столом шла напряженная игра, и они не обращали на меня никакого внимания. Я вынул из кармана двадцатидолларовки и сунул их на койку под пиджак Хэнка.
Когда я сел на место, они продолжали играть. В банке было около сорока долларов, когда босс сложил свои карты и вышел из игры.
Фред и Хэнк продолжали поднимать ставки, пока, наконец, Фред не остановился.
Хэнк ухмыльнулся и открыл четыре девятки.
Лицо Фреда посерело, и он швырнул свои карты.
— Я завязываю с этой грязной игрой!
Хэнк перестал ухмыляться и перегнулся через стол.
— Что именно ты имеешь в виду?
Фред поднялся на ноги, одновременно вынимая из нагрудной кобуры пистолет.
— Постоянно никто не выигрывает. Разве что при помощи ловких рук.
Босс встал с напряженным лицом.
— Убери пистолет.
Фред медленно опустил оружие.
— Это была наша ошибка, что мы взяли с собой этого типа. Мы же ни черта о нем никогда не слышали.
Я подошел к койке и поднял пиджак Хэнка вместе с деньгами, придерживая их снизу.
— Вот твой пиджак, Хэнк, — сказал я. — Я так понимаю, ты здесь больше не нужен.
Я слегка встряхнул пиджак, и деньги со шлепком упали на пол. Звук привлек всеобщее внимание.
Несмотря на большое количество выпитого, Фред среагировал первым. Он свирепо уставился на Хэнка.
— Ты, грязный ублюдок! Я знал, что с этого дела мы должны были получить больше, чем восемнадцать кусков.
Хэнк уставился на деньги с открытым ртом.
Фред снова поднял пистолет.
— Это ты все время нес сумку, — сказал он. — И у тебя был ключ.
До Хэнка дошло, что должно произойти, и в попытке защититься его голос перешел в крик.
— Я никогда эти… эти деньги раньше не видел!
Но свирепое выражение лица Фреда не изменилось, и пистолет в его руке дважды выстрелил.
Хэнк дернулся, когда две пули вошли в него, и рухнул на пол. Он был мертв еще до того, как коснулся пола.
Фред, трясясь от ярости, смотрел вниз на тело. Босс, с жестким выражением лица, тоже смотрел на Хэнка.
Я опустился на койку, все еще держа в руках пиджак. Через пару секунд я положил его и на несколько дюймов переместил руку. Когда я снова встал, в моей руке был пиджак босса.
— Ну вот, — тихо проговорил я. — Теперь, как я понимаю, вы будете делить деньги только на две части.
Они взглянули на меня, и глаза Фреда, смотревшие на пиджак, сузились.
— Ну-ка, ну-ка, — почти закричал он.
Он вырвал пиджак у меня из рук и повернулся к боссу.
— Это твой пиджак, а не Хэнка, — угрожающе произнес он.
Я начал пятиться в сторону кладовой.
Босс озадаченно нахмурился, посмотрел на пиджак, а потом на меня.
 
Его глаза расширились, когда он вдруг все понял.
— Не будь дураком, Фред. Неужели ты не видишь, что происходит?
Но Фред не слушал. На его лице опять появилось выражение ярости.
— Ты, сопливый идиот… — истерически закричал босс.
Прогремел выстрел.
Я бросился в кладовую и захлопнул за собой дверь.
Двигаясь в темноте на ощупь, я оттянул доску, прикрывавшую мой капкан. Потом спрятался за одной из бочек с картошкой и стал ждать.
Прошло не более полминуты, когда Фред открыл дверь. Его силуэт вырисовывался на фоне света. Одной рукой он держался за дверной проем, в другой был пистолет.
Я позвал его по имени и бросил в него картофелину. Она попала ему в грудь, и он выстрелил в темноту.
Потом он что-то пробормотал и шагнул вперед.
Сделав второй шаг, он завопил, когда челюсти моего капкана с треском захлопнулись.
Я шарил рукой по стене, пока не нащупал лопату. Он был стиснут стальными челюстями, когда я размахнулся и ударил его лопатой по голове. Одного удара было достаточно.
Я подобрал с пола его пистолет и осторожно вошел в хижину. Босс был мертв, как и Хэнк, мертв, как и Фред.
Потом я налил себе выпить.
Предстояла тяжелая работа — тащить этих троих в лес и там закапывать.
Но по крайней мере не было проблем с тем, где именно я это сделаю. Небольшой овражек позади хижины вполне подходит. Там достаточно места еще для троих.
Именно там я закопал около года назад Вилли Стивенса, после того как мы ограбили банк. Мы взяли всего пять тысяч, и я подумал, что не стоит их делить.
Я нашел у Хэнка ключ и пошел посмотреть на свои деньги.
  
Джек Риччи
 
ОРЕЛ ИЛИ РЕШКА
 
— Я гражданин и исправный налогоплательщик, — заявил я. — И требую, чтобы вы по окончании своей опустошительной деятельности все вернули в первоначальное состояние.
— Пусть это вас не беспокоит, мистер Уоррен, — сказал инспектор полиции сержант Литтлер. — Городские власти об этом позаботятся. — Он улыбнулся. — Независимо от того, найдем мы что-нибудь или нет.
Он, разумеется, имел в виду тело моей жены. Пока они его не нашли.
— Для этого вам придется потрудиться, сержант. Весь сад перекопан. Лужайка похожа на вспаханное поле. Вы перевернули вверх ногами весь дом, а теперь, я вижу, ваши люди тащат в подвал отбойный молоток.
Мы сидели на кухне, и Литтлер не спеша потягивал кофе. Он все еще был преисполнен уверенности.
— Общая площадь Соединенных Штатов составляет три миллиона двадцать шесть тысяч семьсот восемьдесят девять квадратных миль, включая водоемы.
Он явно выучивал такие цифры специально для подобных случаев.
— Включая Гавайские острова и Аляску? — язвительно спросил я.
Он не рассердился.
— Их, я думаю, мы можем исключить. Как я уже сказал, общая площадь Соединенных Штатов три миллиона двадцать шесть тысяч семьсот восемьдесят Девять квадратных миль. Это горы, города, фермы, озера и пустыни. И тем не менее, если человек убивает свою жену, он неизменно закапывает ее на своей территории.
Естественно, подумал я. Самое безопасное место. Если это сделать в лесу, то какой-нибудь бойскаут в поисках наконечников для стрел непременно наткнется на нее.
Литтлер снова улыбнулся.
— Каков точный размер вашего участка?
— Шестьдесят на сто пятьдесят футов. Вы хотя бы понимаете, что я потратил годы на то, чтобы создать в саду слой плодородной почвы? Ваши люди подняли весь дерн, повсюду вылезает глина.
После двух часов, которые он провел здесь, он все еще был уверен в успехе.
— Боюсь, у вас будут более серьезные причины для беспокойства, чем плодородная почва, мистер Уоррен.
Через окно кухни я видел задний двор. Восемь или десять человек, служащих городского управления, под присмотром полиции серией траншей перекапывали мой двор. Литтлер наблюдал за ними.