Психолога вызывали? (СИ)

Принц недовольно посмотрел на меня и поставил наливку на стол, потом пригляделся, снова схватил и, прочитав, возмущенно заорал:
— Ну почему я не удивлен? Ника!
— Что Ника? — хладнокровно спросила я, дорисовывая зубы, полюбовалась на свое творение. — Я же сказала, что буду о тебе думать, когда сей напиток буду творить.
— Ты не обо мне думала, а об отдельной части тела.
  
— Это почти одно и тоже. Если я скажу, что вспоминала о твоих губах, — это же нормально? Чем яйца хуже?
Спор пресекла довольная Кира, как вихрь ворвавшаяся в комнату и высыпавшая на стол горку монет. На запах денег прилетел Орел, и мы начали делить наличность, не обращая внимания на заинтересовавшегося принца. Я отложила несколько монеток Кире, столбик для Фея. Остальное придвинула к себе.
— Кира, пора заводить журнал прихода и расхода. Вписывай, сколько бутылок нужно и ингредиентов на будущее. И найди художниц — этикетки рисовать.
Служанка кивнула и, схватив со стола краски с кистью и уже готовую этикетку, помчалась искать подходящие кандидатуры.
Раскладывая деньги, я заметила алчный огонек в глазах Джарлетта, уставившегося на монеты. Дракон почуял золото. А у меня появилась идея. Да чего же я умная! Сама себе не нарадуюсь!
— Принц, хотите в дело? Если потащишь на себе рекламу, возьмем в долю. Сможешь зарабатывать не по факту рождения, а реально работая.
Посмотрела на этикетку и, тяжело вздохнув, придвинула ему одну золотую монетку:
— Это за использование твоего бренда. Все должно быть по-честному.
Принц, не думая отказываться, взял двумя пальцами монетку и хохотнул:
— Кто бы знал, чем я заработал свой первый золотой. — Потом посмотрел на меня:
— А как ты предлагаешь мне рекламировать?
— Проще простого. Раздеваться не надо, если ты про это думаешь. Берешь один бутылек и носишь его всегда с собой. Иногда вытаскиваешь и крутишь в руках ненавязчиво. Если спросят, что это — уклончиво отвечай. «Приобрел мол по случаю в гвардейской. Но там можно купить только с 12:00 до 15:00. Условный стук тра-та-та, та, та тра-та-та». Киру посажу в маске там на это время. С каждой бутылки тебе денежка будет капать. Только предупреждай — товар ограничен и скоро закончится. И так таинственно добавляй — только для того, в ком сидит дракон. Я пододвинула ему бутылек. Вы же, драконы, должны быть жадные до золота. Его вам много надо.
— С чего ты взяла? — поинтересовался Джарлетт.
— В книжке древней прочитала. Украдете вы девицу непорочную, притащите к себе в пещеру и на куче золота лишаете ее невинности.
— Ты где такого ужаса начиталась? — вытаращил на меня глаза Джарлетт. — Опять в Фейхуовки своей?
— А что, у вас такое не практикуется?
— Первый раз слышу, — он задумался. — Но звучит интересно. А по оплате — ты не забыла, что теперь я еще и охрана твоего Кукуя?
Он специально выделил голосом «твоего». Типа, кто молодец? Я — молодец!
Так, я внимательно окинула взглядом Его намекающее Сиятельство и посмотрела на Люську. Она, почуяв мое настроение, подняла голову и возмущенно тявкнула. Начался торг.
— Люси, вот я что-то не понимаю? Что в моем Кукуе охранять надо? Ну, пролететь разок над соседними владениями, чтоб знали — нефиг к нам соваться, так они и так это знают. А еще я щиты поставлю везде: «Под охраной драконьего агентства». И воздушного змия в виде дракона периодически запускать заставлю.
— Это опять за использование бренда. — и я двинула еще одну золотую монету в сторону Джарлетта.
Тот, не глядя, подвинул её к себе.
— А ничего, что Кукуй по морю граничит со свободными морями, где пиратская вольница обитает? Ты против них тоже воздушного змия выпустишь?
Я выпучила глаза, не забыв двинуть ещё монету:
— Ты что мне сосватал во владения?! Бедную, обижаемую всеми сиротку, сам на бочку со взрывчаткой посадил, можно сказать, и теперь ещё денег требует за охрану. Почему вся твоя семейка так и норовит с бедной меня последнюю рубашку содрать?
Принц заинтересованно оглядел мою одежду.
— Не отвлекайся, Джарлетт! Кукуй же теперь лакомым кусочком станет. Его скоро все пираты кому не лень на копья поднимать будут. — и пододвинула ещё монетку, а Люси даже заскулила, сочувствуя моей несчастной доле.
Принц, видимо, вконец растерял остатки совести, потому что даже слезинка у него на глазу не выдавилась, когда он подтаскивал монету в свою сторону.
— Вот я и о чём говорю! Я до конца сам не осознавал, что ты такая затейница окажешься. До меня только сейчас наконец дошло, что с твоими талантами там вторая столица скоро организуется. Агентство по охране должно быть серьёзным, и кормить его надо хорошо, — он поманил к себе ещё монету.
— Да вас легче убить, чем прокормить, — Люси поддерживающе залаяла.
Джарлетт угрожающе посмотрел на неё:
— А ты вообще молчи, предательница! Сколько лет ко мне бегала, а теперь переметнулась.
Люси, прижав уши, спряталась под столешницу.
— И вообще, чем я хуже фея — кивнул на потешавшегося над нашим торгом Орла, сидящего с краю стола и любовно поглаживающего свой столбик с монетками. — Долю выделяй с Весёлого Кукуя. Пятьдесят процентов с прибыли.
У меня аж дыхание остановилось от такой наглости. Ну, я понимаю, что только с его широкой руки кукуйчане пошли под моё крыло, но без моих идей они нафиг никому не нужны были бы.
— Принц, что с вами случилось? Вы раньше только девками интересовались, а теперь вдруг на жизнь зарабатывать решили. Десять, — возмущённо захлопала я глазами.
— А вот с кем поведёшься — от того и наберёшься! Сорок,— выразительно посмотрел на меня Джарлетт.
— И сколько там этих пиратов? Два или три корабля несчастных? Так я лучше с прибыли пушки куплю и в порту поставлю, чем столько денег жадному дракону отваливать. Двадцать.
— А ничего, что они охоту на торговцев в море устроят? И у них там на пиратских островах за сотню шхун обитает. Тридцать.
Я повесила на лицо грустную гримасу и утёрла несуществующую слезу:
— Что вы, принц, бедную девушку обобрать норовите? И претендентов разогнали, где их теперь искать? Хренова того же, а с какими замечательными гвоздичками он меня на полянке тогда ждал! А вы не то что цветочек, а от будущего приданного процент норовите откусить. Двадцать пять!
— Согласен! — принц протянул мне через стол руку, и я со счастливым сердцем пожала её. Пираты в мой расклад по Кукую совсем не вписывались. И когда у тебя над головой живой бомбардировщик летать будет — дышать легче станет.
— Когда на вахту улетите? — невинно похлопала я глазами и прядку на пальчик намотала. Джарлетт усмехнулся:
— С отцом переговорю и попрошусь туда, над морской границей, полетать.
— Принц, может, мы наливок заготовим и в Кукуй переправим? И не надо на меня так смотреть, кто-то в деле. — и я двинула ещё один золотой, страдая в душе от таяния первичного капитала.
Не знающий совести мужчина поднялся, сгрёб все свои деньги в широкую ладонь, любовно погладил их и высыпал обратно в кучу:
— На развитие нашего предприятия.
Я аж взвизгнула. Подскочила, метнула Люську на стол и радостно расцеловала Джарлетта. Бизнес, только бизнес. Он тоже ответственно отнёсся к нашему партнёрству и, обняв меня, ответил затяжным дружеским поцелуем, скрепляющим трудовой договор.
Нотариально-поцелуйные заверения контракта прервала Кира. Она подозрительно посмотрела на наши скрепления и сказала:
— Нашла. Двух. Сидят, сейчас рисуют. Через час принесут этикетки. И госпожа, скоро клуб, а у вас маски нет. В мешке с прорезями пойдёте?
Точно! Как же я забыла! С этим принцем перестала трезво мыслить. Я вытолкала фиктивного жениха за порог и стала лихорадочно готовить маску. Запрет императрицы на общение со мной ещё никто не отменял. Пока Кира с феем доразлили бутыльки, я приготовила чёрную маску, полностью закрывающую лицо, с сеткой, покрывающей волосы.
  
Наш маленький Орел зачаровал оставшиеся бутыльки, и их ряды приятно радовали глаз. Я аккуратно записала в тетрадь всю бухгалтерию и выдала служанке суммы для новых закупок.