Айя (СИ)
Айя увидела, как белые стены превращаются в стекла. А за ними — его творения. Бесконечная стена из отдельных комнат и такое же бесконечное множество порабощенных оболочек. Впереди, из-за угла, показались люди в костюмах — белые штаны и рубахи. Инициированные. Айя закрыла глаза, позволяя им поднять ее с пола и понести куда-то. Солерон. Она в Солероне.
***
Айю занесли в лифт и нажали кнопку «тридцать два». По сильному толчку, она определила, что они движутся вниз. Сигнал на панели быстро замигал от «десяти» к «тридцати двум». Двери распахнулись, и Айю вынесли в широкий коридор, усыпанный дверями на каждом шагу. Люди в черном и белом не обратили внимания на присутствие Айи. Все они следовали куда-то по своим делам.
Айю занесли в просторную комнату и уложили на кушетку в центре. Высоко под потолком висел странный прибор, напоминающий пушку с узким дулом. Руки Айи развели по сторонам, причиняя невообразимую боль, и пристегнули ремнями к подлокотникам.
— Лежите спокойно, — произнесла какая-то девушка.
Айя кивнула и уставилась на пушку.
Из комнаты все вышли и свет погас.
— Обычно, я не показываю, что происходит за стеной, но для тебя сделаю исключение, — услышала она голос брата.
По правую сторону образовалось смотровое окно. Там было светло, и Айя прищурилась, внимательно разглядывая своеобразную клетку со стальными укрепленными стенами. В одной из них открылся люк, как в мусоропроводе, и из него вылетело серое создание, падая на пол и визжа. Животное заметалось, прыгая на стены и ударяясь в смотровое стекло. Лишенное света и окружающих звуков, оно все равно, будто, чувствовало, что это — конец. Вспышка света и тварь на глазах превратилась в пепел. Айя посмотрела на девушку, что осталась стоять за стеклом. Югуанка, молодая, лет двадцать. Девушка повернула голову и посмотрела на Айю. Она была явно растеряна и вообще не понимала, где находится и что происходит.
— Знаешь, за что я их люблю? — произнес брат. — Хоть и остается прежний облик, сознание у них стерто. Перед тобой — младенец, который даже говорить не может.
— Н-н-нет, — прошептала Айя, глядя на девушку.
Снова вспышка, и девушка превратилась в небольшой шарик пульсирующей энергии. Словно маленький Амир, эта энергия излучала столько света, что Айя прищурилась на миг. А затем — взрыв. Сияние и темнота. Айя повернула голову к потолку и взглянула на пушку. Ее дуло теперь было направлено ей в грудь. Выстрел — и Айя согнулась пополам. Судорогой свело все тело, и пальцы ее с хрустом сомкнулись. Айя выдохнула и откинулась обратно на кушетку.
Такая-то слабость и никакой боли. Айя повернула голову и взглянула на свои руки. Засохшая корка крови украшала ее пальцы, прежние пальцы. Айя пошевелила ими, и поняла, что от переломов не осталось и следа.
— Тебе понравилось мое представление? — рассмеялся брат.
— Никогда не думала, что смогу увидеть подобное… — автоматически произнесла Айя.
— Я жду тебя в коридоре!
Айя без труда освободила руки и спрыгнула с кушетки. Осмотревшись еще раз, она подошла к двери и открыла ее.
— Мне нужен воздух, — произнесла она, останавливаясь напротив брата.
— Здесь достаточно воздуха.
— Мы под землей. Здесь нет окон. Мне нужен воздух.
— Желаешь прогуляться по вечернему городу? — улыбнулся брат.
— Позволь, хотя бы, просто подышать.
— Ладно. Подайте нам ужин!
— Да, господин, — ответил один из служек.
— Пойдем, — подгонял Оттери.
Следом за ними шли двое мужчин в черном. Войдя в лифт, они остановились за спиной Айи, сковывая каждое ее движение силовым полем. Оттери нажал кнопку «ноль» и повернулся к Айе лицом.
— Этот комплекс я построил за один день.
— Твои возможности всегда впечатляли меня, — покорно кивнула она.
— Твои тоже, — улыбнулся брат.
Лифт остановился, и Оттери вышел в огромный освещенный потолочными лампами холл. Айя ступила на черный мраморный пол и взглянула на свое отражение в стеклянных стенах. Там, за этими стеклами, было темно. На улицах и в высотных зданиях горел свет.
— Ты создал ночь? — спросила Айя, следуя за братом и останавливаясь у самого окна.
— Я не знаю, что это такое. Но, Кора рассказывала, что она выглядит именно так.
— Да, так…
Трудно было поверить, что она все еще находится в Солероне. Ночной город, свежий прохладный воздух и море огней вокруг. Будто бы Внешний Мир раскинулся перед ней, предоставляя возможность взглянуть на него сквозь это стекло.
Айя прижалась к нему лбом и уставилась на людей в белых одеждах, стоящих недалеко друг от друга и окружающих это здание.
— Здесь твой дом? — спросила Айя.
— Да, мы сейчас в его холле. Пойдем, я покажу тебе столовую.
Айе не хотелось никуда идти. Будь ее воля, она замерла бы перед этим окном, внимая творению своего брата, столь простому и сложному одновременно. Почему он стал таким? Почему попал в руки тех, кто смог вырастить из доброго отзывчивого ребенка чудовище, смотрящее в окно и глядящее лишь на свое отражение в стекле?
Айя развернулась и, склонив голову, направилась следом за братом. Преодолев изогнутый холл, они вошли в другое помещение, где в самом центре был накрыт стол. Холодный искусственный интерьер из камня и металла сдавил Айе горло, принуждая пальцы против воли двигаться и творить. Она заменила кованые стулья на деревянные, обтянутые кожей, выстлала паркетом пол, и расстелила ковер у камина. Инициированные, стоящие здесь, начали подпрыгивать на месте с подносами в руках, пугаясь перемен и не веря в то, что видят.
— Я согласен. Так немного лучше, — ответил брат, рассматривая свою новую столовую. — Но больше без моего разрешения ничего не меняй, иначе…
— Я поняла, — кивнула Айя, присаживаясь за стол.
В бокал ей налили сок, а на тарелку положили кусочек мяса в красной подливке.
Айя подняла бокал и повернулась к брату, который предпочел выпить вина. Все эти яства для Сатриона — роскошь. И особенно вино, для создания которого выращивали виноград в оранжереях.
— За тебя, Ajami, — произнес Оттери и пригубил из бокала.
— За меня, — повторила Айя и промочила губы соком.
Брат поставил бокал на стол и взял в руки приборы. Айя не двигалась, внимательно наблюдая за ним.
Отрезав кусочек мяса, он положил его на язык и тут же снова пригубил вина.
— Кстати, а где моя матриати? — произнес он, оборачиваясь ко всем остальным.
— Вы не говорили…
— Сейчас говорю. Я хочу познакомить ее с моей сестрой.
— Да, господин, — кивнул один из инициированных и тут же направился к двери.
— Она — двадцатая… Или двадцать первая… Амир, я сбился со счета, — засмеялся брат и снова пригубил вино.
— А где предыдущие?
— Надоели.
— И ты убил их?
— Конечно, — хмыкнул брат. — Мои женщины, как и вещи, могут принадлежать только мне. В повторное использование я их не сдаю.
— И как твоя новая матриати относится к тому, что ее ждет?
— Ты знаешь, а я — не спрашивал! — расхохотался брат и вдруг поперхнулся.
Потянувшись к бокалу, чтобы запить, он опрокинул его на стол, пачкая белоснежную скатерть темно-красным вином.
Инициированные и заблудшие бросились к своему Творцу, отрывая задыхающееся тело от стола. Они уложили его на пол, размахивая руками и не понимая, что делать дальше. Айя слышала, как он задыхается. Жить ему осталось всего несколько минут, не больше.
— Это — атропин, — спокойно произнесла Айя. — Органическое соединение…
Убийство родственника карается смертью в мире I-ho. Наверное, Оттери полагал, что она никогда не сможет пробить его защитное поле. Но зачем пробивать поле, если он сам может принять яд, который она специально создала в его бокале?
Айя подорвалась и бросилась к двери. Навстречу ей уже бежали люди, выныривая из лифтов. Айя протянула руку и оградила себя стальной замкнутой стеной.
— План «Б», Учитель.
А другого у нее и не было.
Глава 21