Айя (СИ)

— В чем дело?!
Юноша перевел взгляд на Айю, тянущуюся под конвоем следом, и тихо ответил:
— А она — красивая, ваша сестра…
— Хочешь ее трахнуть?! — приподнял брови Оттери.
— Я? Н-н-нет, ну что вы, господин, — лицо охранника побледнело, и он замертво рухнул к ногам своего хозяина.
— Ненавижу, когда мне лгут, — ответил Оттери и, переступив через тело, пошел дальше. — Кстати, — обернулся он к остальным. — Вколите-ка ей чего-нибудь. Не хочу, чтобы она видела мои игрушки!
— Да, господин, — кивнули люди и направились к Айе.
***
Айя распахнула веки. Вокруг было темно, и лишь луч искусственного света слепил глаза. Она попыталась пошевелиться, но ремни, сковывающие грудь, не способствовали движению.
— Не дергайся, — услышала она голос брата. — Тебя отпустят лишь тогда, когда я позволю.
— Я в туалет хочу!
— Можешь делать свои дела прямо на столе. Меня ты этим не смутишь.
— Так ты встречаешь свою сестру?! — завопила на родном языке Айя. — Боишься, как огня, хотя и сам знаешь, что я не смогу пробить твое поле, если только ты сам не позволишь! И освободить себя я могу в любой момент!
— А в этом что-то есть, — хмыкнул Оттери и приказал включить свет в помещении.
Айю вновь ослепило на мгновение. Кто-то подошел к ней и отстегнул ремни. Айя присела на кушетку и потерла глаза.
— Так лучше? — поинтересовался брат, сидя на стуле напротив нее.
Айя взмахнула рукой и, упав в мягкое кожаное кресло под собой, улыбнулась.
— Вот так — лучше.
— Этими фокусами тебе меня не удивить.
— Тебя нет — а тех, кто за стеком — да, — Айя помахала рукой, и стена за спиной брата тут же исчезла. Люди в черном заметались по узкой комнате под громкий хохот Оттери.
— Перестань разрушать мои творения, — ответил он и, взмахом руки, восстановил стену.
— Давно не виделись, братик.
— Копия отца. Будто ему в глаза смотрю.
— А ты на мать похож, — улыбнулась Айя.
— Я плохо ее помню, — ответил брат и закинул ногу на ногу.
— Так что? Могу я в туалет сходить?
— Иди, — кивнул он, указывая пальцем на дверь.
Айя спокойно поднялась с кресла и проследовала в указанном направлении. Действительно, там оказался туалет. Справив нужду, Айя умылась и тут же сменила одежду на черный костюм, как и у ее брата.
Выйдя из уборной, она вернулась в кресло.
— Черный тебе к лицу, — заметил брат.
— Думаешь? У нас этот цвет не носят даже вдовы.
— Бояться причислить себя к рядам заблудших?
— Нет, в черном слишком жарко.
— Кондиционеры под куполом замени. И светоотражатели поставь. Ночью, хотя бы, спать сможешь.
Айя вскинула брови и улыбнулась:
— Я как-то не подумала.
— А вы, бабы, вообще не о том думаете, — надменно усмехнулся Оттери. — Дом себе, небось, выстроила на три квартала, а о куполе не подумала.
— Кое в чем ты прав, — согласилась Айя.
— Я во всем прав. Ладно, расскажи лучше, как ты там поживаешь? Давно вернулась?
— Нет, недавно.
— Прости, но ты так драпала, что я не успел тебя забрать.
— Насколько я помню, три твоих корабля потерпели крушение?
На скулах Оттери заиграли желваки.
— Полагаю, что это сынок Квартли постарался?
— Кто?
— Перестань дурочку из себя строить! Орайя Сиа здесь и доставила его сюда ты! Мамаша надоумила или сама сообразила, что из него выйдет толк?
— Сама, — улыбнулась Айя.
— За корабли он мне еще ответит. Ну да ладно, — Оттери махнул рукой. — Когда вы там планируете напасть на Солерон? Завтра вечером? Может быть, ночью?
— Мы не планировали.
— Опять врешь!!! — закричал Оттери. — Для чего тогда армию собрали!? Так, просто, боевые учения?!
— Но, вы же тоже армию собрали? Почему бы и нам не сделать то же самое?
— У нас другие цели, — Оттери сбавил тон. — Праведники нас не интересуют. А вы, вместо того, чтобы соблюдать Равновесие, суете нос не в свое дело.
— По-моему, мы вам ничем не мешаем, или я ошибаюсь?
— Что ты делала во Внешнем Мире?
— Путешествовала. Это у меня — врожденное, если помнишь, — наклонившись к нему, прошептала Айя.
— Ты взорвала два спонтанных прорыва. Что, потенциал Кимао Кейти переоценили?
 
— Есть немного, — пожала плечами Айя.
— А как там поживает Данфейт Белови? Жаль, пока не получается встретиться с ней лично, но, я полагаю, ждать осталось недолго.
— Не тяни резину, — раздраженно произнесла Айя. — Ты ведь искал меня не просто так?
— Может, я хотел воссоединить семью? — вопросительно приподнял брови Оттери.
— Своим шлюхам расскажешь. На меня — не действует.
— Ладно, пойдем, — произнес Оттери и встал.
В стене по правую руку от него образовалась дверь. Он подошел к ней и, отворив, пропустил вперед Айю.
— А где мы вообще?
— Не имеет значения, — отрезал брат.
Они шли по узкому коридору, сворачивая то вправо, но влево. Айя пыталась запомнить путь, «зацепиться» хоть за какие-нибудь отличительные признаки этих пролетов, но увы: все они были одинаково белыми и без дверей.
Наконец, Оттери остановился и приложил ладонь к стене. Белая преграда расползлась перед глазами Айи, обнажая прозрачное смотровое стекло, за которым она увидела нечто, от чего горло ее свело позывом на рвоту. Огромная комната с металлической обшивкой, на полу которой ползали настоящие твари.
Айя дернулась назад и прижалась спиной к противоположной стене.
— Я бы на твоем месте там не стоял, — заметил Оттери и протянул к стене руку.
Айя обернулась и не смогла сдержать крик. То же стекло. Те же создания за ним. Обезображенные, с серой кожей, без глаз и ушей, они одним своим видом внушали отвращение и ужас. Словно черви, они наползали друг на друга, копошась на полу и поедая все, что попадется им под руки.
— Могла ли ты себе представить, что я смогу создавать живые тела?! — с воодушевлением в голосе произнес брат. — Для воплощения необходимы лишь органические компоненты. Пересадив в такое тело оболочку, мы создаем жизнеспособный объект.
— И чьи же оболочки ты переселяешь? — прошептала Айя, медленно отдаляясь от стекла.
— Искать умерших — слишком долго. Они появляются то там, то здесь, и не всегда мы замечаем их. Куда проще вызвать спонтанную смерть и присоединить оболочку к фантому. Один фонтом способен удержать до десяти свободных оболочек. Затем, он возвращается сюда и передает их нам. Остается лишь внедрить их в новые тела, что, на самом деле, очень просто сделать.
— Вот почему они взрывают своих жертв…
— Установка у них такая, — пожал плечами Оттери. — Ничего личного.
— И ты построил первоисточник только ради этого? Для добычи свободных оболочек?
— Ну, что ты! Это так — побочный продукт. Когда наступит резонанс, два мира объединяться. Ты только представь: зеленеющая пустыня, океаны, синее небо над головой и мы. Ни голода, ни жажды, одна только свобода! Отец всегда мечтал об этом. Только смелости на воплощение этой идеи у него не хватило. Он ограничился созданием семи городов и вернулся в пустыню. Глупо, конечно, но я его не виню.
— Но зачем тебе, в таком случае, органические тела? Тем более, такие…
— Это — хранилище для энергии. Я долго пытался создать что-либо, что поддерживало бы жизнь в оболочке, но все мои труды были напрасны: два часа и бах — ничего нет. Я понял, что дело в чем-то ином. Почему оболочка трансплантируется в тело, а не, скажем, в металл? Оказалось, что все дело в энергии. Для длительного существования оболочки требуется энергия. Ее предоставляет тело. Оно питается, испражняется, в общем, круговорот веществ в природе. Сперва, я создал нечто вроде животного, но человеческая оболочка не прижилась в нем. И тогда появился этот вариант. Прекрасный экземпляр. Они, кстати, питаются своими же испражнениями, — улыбнулся Оттери. — Так вот эти тела — хранилища для свободных оболочек. Я уже знаю твой следующий вопрос, — засмеялся Оттери. — Для чего нам хранить оболочки людей? И опять все просто, Айя. Это — источник вечной жизни для нас. Молодость, здоровье, сила, — все заключено в энергии, которую они несут в себе. Подобно тому, как детей Амира создала энергия термоядерного синтеза, мы облучаем наши тела энергией распада свободных оболочек. Это — вечная жизнь, и за нее не нужно платить бесплодием. Хотя… — Оттери внимательно посмотрел на сестру, — для тебя это уже неактуально.