Отбор на вылет, или Некромант неудачи (СИ)

По сравнению с предыдущими кандидатами эти смотрелись выигрышнее, и я, кажется, начала понимать отцовский замысел: на фоне простолюдинов представители купечества казались едва ли не принцами. А в конце этой очереди должны были находиться фавориты отбора. Те, кого мне предстояло выставить в следующих турах. Что ж… Даже усталость помешает мне внимательно их рассмотреть.
Шаги по ступенькам. Подарок переходит из рук кандидата в руки помощника казначея. Я изображаю заинтересованность. Коленопреклонённая поза. Моя улыбка, устремлённый вниз взгляд. Какие-то слова. Ещё улыбка. Шаги по ступенькам… Следующий…
  
Купцы, военные чины, дворяне, парочка магов… Драгоценные камни, оружие, собаки и лошади, редкости и старинные реликвии, древние трактаты и артефакты.
– Я старый солдат…
– Вы сияете, как…
– …прелесть…
Фиби заснула где-то между вторым генералом и первым бароном. И я ей отчаянно завидовала. Поглядывала периодически на столик рядом с троном, где помещалась подушечка с улиткой, и мысленно вздыхала, что у меня нет собственной раковины, куда можно ото всех спрятаться. Радовало только то, что людей в зале не так уж много.
– Главный Вождь Пяти Племён Великой Степи – Ырк Однорукий!
Отец на соседнем троне встрепенулся и окинул зал непонимающим взглядом, словно до этого спал с открытыми глазами. Уставился на орка Ырка (вопреки именованию с двумя руками!), наклонился ко мне и со страхом спросил:
– Кто разрешил его пустить?
Не знаю, почему он выяснял это у меня – видимо, растерялся спросонья. Я только качнула головой, показывая, что понятия не имею. Мы переглянулись, прочитав в глазах друг друга одну и ту же мысль. Но отец не успел отдать приказ страже, а то чего мы так боялись, произошло.
Шаги по ступенькам. К моим ногам летит шкура не опознаваемого чудовища и боевой топор. Я растерянно моргаю. Ырк разворачивается…
Свадебные обряды орков весьма специфичны…
«Дорогой дневник, это была полная ж… задница!»
Рьяна Изрийская
Отец попытался закрыть мне глаза рукой – видимо, чтобы девичью скромность не возмутить. Но я ещё с прошлого приезда орков помнила, как они любят показывать место, на котором сидят, и скромность не то чтобы пострадала. Впрочем, рассматривать зелёные седалища тоже было не слишком интересно, хотя и веселее, чем слушать хвалебные речи предыдущих участников отбора. А вот когда стража начала натянувшего штаны Ырка из зала выставлять, я уж не утерпела и папенькину ладонь отвела.
Орк весьма успешно держался против двоих стражников. С учётом того, что он был без оружия (топор всё ещё лежал у моих ног), а наши с отцом бравые защитники не рисковали вытаскивать мечи, чтобы не задеть невольных зрителей, всё действо больше походило на балаган.
Ырк уклонялся, сдёргивал висящие на стенах ковры и занавеси, накидывал их на головы преследователям, к которым присоединились и вояки с дворянами, прятался за других кандидатов, не желающих вмешиваться в происходящее. В общем, всячески развлекался. И надо сказать, это было лучшее выступление за сегодняшний день.
Грохот, крики, топот, треск рвущейся ткани. Вонь палёной шерсти от тлеющего ковра, подожжённого магом. Плеск воды, которой этот ковёр пытались залить. Другой маг заморозил лужу, куда должен был наступить орк, но замёрзла вся грязь в зале. Охи, ругань, разъезжающиеся на льду ноги «женихов», попытки схватиться друг за друга, совместные падения. Ырк, кстати, так и не упал – равновесие он держал прекрасно.
Отец наблюдал за представлением с не меньшим увлечением. Я дёрнула его за рукав и, пользуясь тем, что все при деле, и никто не подслушивает, спросила:
– Давай, я за него никогда не выйду, но в следующий тур возьмём? Это гораздо лучше, чем наша дворцовая самодеятельность.
Папенька бросил подозрительный взгляд, явно прикидывая, не потому ли я за орка прошу, что впечатлилась его седалищем, но быстро понял абсурдность подобного предположения, поэтому хмыкнул и кивнул.
Что ж с первым «женихом» мы определились. И это был очень хороший вариант – я могла благоволить Ырку настолько, насколько допускали приличия. Такую кандидатуру отец точно никогда бы не одобрил, зато орком можно спокойно прикрываться от других женихов.
Тонкий свист и грохот прервал наши переглядывания. Я вздрогнула и обернулась на ступеньки. На площадке просителей растянулся Ырк, голова которого наполовину скрылась в куче снежных ирисов. Из недавно показанной всем присутствующим части (естественно, укрытой кожаными штанами) торчал дротик. Судя по тому, что степной вождь не шевелился, остриё было смазано парализующим ядом.
– Младший Пресветлый Князь Великого Эльфийского Леса – Ториэн Остролист.
Мой взгляд упёрся в ушастого блондина в серебряных одеждах. Тот посторонился, пропуская стражников, которые сориентировались чуть медленнее глашатая, но тоже довольно быстро. Ырка взяли за ноги и потащили прочь. Он мычал, отчаянно вращал глазами и, вероятно, проклинал эльфа, использовавшего столь подлый приём для устранения противника.
Я проводила взглядом стражников и утаскиваемого ими Ырка, прикинула примерное количество оставшихся в зале и подавила тяжёлый вздох. Скорее ночь наступит, чем кандидаты закончатся. И ничего интересного впереди не предвиделось.
Ториэн Остролист тоже проводил взглядом своеобразную «процессию» и снова повернулся ко мне. Медленно поднялся по ступенькам, изящным жестом разогнал грязную лужу на полу и встал на одно колено. Не знаю, каким образом, но эльф при этом выглядел так, словно это он оказывал мне милость, а не я ему.
– Я позволил себе прекратить этот фарс, дабы он не оскорблял ваш взор.
«Дорогой дневник, в этот момент я поняла, что с Ториэном Остролистом мы не поладим».
Рьяна Изрийская
Зато отцу кандидат понравился неимоверно. Кажется, слова про «оскорбление взора» сразили папеньку наповал, ведь он тоже всячески пытался оградить меня от всего, чего только можно. В общем, если бы замуж выдавали его, в эту секунду отбор бы и закончился. Но я выходить за эльфа категорически не хотела. Я вообще не хотела замуж ни за кого, кроме Вейна.
Меня снова объяла тревога, и задрожали руки. Пришлось сцепить пальцы на коленях, стараясь не выдать своего волнения, но противн… проницательный Ториэн всё равно заметил.
– Вас испугало это происшествие? – Он посмотрел мне прямо в глаза, а я… смутилась.
До сих пор никто не рассматривал меня так открыто. Все взгляды были подобострастные, заискивающие, направленные снизу вверх, в конце концов… Но Остролисту как-то удавалось смотреть снисходительно, даже стоя на одном колене.
Фиби почувствовала моё беспокойство и высунулась из ракушки, позволяя отвлечься на неё. Я погладила мягкий мех шубки, успокаивая любимицу, и та снова ушла в себя. Этого короткого перерыва хватило, чтобы взять себя в руки.
– Я не напугана, вам показалось. Разве мне есть чего бояться в своём доме, под защитой обученных стражников, да ещё и в обществе столь отважных заступников?
Естественно, он тут же попросил прощения, что усомнился в достаточности предпринятых мер по охране моего высочества. И удалиться с самодовольной улыбкой на лице. Ведь он был первым из кандидатов, кого я удостоила словом.
Можно было быть мягче, но эльф раздражал тем, что явно понравился папеньке, который прямо-таки светился, как невеста на выданье. А значит, Ториэн точно пройдёт дальше, и мне придётся искать способ его выгнать. Увы, придраться к подарку я не могла: эльф преподнёс снежный ирис, но не живой, как делали простолюдины, а из слезы дракона – редкого драгоценного камня. К тому же цветок напитали магией, так что из его центра то и дело вылетали крохотные сияющие искры. Над подарком как раз чахли мейстер Кортус и королевский маг, и было понятно, что критиковать подобную ценность совершенно бесполезно.
– Его Высочество Средний Принц Королевства Каридии Дамир Энский и Его Высочество Младший Принц Королевства Каридии Ратмир Энский.