Отбор на вылет, или Некромант неудачи (СИ)

– Я ж говорю, лоботряс, – буркнул отец и почесал за ухом кошку, которую я каким-то образом наколдовал. Судя по всему, в замке скоро официально появится ещё одна животина в компанию к летучим мышам. – И внешность не забудь сменить.
– Зачем менять внешность?
Я посмотрел на отца, а братья переглянулись, закатили глаза и хором сказали:
– Ой, дура-а-ак.
– Потому что ты в Изрии вне закона. Да ещё и принц вражеской страны. Никто тебя на отбор не пустит. Бросят в тюрьму, и поминай, как звали. – Ещё одна виноградинка отправилась за своими предшественницами. И объяснения ненадолго прервались. – А так, придёшь, увидишь, победишь, ха-ха, и обратно.
  
– Подождите, но если я внешность сменю и колдовать не смогу, как Рьяна меня узнает? – Я так возмутился этому предложению, что даже не отреагировал на хохот Глейна.
– Ну, так докажи, что ты лучший, пройди эти глупые конкурсы и завоюй её сердце. Ну, или просто победи в отборе. А там уж свадьба, все дела. Фарш обратно не открутишь, если ты не некромант. Король Изрии не сможет отказать тебе после свадьбы. – Взгляд Глейна полыхал магическим огнём, а я не мог понять, шутит он или нет.
– Звучит предельно мерзко, – честно ответил я.
– Можешь её выкрасть. Старинная Изрийская традиция, между прочим, – глядя в потолок сказал Дрейн, и этот вариант понравился мне гораздо больше.
– Точно! У меня и конь с крыльями! Подлечу к трибуне, схвачу Янку, а уже потом всё объясню. Дрейн – ты гений!
– Я знаю.
На этом мы и разошлись. Отец и браться отправились по своим делам, а я объясняться с «благороднейшим», который до сих пор не получил объяснений. Но вот беда: пегаса нигде не было.
  
Глава 3
 
Рьяна Изрийская
– Нет, Фиби, нельзя проверять женихов на знание географии и традиций Изрии. – Я посмотрела на улитку, активно тычущую рожками то в карту на стене, то на крутящуюся под потолком соломенную жар-птицу, которая по поверьям отгоняла злые помыслы и сохраняла семейный лад. Семейного лада у нас с отцом вот уже несколько дней не было, да и помыслы мои были далеки от добрых, причитающихся принцессе на выданье. – Уверена, что половина приезжих придёт в шубах, как у дядьки Мороза. И мне уже заранее за них стыдно.
Я отложила шитьё – гардероб Фиби обогатился ещё одной накидкой – и задумчиво посмотрела в окно. Снег с площадки уже выгребли, а может, даже растопили магией, а над замком установили защиту от непогоды, чтобы заново двор не завалило. Я засмотрелась на то, как поблёскивает купол – словно стужа морозный узор рисует, да не на стекле, а прямо в небе.
Жаль, Вейн не видел этой красоты. В год, когда делегация Верлингарда должна была приехать с официальным предложением брака, началась война. Отец говорил, что её развязал Гаспар Верлинг, но ходили слухи, что это папеньке вожжа… Эльдор Изрийский первым указ о нападении издал. Как бы то ни было, а страна некромантов ото всех остальных барьером отгородилась, и никто больше туда не мог ни войти, ни выйти.
– Так! Если я сейчас буду думать, что никогда не увижу Вейна, опять раскисну. А мне нельзя раскисать.
Фиби согласно заморгала и сочувственно боднула руку, в которой так и осталась зажата игла. Я опомнилась и с силой воткнула остриё в подушечку.
– Вот я знаю, что не стоит проверять при первой встрече, но совсем не придумала, что проверять. С другой стороны, надо сначала просто посмотреть, кто там явится, и что принесёт. Участникам с бедными подарками папенька сам от ворот поворот даст, а часть я смогу отбраковать, как тех, что сильно не по душе пришлись. А там уже поглядим, кто останется, и придумаем, чем выбить как можно больше кандидатов.
В дверь постучали. Я со вздохом встала, посадила на специальную подушечку Фиби, кутающуюся в розовую шубку, и отправилась на встречу с женихами.
Перед скрытой дверью в большой приёмный зал стоял отец и смотрел в глазок. Я подкралась к нему, привстала на цыпочки и громко спросила:
– Что там?
Папенька-король подпрыгнул от неожиданности, так что корона чуть не слетела, но быстро подвинулся, давая и мне посмотреть.
– Много. И ещё прибывают. С подарками.
Я слышала, как папенька довольно потирает руки, а сама осматривала толпу, в которой сложно было различить кого-то конкретного. К тому же часть помещения скрывали наши троны. Ладно, осмотреться по месту можно. Сверху и видно лучше.
– Как недостойных отсеивать будешь? – Спросила я у отца.
– Там мейстер Кортус и наш маг. Первый определит стоимость и подлинность подарка, а второй нужен, если что зачарованное вручат. Чтобы неопасно и ценно.
Я кивала на эти слова, признавая их разумность, и запоминала. Про мага я бы сама и не подумала, а ведь, и правда, могут же артефакт подарить, а мы с папенькой в них не разбираемся.
– Подарки мы, естественно, не вернём. Ну, разве что совсем завалящие принесут. Твоя задача – сидеть, улыбаться и благодарить за попытку. Никого не выделяешь, никем не пренебрегаешь. Этикет всех стран помнишь?
Я только и успела кивнуть, как раздался голос нашего глашатая. Такой зычный, что даже в голове зазвенело.
– Его Величество Король Эльдор Девятый Изрийский и Её Высочество Принцесса Рьяна Изрийская.
Папенька слегка сжал мою руку, стоящие снаружи стражи распахнули дверь, и мы вышли к хищ… женихам. И ничего хорошего от этой встречи я не ждала.
«Дорогой дневник, если бы я могла позволить себе выразить страхи и тревоги, от моего крика повылетали бы все стёкла в замке. Но я улыбалась и махала. Улыбалась и махала… Улыба…»
Рьяна Изрийская
Щёки уже болели, а улыбаться предстояло ещё как минимум час. После первой сотни претендентов я поняла, какую ошибку совершил папенька, не устроив минимальную проверку на соответствие при входе в замок. Большая часть «женихов» оказалась нашими городскими парнями, и пришли они просто посмотреть на меня поближе. Естественно, при королевском проезде по главной улице едва ли можно было хорошо рассмотреть нас с отцом, зато тут – любуйся не хочу.
И вот несколько сотен бравых и не очень молодцев по очереди поднимались на две ступеньки до площадки просителей, вставали на одно колено и всячески восхваляли мою неземную красоту, кроткий нрав и доброе сердце. По большей части это было косноязычно, многословно и не совсем внятно.
Хорошо, я успела шепнуть папеньке, что стоит отсеивать кандидатов не только по ценности подарка, но ещё и по умению кратко выражать свою мысль. Отец согласился и передал моё предложение глашатаю, а тот проорал на весь зал так, что даже глухой наверняка услышал. Очередь пошла быстрее.
Отличить пришедших поглазеть было очень легко – вместо подарков они складывали к моим ногам снежные ирисы, которые сегодня и расцвели. Куча цветов плавно переходила в мешанину из грязи, натёкшей с сапог, и хрупких осыпавшихся лепестков. Это казалось очень символичным: словно не цветы, а я сама маралась, участвуя в подобном сомнительном мероприятии.
Шаги по ступенькам. Мужчина опускается на колено. Моя улыбка и скромно устремлённый вниз взгляд. Какие-то слова, которые я уже не слушаю, пытаясь не зевнуть. Очередной цветок летит к моим ногам. Ещё улыбка. Шаги по ступенькам… Следующий…
Волнение давно улеглось, зато охватила скука. Мысли скакали с одного на другое, в попытке хоть как-то взбодрится. Хорошо, что служанки предусмотрительно убрали ковры, а то замучились бы их потом чистить… Надо будет спросить у писаря на входе, сколько людей пришло, а то я сбилась где-то в районе полутора сотен… Тонкий запах снежных ирисов больше не вызывал радости, а раздражал…
Когда мне уже хотелось выть вместе с дворовыми псами, которых кто-то на улице переполошил, любопытствующие, наконец, иссякли и пошли женихи посерьёзнее, действительно претендующие на мою руку.
Папенька оживился, глядя на подарки разной степени красоты и дороговизны. В основном то были ларцы с украшениями, зеркала всевозможных размеров и форм (что же ещё девице делать, как не красоту наводить?), меха (край-то у нас северный), пряжа и шёлковые нитки (о моей любви к шитью вся страна знала), ткани, книги по домоводству, одна чугунная сковородка, две скалки и огромный котёл, воистину ведьминских размеров. Спасибо, что метлу не преподнесли.