Отбор на вылет, или Некромант неудачи (СИ)

Я посмотрел на возвышение, но она явно скучала, рассматривая потолок. Зато на меня, сузив глаза, пялилась Фиби. А потом вредная улитка начала отправлять сообщения, которые, видимо, специально выбирала, потому что шли они явно не в том порядке, как они отправлялись.
«Ты же не бросил меня? Не забыл? Если ты меня забудешь, Вейн Верлинг, я тебя найду и пристукну «Легендами»!»
  
«… а ещё меня опять отчитали…»
«Да что это за война, на которой никто не воюет?! Наши войска стоят, где стояли, Верлингард отгородился непроходимой границей, некромантов никто не видел с тех самых пор…»
«…было так холодно, как тогда, когда нас с тобой застал дождь на лугу. Помнишь? Ты ещё отдал мне свой плащ…»
«Заметила, что я только и делаю, что жалуюсь. Хватит! Есл… Когда ты получишь мои сообщения, то решишь, что я плакса, но я не такая! Ты же ещё помнишь, что я не такая?»
«Решила завести дневник, чтобы жаловаться не тебе, а ему. Ты всё равно не отвечаешь, и у меня ощущение, что я разговариваю сама с собой и схожу с ума. Но всё равно каждый день проверяю, не пришло ли от тебя что-нибудь».
«…представляешь, мейла Риалинн опять требует…»
«Папенька нашёл дневник и прочитал, как я по тебе скучаю. Мы поссорились. Он говорит, что мне надо забыть о тебе и обо всём, что было раньше. Если бы я могла…»
«Зимний праздник, день Великой матери, время почитания Отца-воителя. Я уже слишком взрослая, чтобы верить в чудеса и в дядьку Мороза, но всё равно при каждой возможности загадываю увидеть тебя. Но наверное я слишком плохо себя веду и не заслуживаю подарка».
Я сбился и поставил офицера на клетку ближе, чем хотел. Соперник радостно оскалился. Голос Янки в голове не давал сосредоточиться, пропитывая всё вокруг тоской и печалью. Впрочем, моя ошибка дала совсем небольшое преимущество, которое ринтарнский принц тут же потерял. Оставалось всего несколько ходов до того, как ловушка захлопнется, и партия закончится. А дальше я буду искать случай, чтобы остаться с Янкой наедине и поговорить.
«Я же говорила, насколько не люблю нашу дворцовую самодеятельность? И знаешь, что? Папенька и мейла Риалинн сказали, что в этом году девой Стужей на городском празднике буду я! Это какой-то кошмар!»
«Папенька говорит, что короли должны быть близки к народу, но, кажется, он наказывает меня за неподобающие высказывания в сторону приезжих артистов. Хочет, чтобы я прониклась уважением к труду, который осудила. Ну и ладно! Надо-то пройтись перед людьми туда-сюда и сказать пару фраз. Почему у меня трясутся руки?»
«Ты не представляешь себе, как я опозорилась, хотя мейла и говорит, что этого никто не заметил… Я встала посреди сцены, потому что забыла слова, а потом развернулась и ушла за кулисы. Кто-то из артистов подхватил и сгладил произошедшее, но это было ужасно. А мейла посмотрела на меня и сказала: «Никогда не сдавайся Рьяна». А папенька добавил: «Да-да, никогда не сдавайся, позорься так до конца». И мы рассмеялись. А потом я вернулась на сцену и сделала всё, что надо. Но чтобы я ещё раз…»
На этом сообщения прекратились, давая возможность сосредоточиться на игре, и через несколько ходов над моей доской тренькнул колокольчик, сообщая об окончании партии. Но, как оказалось, это было только началом. Началом очередного балагана самого дурного свойства.
Слушать, как брызжет слюной взрослый парень, обвиняя меня в мухлеже, было настолько противно, что я даже ничего не отвечал. К тому же нашлось достаточно участников, готовых разнообразить эту самодеятельность своими выступлениями. Но когда истерика соперника зашла на третий круг, я встал.
Все почему-то замолчали. И смотрели так настороженно, как будто их сейчас убивать будут. Дурные какие-то. Стоять просто так было глупо, и я решил наколдовать кляп, но, естественно, всё пошло не по плану – случайная магия подкинула ледяной посох, завершив моё сходство с дядькой Морозом. Тут же вспомнились слова из сообщения: «…никогда не сдавайся, позорься так до конца». Терять, собственно, было уже нечего, так что наступила моя очередь шутить.
Я стукнул об пол посохом, перевёл взгляд на принца Ринтарнии и медленно произнёс:
– Ты плохо вёл себя в этом году и останешься без подарка. Гавкать тебе, пока не раскаешься.
Никто почему-то не засмеялся. А жаль, я так хорошо в роль вошёл. Вместо этого заливающийся лаем парень – в кои-то веке магия сработала как надо – бросился на меня с кулаками. А потом бросилась Янка. И это было так неожиданно, что я растерялся и не нашёлся что ответить. Стоял и смотрел на неё, как дурак, а в голове крутились слова: «…загадываю увидеть тебя. Но наверное я слишком плохо себя веду и не заслуживаю подарка». И я не мог сказать ей сейчас, что загаданное сбылось. Это окончательно превратило бы всё происходящее в фарс и показалось бы издевательством – дядька Мороз, который говорит, что исполнил желание, загаданное хорошей девочкой.
Я так ни слова и не сказал. Просто смотрел в синие-синие глаза и радовался нежданным полуобъятиям, пусть даже сама Янка считала, что стоит рядом с незнакомым эльфом… Погодите-ка! А чего это она прибежала обниматься с незнакомым эльфом? Или это она гавкающего принца защищала?
Не успел я даже мысленно сформулировать претензию, как мейла Риалинн вмешалась в ситуацию и увела принцессу прочь. А у меня пропала последняя причина задерживаться в замке. До нового испытания оставался ещё день, и надо было о многом подумать. И допросить, наконец, отца!
Вейн Верлинг
– Нет, всё-таки ты дурак. Увёз бы невесту, и закончились бы мои страдания… – надоедал Благороднейший по пути домой. – Сколько я тут с тобой болтаюсь уже? Три дня? Три дня! Знаешь, сколько дел у меня за это время накопилось?
– Прости, – коротко ответил я, не собираясь поддерживать разговор, но чувство вины согласилось с пегасом.
Впрочем, сейчас у меня было дело поважнее – найти и расспросить отца про войну. Хотя самой первой задачей всё-таки стала смена одежды – выносить шутки по поводу наряда ещё и от Глейна я бы не смог. Быстро затолкав шубу и шапку под кровать, я пошёл искать отца. Но его нигде не было.
В лаборатории меня встретил только сгусток мрака, радостно заскакавший по столу, когда я зашёл.
– Черныш.
Тёмный комочек запрыгнул на протянутую ладонь и потёрся о большой палец.
– Не обижают тебя тут?
Малыш попытался что-то пропищать, но я не очень понял. Хотя судя по активности и жизнерадостности, всё у него было в порядке.
– А где отец, не знаешь?
Черныш виновато сжался, а я пощекотал его и пошёл на выход. Близился вечер, и времени на разговор было не то чтобы много. Но ни в кабинете, ни в покоях, ни в библиотеке Гаспара Пятого не оказалось. Пришлось поймать и допросить домашнюю нежить на предмет, не спрятался ли великий некромант от меня где-нибудь в погребе, но домовушки отпирались до последнего и, похоже, не врали.
Что ж, за неимением отца, допрос предстояло пережить братьям. И оба они оказались в столовой – долго искать не пришлось.
– Хорошо, что вы здесь, – начал я. – У меня есть несколько вопросов.
– Дворецкий, – тут же ответил Дрейн, не поднимая взгляда от тарелки.
– Не-не-не. – Глейн помахал в воздухе пальцем и поцокал языком. – Садовник или горничная.
– Что дворецкий? Какой садовник? При чём тут горничная? – Я даже остановился, не дойдя пары шагов до стола, уставленного едой.
– Господа, я собрал вас всех здесь, чтобы задать несколько вопросов… – совершенно непонятно ответил Дрейн, а я покачал головой, показывая, что не понимаю.
– Ну, не тупи, Вейн. Это самая расхожая сцена в большинстве детективных историй. Скажи ещё, не читал их в академии. Убийца обычно кто-то из прислуги, хотя вот была одна история про цветочницу и злодея…
– Я в академии, вообще-то, учился, а не дурью маялся, – попробовал я прервать болтовню среднего брата, но эта задача так просто не решалась.