Аристократ на отдыхе. Том 5 (СИ)

— Ничего себе у вас тачки! — сказала Аня, небрежно проведя ладонью по капоту внедорожника.
Она сама открыла заднюю дверь и кивнула Маше:
— Садись, подруга!
Несмотря на показную смелость, девушка чувствовала себя неуютно и старалась сохранить видимость контроля над ситуацией. Ну, как умела.
Всю дорогу до Бернгардовки девушки о чем-то тихо шептались сзади. Только один раз Маша наклонилась вперед и дотронулась до моей руки:
— Никита Васильевич! Я смогу увидеть дедушку?
Я на секунду задумался и честно ответил:
— Вряд ли. Но мы с Кирой постараемся сделать все возможное, чтобы его освободили поскорее. Не переживай. В тюрьме не очень уютно, но там он в безопасности. И ты теперь тоже.
Глядя на мелькающую в свете фар полосу шоссе, я обдумывал дело Лабуаля. Привычно разложил по полочкам все имевшиеся у меня сведения. Нашел пробелы и продумал следующие шаги.
Но все это — завтра. А сегодня нужно отдохнуть.
Ох, черт!
С этой беготней я совсем забыл про Сеню! Как там парень устроился?
Я поспешно достал магофон.
— Семен Евграфович, ты как там? Был в академии?
— До вечера там проторчал, господин барон, — степенно ответил Семен.
— И как?
— Все в порядке. Приняли, и в класс уже зачислили. Ректор важный такой! Сперва через губу со мной говорил. А как увидел письмо от самого императора, так сразу подобрел. И место в общежитии обещал выделить.
— А что у тебя там за шум? — поинтересовался я.
Голос Семена почти заглушала громкая музыка и веселые крики.
— Да друг ваш опять гостей созвал, — пожаловался Семен. — Помолвку празднует. Он и вас хотел позвать. Я еле его отговорил — сказал, что у вас важные дела.
— Спасибо, Семен Евграфович! — от души поблагодарил я.
Мне сегодня только попойки у Барятинского не хватало.
— Съеду я от него, наверное, — вздохнул Семен. — Тут никакого покоя не будет.
— Найди себе квартиру, — предложил я. — С деньгами проблем не будет. А лучше дом поищи, как мы договаривались. Не придется два раза переезжать.
— Завтра же займусь, — пообещал Семен. — Мне ректор на два дня подписал освобождение от занятий. Успею.
— Молодчина! — подбодрил я парня. — А чего ты с ними сидишь? Закройся в своей комнате и отдыхай.
— Так я уже, — сказал Семен. — они на террасе гуляют, шум на всю улицу. Уже и городовой приходил, просил, чтобы потише гуляли.
— И что? — заинтересовался я.
— Они ему штрафную налили. Теперь с ними сидит. А Григорий Лексаныч его саблю спрятал.
— Ладно, Семен Евграфович, отдыхай, — улыбнулся я. — Как найдешь подходящий дом, сразу звони.
В Мальцеве я был уверен. Парень самостоятельный, и в опеке по мелочам не нуждается. А Столица — она такая. К ней надо привыкнуть.
Мы свернули с трассы, немного поплутали по узким улочкам загородного поселка и въехали во двор знакомого дома с темными стеклами до земли.
— Приехали! — с улыбкой объявил Ваня, поворачиваясь к девушкам.
Позади медленно закрывались высокие автоматические ворота.
Аня первой выскочила из машины и окинула взглядом дом и участок.
— Хорошо живут аристократы!
— Хорошо, — усмехнулся Ваня. — А еще у нас есть большая беседка и настоящая русская баня.
Из темноты бесшумно вынырнул незнакомый мне боец. Окинул нас коротким, но цепким взглядом и доложил Ивану:
— Все спокойно, Иван Ильич!
А потом кивнул мне:
— Добрый вечер, Никита Васильевич. Я Александр. Видел вас на турнире.
— Точно! — громко объявила Аня. — А я все думала — откуда я вас знаю? Так по маговизору же видела! Никогда бы не подумала.
Она повернулась к Маше.
— Подруга, это тот самый ликтор! Помнишь, я тебе рассказывала? Ну, кажется, здесь точно безопасно. Его демоны боятся, а призрак точно не сунется!
— Затопи баню, — попросил Иван Александра.
И подмигнул девушкам:
— Ну что, девчонки? Сначала в баньку, а потом — шашлык и посиделки у костра? Ох, я вас и напарю!
— Обойдешься! — отрезала Аня. — Сами справимся! Показывай, куда идти.
Маша вдруг повернулась ко мне.
— Никита Васильевич, спасибо! Я… я хочу вам рассказать, что случилось на даче.
 
— Рассказывай, — улыбнулся я.
И даже Аня не стала возражать. Только серьезно взглянула на подругу.
* * *
Маша познакомилась с Трубецким в ночном клубе.
— Это он к нам привязался, — презрительно уточнила Аня. — Самодовольный и противный тип. Тьфу!
— А тебе он понравился? — спросил я Машу.
— Сначала нет, — призналась она. — А потом что-то поменялось.
Она беспомощно посмотрела на подругу.
— Втюрилась ты в этого слабака, вот и все! — жестко усмехнулась Аня.
— Ну…
— Погоди, — нахмурился я. — Твое отношение к Трубецкому изменилось внезапно?
— Да. Он пригласил меня просто выпить кофе и погулять в парке. А потом мы как-то оказались у нас на даче — я даже не понимаю, как. И он… начал меня обнимать, а я была не против…
Маша покраснела и опустила голову.
— Это очень похоже на ментальное воздействие, — нахмурился я.
— Я ей то же самое сказала, — бросила Аня. — Трубецкой просто использовал магию. Нельзя доверять аристократам!
— Он был менталистом? — уточнил я.
— А я откуда знаю? — хмыкнула Аня. — Гадом он был, это точно!
— Что случилось дальше? — мягко спросила Кира.
— Леша потянул меня к кровати, — прошептала Маша. — Кажется, я сказала «нет», а он продолжал тащить меня за руку. И тут в комнате стало холодно. Даже за окном как будто потемнело. И я увидела, как стул ударил Лешу по голове. Он упал…
— Стул? — удивился я.
— Да. Он взлетел и ударил. И Леша сразу упал! Вы мне не верите?
Маша в отчаянии смотрела на меня.
— Верю, — твердо сказал я. — Что-то такое я и предполагал.
Я соврал, ничего подобного я не предполагал. Но хотел успокоить девушку, и у меня получилось.
— Умник, ты внимательно слушаешь? — на всякий случай спросил я демона-менталиста. — Она говорит правду?
— Да, — ответил Умник. — Но это удивительная история.
— Что было дальше? — ободряюще улыбнулся я.
— Я очень испугалась. А Леша… его как будто кто-то схватил за ворот и потащил. По ступенькам, прямо вниз головой!
— По ступенькам? — переспросил я. — В подвал?
— Не знаю. Мы были на втором этаже, там моя комната. Потом я услышала, как внизу разбилось стекло. Шагнула к лестнице, и мне стало плохо… Я упала.
Маша снова жалобно всхлипнула.
— Упала по ступенькам?
— Наверное. Я не помню. Вот!
Она закатала рукав кофты и показала мне едва зажившие тонкие порезы на левом предплечье. Выше порезов, почти у самого локтя я увидел большой синяк.
— Там на полу были осколки стекла.
— Сейчас, пожалуйста, вспомни точно. Трубецкой никуда не исчезал? Ты все время его видела?
Я спросил это потому, что заподозрил работу умелого мага Тени. Опытный теневик вполне мог утащить Трубецкого в глубину Теней и там лишить его возможности сопротивляться.
— Нет, я все время видела его. Его тащили, а кровь из его головы… она капала на ступеньки. И подошвы… к ним грязь прилипла.
Маша жалобно всхлипнула.
Значит, маг Тени отпадает. С поправкой на состояние свидетельницы.
— А когда появился Николай Степанович?
— Я не знаю. Мне было так холодно и страшно. Дедушка сказал, что вызвал жандармов. Велел ничего им не говорить, только побольше плакать.
В подтверждение своих слов она опять заплакала, опустив голову. Слезы капали из-под ее упавшей на лицо челки.
— Глупо, — осуждающе покачала головой Аня. — Надо было сразу сказать жандармам про призрака. Тогда бы Николая Степановича не арестовали.
— Вы… Вы тоже так думаете?
Маша, всхлипывая, подняла голову и посмотрела на меня.
Я покачал головой.
— Нет. Жандармов насторожили бы твои порезы и синяки. Скорее всего, тогда бы они арестовали тебя. Так что твой дедушка все сделал правильно. Он тебя спас.