Осколки вечности в Академии Судьбы

– Мальчишка неудачно подрался, – хмуро отбил отец.
– Не волнуйтесь. Двадцать лет назад он или еще не родился, или был годовалым карапузом, так что я сразу снял с Эмиля подозрения. Вот старший ваш сын достиг совершеннолетия и в теории мог бы, мог бы… – жмурясь на солнце, мычал следователь. – Да только зачем, граф? Элиас эмп, его пустота подтверждена. Остаетесь вы, граф.
– Очень призрачные умозаключения. Зыбкие, я бы сказал, – фыркнул папа.
  
– Бессменную настоятельницу приюта на окраине города я тоже успел допросить. С ментальным пристрастием. Она арестована.
– Какое насыщенное утро!
– Да, график плотноват… – согласился Шо. – Госпожа Савьер призналась, что передала медальон Огнии секретному покупателю. Судьба-богиня, граф, девчонка была ровесницей вашего старшего сына! Даже младше!
Он брезгливо скривился, словно в лужу нечистот наступил, наматывая круги под неприступным балконом.
– Вы намерены читать мне нотации? – удивился папа. – Так уж вышло, что чем старше девы, тем меньше шансов обнаружить в них непорочность. Огния достигла магсовершеннолетия, настоятельница заверила меня в этом. И в итоге сделка не состоялась.
– Вы передали деньги. Забрали медальон.
– Но не получил товар.
– Я здесь, чтобы арестовать вас, граф Ланге, – Шо поджал губы и сплюнул от отвращения на мостовую.
– У вас нет доказательств. Даже если бы от них был толк… Мисс Мотт жива, кулон у нее, нас ничто не связывает. Я не взял у девчонки ни капли ценной жидкости, – процедил папа. – Право слово, я поражаюсь вашей упертости, Шо. Она обескураживает. Сделайте себе подарок ко Дню Судьбы, наплюйте на принципы и позвольте мне утроить ваш оклад.
– Спускайтесь, господин Ланге, нам есть о чем потолковать, – отрывисто потребовал Шо. – Зря вы подняли старое дело. Зря решили разыграть эту карту. Я въедлив…
– Излишне, – поморщился отец.
– Излишне, да… Я отправил запрос в отдел регистраций, чтобы проверить показания мисс Мотт. Действительно, в архиве есть отметки о заключении брака с Эриком Валенвайдом, – поведал проницательный маг. – И, что занятно, о недавнем его расторжении. Леди Эвер явилась ко мне взволнованной. Ее брат отправился в банк за разводом и не вернулся к преподаванию ни через день, ни через два.
– Вы и в загуле клыкастого упыря намерены меня обвинить? Если кто-то три ночи подряд празднует начало холостой жизни, то виноват в этом, конечно, граф Ланге! – расхохотался отец.
– Мне другое интересно. Двадцать с лишним лет назад ваша «покупка» пропала. Сиротка Мотт исчезла с магических радаров. В те годы ваши руки были сильно короче, и вы не смогли ее найти… – задумчиво бормотал Шо. – Вы решили, что девушка погибла в пещерах вампира. Пожалуй, он оказал вам услугу, убив свидетельницу… Но вдруг Огния объявилась. Прямо в здании Магтрибунала. Нервно, да?
– Не особо…
– Вы похитили женщину буквально у меня из-под носа! – восхитился Шо.
– Я похитил? Сам? – закашлялся отец, растирая платком морщинистое лицо. – Вы в курсе, сколько мне лет?
Его рыбьи глаза смотрели на следователя холодно, отстраненно. Как на взвесь неинтересного, безвкусного планктона.
– Ваши люди, – любезно поправился Шо. – Но почему-то не убили Огнию сразу. Вы решили еще поиграть, как саблезубый тигр с мышонком, да?
– Весьма лестное сравнение.
– Заигрались, граф. Заигрались…
– Я не игрок, Шо. Я банкир, – сосредоточенно напомнил папа. – Стратег, если хотите… Я не делаю случайных ставок.
Он вновь растер лицо до липкой красноты. Мучимый одышкой, достал из кармана бутылочку с водой и нервно отхлебнул. Пожевал губу, сделал глубокий вдох. Я с удивлением отметила, что отец волнуется: ловчая сеть следователя Шо была сплетена на совесть.
– Вы держали мисс Мотт в плену. Пытали в редакции «Трибьюн», выковыривая из ее сознания все, что Огния помнила об Эрике Валенвайде. О его слабостях, о пороках, о тайнах… Заставили под гипнозом нарушить смертельную клятву, понимая, что это ее убьет, – сыпал обвинениями Шо. – А если не клятва, то скарабеи, которых вы подселили в измотанный организм. Вы рассчитывали одним махом убить свидетельницу собственного преступления и репутацию полукровки… После откровений в «Трибьюн» вампир иссушил бывшую подругу. Красиво. Ее бы нашли в его спальне. Растерзанную на простынях. Почти гениально…
– Бросьте, Шо. Вы фантазер! – отмахнулся папа. – Это была просто дружеская шутка. Мы время от времени обмениваемся с Эриком… эмм… пикировками. Он натоптал на моей личной территории и вынес из замка «ценность». Я ответил ему тем же. Почти не сомневался, что он примет приглашение и успеет снять с мисс Мотт печать. В конце концов, он ее наложил, а не я.
Папа развел руками, и комок гадостной мути подкатил к моему горлу. Внешне он так спокоен!
Что полукровки, что сиротки из приютов – все были для него набором ингредиентов. Вложениями, которые можно рассортировать по ценности и выгодности.
– Выходит, вы уже тогда заимели зуб на Валенвайда? За то, что он посмел перехватить вашу «первую кровь»?
– Это давний спор. Проблема поколений…
– Вы разыграли все свои козыри, граф. Но, боюсь, в этой игре я оставлю вас без штанов, – Шо дернул уголками тонких губ. – А теперь спускайтесь. Я с радостью надену на вас магические оковы.
– Правда думаете, что вам хватит рук, господин Шо? – поразился отец. – Я слышал, ваша дочь не так давно вышла замуж. Как видите, у меня тоже есть дочь… И она тоже вышла бы замуж, если бы не этот зубастый оборванец, затуманивший ей разум. Так давайте побережем наших дочерей и обеспечим им обеим долгое семейное счастье?
– Угрожаете? – Шо ковырнул серебряную пуговицу на шее и чуть ослабил узкий воротник. – На моей стороне закон…
– Закон тут есть я, если вы еще не поняли.
Папин голос ощутимо звенел металлом, на него наслаивался далекий гул из открытых окон. Шурховы индусы опять принялись за свое.
– На меня не действует гипноз, – бросил следователь, – который, кстати, запрещен на территории столицы.
– Это самозащита. Вы же видите, как он скалится, – папа кивнул на Эрика, все еще стоявшего на коленях, в мерцающих цепях ловчей сети. – Зверей надо держать в клетках… Когда уж вы это поймете?
– Освободите его, Ланге! – требовательно гаркнул Шо. – И велите своим магам замолкнуть!
– Да вы безумец, – от папиной усмешки пробрало холодом. – Этот дикарь себя не контролирует. Мерзкое, грязное животное, что дорвалось до чистоты глупышки-первокровки…
– Он не животное, папа! – встряла я, почувствовав бреши в папиной защите.
Неужели он тоже уязвим? Пусть не для меня, но для закона?
Шо его арестует. Отведет на ментальный допрос и узнает все ужасы о пленных созданиях. Их освободят, Эзра Грифф вновь расправит золотые крылья, а мы с Эриком сможем уйти!
И все будет так, как должно. Я с ним, он со мной, и это решено. Это важно, нужно обоим. А хрупкость укрепится с годами.
– Правда? Не животное? И с самоконтролем полный порядок? – жестко усмехнулся отец и направил рыбий взгляд на поднявшегося Валенвайда.
Стражи отступили от пленника, гипнотический гул затих. С магистра бледными обрывками падала сеть. Эрик растер запястья, расправил плечи, оскалился и злобно посмотрел на балкон.
 
Глава 4. Убийца
 
Бледное солнце заволокло тучами, и Аптечную улицу укрыла мрачная серая тень. Сверху громыхнуло. Внезапные весенние грозы и раньше прорывались сквозь купол-невидимер, но сейчас серость и грохот показались знаками Судьбы.
По телу Валенвайда, измотанному гипнозом и издевательской ловчей сетью, перекатывались бугры мышц. Натягивались жилы, обострялись углы. Вены, оплетающие руки от запястья до локтя, вспухли, потемнели. Черная рубашка затрещала, как сучья в костре.
  
– Не показывай мне зубы, зверенок, – насмешливо велел отец, не понимая, что Эрик уже на взводе. Осталось зажечь фитиль. – Ты лишь мнишь себя высшей расой. Но от былого величия древней твари в тебе остались только клыки, и те пообтесались с годами.