Катерина (СИ)

«Ты ведь его не любишь?!», – удивлялся внутренний голос.
Но сегодня вопросов задавать себе не хотелось. Впервые за долгое время я ощутила себя в счастливом коконе, окруженная заботой и теплом. Как дома.
– Про Макса, – тихо шепнула я в пол голоса, не желая нарушить интимность момента, – мне просто не хотелось, чтобы они подумали…
– Т-с-с… – резко перебил он меня, мягко сжимая подбородок пальцами и поворачивая к себе. Властный поцелуй застыл на губах, как затыкающее клеймо. – Не надо ничего говорить.
  
В ту ночь он целовал меня так жадно, как никогда раньше. Брал так ненасытно, словно впервые. Касался так нетерпеливо, будто после долгой разлуки…
Под утро, засыпая с первыми солнечными лучами, я вдруг поняла, почему Семен ничего не захотел слушать. Он боялся услышать ту горькую правда, что он негласно всегда знал. Ту, что нашептала Дина.
Глава 16
Мне нравилось покидать Мариновку и вырываться в большой мегаполис хотя бы на один денек. Постоянно ища причины, я снова и снова приезжала в вуз, радостно окунаясь в студенческую суматоху. В феврале, сидя перед кабинетом профессора Петрова, я ждала, когда закончится его пара, чтобы он мог внести правки в мою курсовую работу. Долго пришлось убеждать Семена, что преподаватель старой закалки и делать подобное онлайн отказывается. Мужчина же тяжело переживал мои вылазки из дома.
– Я отвезу тебя, – не говорил, а приказывал он угрюмо.
– Зачем? – нервно кусая губы, я мечтала остаться одна хотя бы на денек.
– Так быстрее, безопаснее, дешевле. Могу продолжать бесконечно, – прорычал он себе под нос, изучая меня с прищуром, словно пытаясь проникнуть в мысли и разгадать какую-то тайну. – Тем более, у меня дела в городе.
– В какой день именно у тебя дела? – пыталась вывести его на чистую воду я. Но этого не требовалось. Семен даже и не скрывал, что просто желает контролировать каждый мой шаг:
– В тот же, что и у тебя!
Резко развернувшись, он привычно сбегал в мастерскую, громко хлопая за собой дверью. Так завершались каждые наши дебаты. В тот день я впервые осталась одна. Семен высадил меня около вуза, всполошился после непонятной СМС и уехал «по важным делам».
Я мечтательно смотрела перед собой, неосознанно перебирая пальцами листы бумаги. Представляла, что учусь на очном и такая же студента, как все остальные. Не домохозяйка, погрязшая в сельской рутине. Не жена, выбравшая брак исключительно по наставлению любимой бабушки. Просто Катя. Такая же юная студентка, как остальные.
– Эмм… Катя? – отдаленно знакомый голос вторгся в мои раздумья и вырвал из объятий сладких мечт. – Ты как тут оказалась? Вот это сюрприз!
Рядом со мной на скамью присел молодой и хорошо одетый парень в черных брючных штанах и строгой белой рубаке с большим портфелем на перевес. Не сразу в зализанных волосах и серьезном взгляде мне удалось узнать Макса.
– Что с тобой случилось? – сорвалось с губ раньше, чем я осознала, что это не корректно. – То есть… Дина говорила, что ты изменился, но чтобы настолько!
– Аналогично! – парень многозначительно обвел меня взглядом. Я тоже себя осмотрела. На мой взгляд ничего не изменилось, но у Макса было совсем другое мнение: – Знаешь, у тебя глаза такие озорные были, будто всегда улыбались. А сейчас ты какая-то…
– Какая? – не попросила, а потребовала я. Почему-то вдруг это оказалось важным.
– Печальная что ли. Потерянная… – он тяжело вздохнула и сочувственно покачал головой. – Что-то случилось?
«Удивительно! – подумала я вдруг. – Раньше Макс был моим другом, но никогда подобного не спрашивал».
«Но и в человеке, сидящем рядом, мало осталось от Макса, которого я знала и помнила, – подсказал внутренний голос. – Это незнакомец!».
– Бабушка умерла, – кратко отмахнулась я, опуская печальный взгляд на курсовую. Не хотелось, чтобы парень увидел блеск слез в глазах и посчитал меня еще и жалкой.
– И, – он многозначительно покашлял, – это все изменения в твоей жизни?
– О чем ты? – я посмотрела на Макса растеряно. Он указал подбородком на обручальное кольцо, и я сникла, снова отворачиваясь. – Ах, да… Теперь у меня есть муж.
– Разве это не должно тебя радовать? – зачем-то спросил он. Отвечать я не собиралась. Выждав паузу, парень видимо понял, что это бессмысленно, и перевел тему: – Знаешь, я все хотел попросить у тебя прощение. Даже номер у девочек взял, но… Все никак не решался.
– Прощение попросить? За что? – почему-то сердце в груди больно сжалось, а желудок подтянулся к легким, вызывая рвотный спазм. Я приняла это за возрождение забытых былых чувств первой любви.
– Я был плохим другом, – вдруг мужская рука упала на мое запястье и мягко сжала. Я неожиданно для себя вздрогнула и перестала дышать. – Дураком был… Ты такая хорошая, наивная, а я тобой пользовался, как мог… Знаю, это не оправдание, но родители баловали меня всю жизнь, ни в чем не отказывали. Твою заботу и участие в моей жизни я принимал, как должное. И мне стыдно, как мы с тобой расстались. Прости за это.
– Простить… – ком застрял в горле, а губы пересохли. – За что именно?
– Как «за что?» – для Макса все казалось очевидным, но не для меня. С затаенным дыханием я ждала ответа. – Требовал написать работу за меня. Еще и обиделся, когда ты отказала! Ой, а как мы с Олей тебя в клубе бросили, это вообще ужас…
«Значит, – что-то внутри снова рухнуло, – не за то, что переспал с Олей. Не за то, что разбил мое сердце… Ну, и ладно! Какая уже кому разница?».
Прозвенел звонок, студенты тут же принялись покидать свои аудитории. Не прошло и минуты, как из кабинета вышел профессор Петров и тут же направился ко мне.
– Удачи тебе. – Макс понимающе поднялся с места и отправился по длинному коридору в сторону общего зала. – Надеюсь, еще увидимся!
Я смотрела ему вслед еще какое-то время, пока взгляд не зацепился за грозную фигуру широкоплечего мужчины. Он был выше остальных минимум на голову, словно возвышался над этим миром. Я не знала, как давно Семен там стоял, но взгляд добрым мне совершенно не казался. Наоборот. Таким злым его я видела впервые.
Он не подошел, остался ждать в авто. Домой мы ехали в гробовой тишине, нарушить которую так никто и не решился.
***
Бежать на каблуках казалось сверхзадачей. Я множество раз внутри поругала себя за то, что надела их. Но кто же знал, что Семен забудет сменить колеса и нас занесет на скользкой дороге в кювет? После чего придется несколько часов ждать эвакуатор.
– Прошу, – молила его я, нервно кусая ногти, – позволь мне пересесть на автобус! У меня будут проблемы из-за опоздания.
– Нет, Катюш, – в некоторые моменты Семен казался пугающе упертым. – Сам довезу.
И уже в СТО, где мужчине требовалось подписать множество необходимых документов, я снова не сдержалась:
– Давая я доеду до университета сама?
– Нет, – снова проявил раздражающую непоколебимость тот, лишь кратко негативно качнув головой. – Пару минут подожди, и вместе поедем.
Английский язык являлся одним из профильных предметов, но преподавательница предпочитала принимать экзамен у всего потока разом, а не у каждой группы по отдельности. Только эта мысль успокаивала меня во время четырехчасового опоздания.
«Может, еще не все сдали? И я не последняя?», – наивно мечтала.
Все это время Семен держал меня за руку так крепко, что пальцы немели. Пару раз я пыталась вырваться, но это оказалось бесполезным. Он, словно опытный кукловод, не отпускал свою игрушку ни на шаг. Стоило кому-то возникнуть на пути, мужчина отпугивал их одним только собственническим взглядом.
  
– Удачи, Катюш, – нежно поцеловав мою щеку, мужчина наконец-то позволил нам разъединиться. – У тебя все получится!
Не теряя ни секунды, я быстро ринулась к двери, распахнула и… Замерла в недоумении. Пока сердце бешено колотилось в груди, а руки нервно потряхивало, я пыталась понять:
– Почему аудитория пустая? Неужели весь поток уже сдал?
Словно во сне, пошатываясь из стороны в сторону, я схватилась за голову и откинулась на стену. От волнения желудок скрутило в рвотном спазме.