Я, рейнджер (СИ)
Но Ри-Рен именно сейчас решила вдруг проверить результаты. В итоге, когда она с улыбкой победительницы наконец-то опустила меня со своего невероятно затянувшегося занятия, у меня было ровно тридцать секунд, чтобы добежать до нужного мне отсека. Из другого, мать его, крыла…
Ну, я почти преуспел — огромные двери начали закрываться, когда меня от них отделяли какие-то пятьдесят метров. Я поднажал, потом вообще рухнул в подкат — важно было поставить хотя бы мысок ботинка на линию датчиков, и двери заклинит. Но увы — подошва ботинка глухо ударилась в опустившуюся переборку.
— Что б вас всех черная дыра взяла! — заорал я и от всей души пнул злосчастную переборку.
Свет в коридоре немедленно сменился на красный и раздражающе замигал.
— Рейнджер Кон-Рад, вы нарушили комендантский час, — объявила старушка-громкоговоритель. — Вам назначен штраф.
— Да срать! — фыркнул я.
— Немедленно вернитесь в комнату, чтобы избежать его увеличения.
— А ты, бездна тебя задери, дай мне пожрать! — я еще раз пнул переборку — без истерики, но от всей души. — Рейнджер пятого класса Кон-Рад с самого полудня на голодном пайке, — заорал я, распластавшись на спине.
Ясное дело, переборка уже не откроется. Но мне определенно стало легче после этого высказывания.
Коридор так и мигал красным на протяжении всего пути до моих покоев, а двери открывались только нужные. Я попытался было сунуться в столовую для учителей, но во-первых, меня туда не пустили, а во-вторых, это все равно было бесполезно: раздатчицы давно ушли в свои каюты, предварительно заперев остатки еды в исполинских холодильниках.
— Сука старая! — прорычал я, когда наконец-то смог включить нормальный свет вместо мигающего кровавого, и бухнулся на кровать. Желудок голодно сжался.
Я немедленно представил себе огромный, истекающий соусом бургер с невероятно сочной, исходящей жаром котлетой, и выругался еще раз — очень громко.
— Рейнджер Кон-Рад, вы оштрафованы за нецензурную брань, — оповестила старушка.
— Иди в квазар, — посоветовал ей я и закрыл глаза.
К счастью, прошедший день оказался достаточно длинным и трудным, чтобы уже через несколько минут я провалился в глубокий сон, едва успев скинуть обувь и забраться под одеяло.
II
Глава 17
III
— И вам всего хорошего, учитель Ри-Рен, — я выхватил планшет у нее из-под носа и двинулся из аудитории.
Уверен, я услышал шипение, но поворачиваться, чтобы удостовериться, не стал — много чести.
Утром судьба свела нас с Ри-Рен в очереди на раздаче. Я снова завтракал в учительской столовой — не хотел слишком отдаляться от люксов.
Окинув взглядом мой поднос с порцией яичницы с беконом, большим бургером со свиной котлетой, чашкой кофе со сливками и внушительным куском пирога, Ри-Рен скривилась, как от зубной боли, и поставила на свой тарелку каши на воде.
— Бережете фигуру, мэм? — не удержался я. Ри-Рен, внешностью напоминавшая старую цирковую лошадь, обладала при этом очень тяжелой нижней частью тела, и за годы, что я провел в академии, ее костюмы увеличились минимум на три размера.
Схватив с раздачи чашку кофе с растительным молоком и сахарозаменителем, она удалилась, тяжело чеканя шаг. Я добавил к своему завтраку вазочку мороженого и только тогда пошел искать место.
Ри-Рен отыгралась после обеда, возжелав видеть мой дневник. Я сообщил, что сей документ содержит сведения о рассекателях, почерпнутые мною на Страннике, а следовательно, является секретным, и свалил.
До переходного шлюза на Странник оставалась всего пара коридоров, когда погас свет, а станция вдруг совершила кульбит.
— Пусти, сука! — я наотмашь ударил в пустоту и даже по кому-то попал. Этот кто-то охнул голосом Гай-Хи и обиженно просипел:
— Эй, ну ты че лягаешься?..
— Отпусти, придурок! — прошипел я, уже не стараясь бороться за жизнь.
— Да не ссы! — Гай-Хи взвалил меня на плечо и успокаивающе похлопал по заду. Я не менее успокаивающе пнул его коленкой под ребра и на этом пока решил остановиться.
— Че за клоунада-то? — поинтересовался, подпрыгивая в такт широким шагам.
— А сам не догоняешь? — поинтересовался Гай-Хи. — Решил свалить втихушку и зажать отходную?
Твою ж туманность… Прощальная вечеринка. Почему именно сегодня?
— Да потому что мы в кои-то веки все свободны раньше отбоя, и ни у кого нет штрафов, — ответил Гай-Хи и только к середине его фразы я понял, что вопрос задал вслух. — Разграбим автомат и посидим.
— Я не свободен! — я снова начал вырываться, и Гай-Хи обиженно протянул:
— Эй, ну ты че? Че как не родной-то?..
“Да потому что мы со Стиг-Роем собирались обсудить, стоит ли тратить время на капитальную перестройку моей части корабля, или поскорее перейти к слиянию! — хотелось мне заорать на всю станцию. — И планировалось, что до отбоя я успею вернуться в свой люкс, а не спать в покоях шальной императрицы.”
— Ладно, — я повиновался судьбе, повиснув на плече Гай-Хи. В конце концов, не так далек тот день, когда “Странник” отстыкуется от станции, и кто знает, удастся ли нам когда-нибудь еще собраться впятером.
Надо только предупредить Стиг-Роя, что сегодня меня можно не ждать. К счастью, мы успели обменяться связными кодами, иначе пришлось бы драться с Гай-Хи всерьез, потом нестись на “Странник”, а затем обратно — улаживать недоразумение. При всех наших разногласиях я не хотел, чтобы наше с Гай-Хи общение закончилось на неприятной ноте.
Подняв мешок на затылок, чтобы не загораживал обзор, я прямо с плеча Гай-Хи и написал Стиг-Рою сообщение:
“Похищен однокурсниками. Вырваться смогу только перед самым отбоем”.
Через пару секунд комм заморгал, оповещая о новом входящем.
“Вам нужна помощь? Скажите “двойная звезда”, если да, — написал Стиг-Рой. И еще через секунду: — Не торопись. У нас впереди очень много времени. Оторвись на славу.”
Я клятвенно пообещал себе, что непременно свалю за десять минут до отбоя. Поспать, если что, смогу в комнате с аквариумом, в огромном кресле у пульта управления.
— А вот и наш суперрейнджер! — возвестил Гай-Хи, занося меня в спальню.
— Поставь его немедленно! — сердито крикнула Май-Лисса и поспешно содрала с меня мешок, который я честно водрузил обратно на голову, дабы не портить игру.
— О моя спасительница! — воскликнул я и, как только почувствовал под ногами пол, заключил ее в объятия. — Ша-Рип, Ли-Суен, — поприветствовал остальных. — Ну что, по какао для разгона?
— И по белковому батончику, гулять так гулять, — Май-Лисса пригладила мои растрепанные мешком волосы. Я осторожно выпустил ее из объятий и пошел к автомату.
III
* * *Алкоголя у нас не было — да он был и не нужен. Ничего особенного, снова сплетни, снова дурацкие шутки. С той лишь разницей, что я с каждой минутой все отчетливее понимал — сегодня это было в последний раз.
Видеозвонки, как соло, так и в формате конференции, встречи — это все будет, но не так, как сейчас.
А потом, лет через двадцать, я замечу, что иссиня-черные волосы Ли-Суен начинает разбавлять седина, Гай-Хи набирает вес, а у Ша-Рипа на лбу обозначились глубокие морщины. Сам я тоже буду меняться, но не так быстро, как они.
Я запретил себе развивать эту мысль. Нечего оплакивать друзей, еще не зная, какая судьба им уготована. Может, они тоже заключат контракт с рассекателями?
Но я все равно нет-нет да возвращался к мысли об этом, пока неожиданно не раздался стук в дверь.
Мы все замерли. Кого, черт возьми, принесла нелегкая?.. Неужели, Ри-Рен?
Но когда дверь распахнулась, в комнату шагнул… кто-то, загороженный коробками. Ну то есть я, конечно, сразу узнал Стиг-Роя по ботинкам, рукам и выдающемуся росту, но остальные не настолько хорошо знали эти детали и испуганно переглядывались до тех пор, пока Стиг-Рой не сгрузил свою ношу на кровать Ша-Рипа.
— Какая вечеринка без пива? — сказал он в повисшей тишине. — Безалкогольного, конечно.