Чернокнижник и феи (СИ)

Блек ввернул:
– С учетом постоянной Аллана?
Скотт ядовито посмотрел на Верра, подозрительно ласково косящегося на нахального лейтенанта, влезшего без спроса, и кивнул:
– Конечно. А потом применим Дыхание богов… Вы же знаете, что в начале нашей вселенной, в первый самый момент взрыва и расширения, именно эфир или дыхание богов был той самой энергией, чьи элементарные частицы превратились из энергии в материю? Мы устроим разгон эфира до скоростей перехода его энергии в материю. Именно эта материя и закроет провал.
  
Верр все же влез:
– Это очень сложный с точки зрения математики, почти недоступный человеческому мозгу процесс. Но вся мощь нашей вычислительной техники и моих знаний с этим справится.
Скотт тихо добавил:
– Так уже в прошлом году было в Полях памяти. Некто Мюрай проделал феномен Дыхания богов.
Верр скрипнул зубами и пробормотал:
– Это совершенно ненаучно. И не доказано.
Блек бросил косой взгляд на Брока, честно пытающегося не рассмеяться над происходящим, и процедил – кажется, его самого так и тянуло все высказать о ненаучности:
– Тогда мы пойдем. Не будем мешать решать высшие, нам не доступные задачи…
– Да-да-да, – махнул рукой Верр, косясь на лейтенанта: – Скотт, и где ваши расчеты с учетом постоянной Аллена для Арселя?! Почему до сих пор они не передо мной?!
Лейтенант вздрогнул и понесся к вычислителям, огибая Брока с друзьями. Он тихонько шепнул:
– И все же Дыхание богов уже было применено в Аквилите.
Брок долго не мог подобрать слов, даже когда они вышли на улицу, всю сиявшую эфирными трещинами. Он честно не знал – орать, ругаться и заходиться в смехе: Верр и военные не опознали в лере де Форе того самого Мюрая. Эван тоже молчал – лишь смотрел на бледного, старательно не шатающегося Блека и… Не мог даже поддержать эфиром – почти выгорел за сегодняшний день.
Блек разбил тишину сам:
– Мюрай, а вы, значит, все же гранд-мастер, оказывается. А я не верил в вывод Ривза, мягких облаков ему… Надо же, вы круче вычислителя…
Клер не удержалась от ядовитой ремарки:
– Зато ты спасаешь котят.
Блек бросил на неё совсем непонятный взгляд – Брок дорого бы заплатил за то, чтобы понять, что произошло между этими двумя в катакомбах. В конце концов он же обещал заботиться и защищать Клер. Блек продолжил:
– Брок, я понял – у вас сегодня был все же кураж, когда вы говорили, что мы можем подружиться. Я понял это, когда вы испугались, что я проболтаюсь о потенците.
– Я не… – начало было Брок, но Блек оборвал его:
– Не стоит ради меня лгать. Кстати, Ренар, пока помню – если важно для расследования: потенцит мы нашли вместе с Фейном в катакомбах. Точнее… Мы нашли включения эленита в породе…
Брок опешил – он не проболтался. Это Блек – пронырливый умник, как и Вики.
– Так… – Блек чуть пошатнулся: – я говорил о кураже. Нам не стать друзьями, но я готов по-прежнему работать с вами ради города. И спасибо за кураж, Мюрай – ваши слова меня сильно вдохновили и помогли продержаться весь этот длинный сумасшедший день.
– Я не лгал вам, Блек. Кстати, меня зовут Брок.
– Я знаю.
Брок уточнил:
– Хорошо, тогда почему не обращаетесь по имени?
– Потому что, Мюрай, о, простите, лер де Фор, вы не давали такого разрешения раньше.
– Дал. Только что. И… Грег, не забудьте – завтра в десять я вас жду. И спасибо, что не выдали. Спасибо, что солгали ради всех нас: меня, Клер, Вики, Эвана.
Блек удивленно посмотрел на Брока:
– Я не сказал ни слова лжи. В штольнях кера Клемента самородки закончились. А то, как поняли мои слова военные – их проблемы. Они вон вас упустили – пусть корпят в наказание над вычислителями.
Брок передернул плечами:
– Без Вики я все равно бесполезен. А Вик сейчас плохо себя чувствует.
Клер равнодушно отвернулась в сторону, рассматривая провал: для неё он не изменился. Она не была магом – не видела ни эфирной модели в зале, ни светящихся трещин тут, как и все военные и почти все полицейские.
Эван заметил её движение и хотел было вмешаться, но тут со стороны часовни раздался громкий крик Одли:
– Комиссар! Комиссар! Тут с вами поговорить хотят!!!
Эван вместе с парнями и Клер обернулся на крик и замер от удивления. Клер не успела ничего понять и даже рассмотреть, заметив всего лишь двух военных, спешащих к ним, как Брок и Блек тут же шагнули вперед, закрывая её своими спинами. Брок шикнул:
– Клерррр… Не высовывайся… А еще лучше – осторожненько иди в сторону…
– Элизабет, – подтвердил Блек, – прислушайтесь к словам Брока.
Та покладисто кивнула и лаской скользнула прочь – только в сторону провала, он был ближе. Брок коротко выругался, Блек ему вторил, глядя, как мелкая худая фигурка спряталась за обломками стен. Эван быстро пошел вперед, чтобы перехватить Шекли с незнакомым лейтенантом как можно дальше от этого места.
Одли, умница Одли спешил вслед за Шекли, который кардинально изменился – вместо кургузой формы лейтенанта на нем сейчас сиял золотом шитья мундир полковника. Не узнать хищных орлов на вороте было сложно – Тайная королевская служба. Вот тебе и вечно сующий нос во все щели хорькоподобный Шекли! Чтоб его!!!
Шекли твердым шагом подошел к Эвану, Одли представил:
– Вот, лер полковник, комиссар полиции Аквилиты Ренар, как вы просили…
Эван поздоровался, внимательно всматриваясь в полковника – куда исчезла угодливость Шекли? Его неловкие движения? Его вечная нервозность? Впрочем, за маской уверенности все же пробивалось небольшое волнение.
Шекли представился:
– Полковник Гордон, Тайная королевская служба, к вашим услугам. Я… – он все же на миг прервался, выдавая свою неуверенность. Эван внезапно понял, что Гордон плотно находился под контролем эмпата, только сейчас сбросив его ярмо. Такого и врагу не пожелаешь. – Я хотел узнать, не нужна…
Он дернул ворот мундира:
– В пекло этикет! Я был сейчас на Маяковом… И я ничего не понимаю, что тут происходит. И я не о провале сейчас. Я о себе, комиссар. Мне было дано некое задание, которое я не имею права разглашать… Я должен был выполнить его еще до Явления и вернуться в столицу. И я искренне не понимаю, что произошло дальше, почему я задержался. Я словно заснул в прошлом году и только сейчас проснулся… Но я докопаюсь до правды, чего бы мне это ни стоило. Ренар, я вынужден срочно уехать – король недоволен моим долгим отсутствием и требует моего личного доклада. Но я еще вернусь, я обещаю. А пока… Лер Гилл останется вместо меня. Собственно, это все, что я хотел вам сказать, Ренар. Хотя нет. Еще – будьте очень осторожны: тут творится что-то странное!
Он внимательно посмотрел на подошедшего и замершего рядом с Эваном Блека:
– Майор… Вас я тоже искал.
– Слушаю? – коротко ответил Блек – все его внимание требовалось для удержания сияния трещин – он заставил потенцитовые маячки вибрировать, создавая эфирное эхо, которое и вырисовывало на поверхности трещины, и нельзя было допустить снижения вибрации датчиков – тогда вся модель рухнет. Блек не был уверен, что у него хватит сил запустить маячки снова.
С непередаваемой брезгливостью в голосе Шек… Гордон сказал:
– На вашем месте я незамедлительно написал бы рапорт об отставке.
– Вы не на моем месте. – Блек твердо добавил: – Я не подам в отставку, даже не надейтесь.
Гордон качнул головой:
– Жаль, что вы не только садист, но и идиот. Не уйдете в отставку сами – сильно подставите своего отца. Я обещаю вам – я прослежу, чтобы вас выбарабанили. Вы готовы пройти строй позора с сорванными погонами? Вы готовы к такому унижению? Вас лишат рода, вас вычеркнут из книги леров Тальмы. Вы готовы к такому падению?
  
Блек лишь сказал:
– Значит, я это все заслужил.
– Пока я еще добр из-за дружеских отношений с вашим отцом… Идите и пишите рапорт об отставке.
– Еще раз: я не подам в отставку, как бы вам этого не хотелось.
Гордон выдавил: