Тщеславный (ЛП)

Пока капсула тряслась и гремела на пути к поверхности с пренебрежением к комфорту пассажиров, который заставлял меня подозревать, что ей пользуются только старшие техножрецы, я гадал, кто и зачем построил эту транспортную сеть. Учитывая, что с мига прибытия сюда я не слышал о ней ни слова, а сейчас мы обнаружили капсулу в той части шахт, которую Тезлер так усиленно от меня скрывал, я заподозрил, что сетью пневмотуннелей связаны все места, важные для заговора; быть может, на той стороне мы встретим ещё больше некронов. Это значит, что куда бы мы не приехали, вокруг будут враги. Я поделился этой мыслью с Юргеном, который трезво ответил:
– Не думаю, что вокруг нас могли бы быть друзья.
Это напомнило мне о Мори, и я снова взялся за вокс-бусину, но обнаружил только помехи на всех частотах, до которых мог дотянуться. Хотя я не утратил надежды выйти на связь, пока что мы всё ещё должны были полагаться только на себя.
Капсула подскочила ещё раз и резко остановилась. Миг-другой ничего не происходило, потом по закрытому пространству разнёсся лязг открывающихся люков и шипенье, с которым уравнивалось давление. Когда дверь начала открываться, я подготовил оружие, но с той стороны не оказалось врагов, и я перевёл дыхание.
– Надо понять, где мы, – сказал я. Пока я видел лишь стену в нескольких метрах от себя, но судя по акустике и абстрактному узору, я счёл, что это коридор где-то в главном комплексе.
Я взбодрился. Капля удачи – и моё воскресшее чувство направления найдёт нам выход. Если я был прав насчёт того, что Тезлер видел наш разговор с Клоудом, нужно побыстрее найти транспорт и бежать отсюда прежде чем магос поймёт, что мы выбрались наверх.
Я осторожно вышел в коридор, который оказался удивительно тихим – в отличие от тех мест, в которых я бывал по ходу инспекции – а также почти пустым – лишь где-то мелькал одинокий техножрец в красно-коричневой рясе или парочка таковых, слишком погружённых в свои дела, чтобы обратить на нас внимание. Или мне так показалось: сейчас я был не готов доверять никому и ничему.
– Может войти туда? – спросил Юрген, указывая на ближайшую дверь. Такие виднелись тут по всему коридору через каждую дюжину метров. Я покачал головой, не желая проверять, кто может таиться за этими дверьми.
– Лучше идти дальше, – я надеялся обнаружить хоть какой-то намёк на то, где мы оказались. На каждой двери были аккуратные металлические таблички, так что я покосился на ближайшую и разобрал на ней изящные линии разной толщины и пару слов на обычном готическом. «Магос Кэтоид». С внезапным приливом облегчения я осознал, куда мы попали и почему коридор такой тихий. – Это же место, где живут шестерёнки.
– Если про них можно сказать, что они живут, – добавил Юрген.
Несмотря на это высказывание, я испытывал прилив оптимизма. Редкое и почти незнакомое чувство дезориентации, что отравляло мне жизнь с того мига, как нас занесло в гробницу, пропало. Ещё бродя по Металлум Майорис с инспекцией, я по привычке обращал внимание на указатели, чтобы запомнить путь отступления на тот случай, если он понадобиться, а сейчас он понадобился. На несколько ярусов выше должна быть зона погрузки, откуда грузовики везут сырьё на ближайшие мануфакторумы. Если мы сможем пробраться туда без всяких неприятностей и похитить машину, то уберёмся из комплекса быстрее, чем заговорщики это поймут.
– Комиссар. Какая приятная неожиданность.
Мне не потребовалось видеть Тезлера, чтобы узнать его мелодичный голос – мы развернулись, поднимая лазпистолет и мельту. Серебряный болван стоял в паре шагов от нас, у соседней двери.
– Я думал, вы всё ещё бродите в недрах земли. Или уже мертвы, конечно, ха-ха.
– Простите, что разочаровал вас, – ответил я, прилагая немалые усилия, чтобы не нажать на спуск прямо сейчас. Лазразряд вряд ли нанесёт вероломному истукану какой-то урон, но Юрген мгновенно последует моему примеру, и как не приятно было бы увидеть превращение предателя в лужу металла, пока я слишком многого не знал. Если я хочу сохранить свою шкуру целой, мне нужно знать, как можно больше. И я всегда успею убить Тезлера позже – Трон знает, он это заслужил.
 
– Разочаровали? – ответил мне пронзительный голос, а тело, которое его издавало, придало себе позу, выражающую вежливое удивление. – Совсем наоборот, – он сделал шаг в сторону, приглашая нас пойти. – Мой гость был крайне впечатлён вашей изобретательностью и хочет познакомиться с вами поближе.
Я ткнул в открытую дверь лазпистолетом.
– После вас.
– Как вам угодно, ха-ха, – Тезлер повернулся и исчез в дверном проёме. Мы с Юргеном обменялись взглядами.
– Вы уверены, сэр? – спросил мой помощник, на что я покачал головой.
– Нисколько. Но если мы хотим узнать всё о делах этого еретического мешка с болтами, у нас нет выбора, – я оглядел коридор. – Оставайся тут и прикрывай путь к отступлению.
Конечно, я бы предпочёл, чтобы Юрген сопровождал меня – его мельта была залогом хорошего поведения Тезлера и помогла бы против того «гостя», но оставить помощника на страже было разумнее. Кроме того, за прошедшие годы я навидался разных ужасов и был уверен, что смогу дать отпор Тезлеру и его подельнику.
Юрген кивнул.
– Я прикрою вас отсюда, – сказал он, занимая пост напротив двери, оттуда можно вести наблюдение за комнатой и коридором, и многозначительно постучал по комм-бусине у себя в ухе. – И я всё буду слышать. Окажусь рядом, как только запахнет жареным.
– Я не сомневаюсь, – его готовность, как всегда, приободрила меня. Так что я последовал в покои вслед за хозяином. Уже внутри, я оглянулся, желая удостовериться, что по обе стороны двери меня не ждут затаившиеся убийцы, хотя был уверен, что Тезлер не сделает такой грубой и очевидной ловушки.
– Прошу, чувствуйте себя как дома, – сказал магос, указывая на мягкий диван в центре комнаты. Я подошёл к нему, не выпуская из рук лазпистолет, попутно осматривая всё помещение. Я нечасто бывал в жилищах техножрецов, но здесь было всё, что я ожидал увидеть: простые металлические стены с абстрактным узором, напоминающим механизмы и печатные платы; практичная мебель и вотивные иконы культа Механикус на полках и маленьких столиках. Гордость этого помещения составляло большое и умело исполненное изображение Императора в его ипостаси Омниссии – металлическая фигура на троне из деталей, которые казались мне каким-то металлоломом, но наверняка были каким-то особенно теологически ценным металлоломом. После всего, что я видел в последние несколько часов, сверкающая человекоподобная фигура показалась мне крайне зловещей, хотя Тезлеру она явно нравилась, ведь в углу комнаты обнаружилась изображающая её же статуя, только вполовину меньшая ростом.
– Могу я предложить вам закуски? Я помню, что вы неравнодушны к такому угощению, и надеюсь, вы простите, что не присоединяюсь к вам. Сейчас мне не хватает некоторых биологических функций, ха-ха.
Я с сомнением посмотрел на поднос, стоявший на маленьком столике рядом с диваном: чайник с рекафом, стальная чашка изящной работы и тарелка флорнов только что из печи. Рекаф тоже был горяч, и оглядевшись в поисках двери, через которую его могли доставить, я не обнаружил ни следа таковой. Конечно, она могла быть замаскирована: гостя, о котором сказал магос, тоже нигде не было видно, и вряд ли он растворился в воздухе – значит, выскользнул по тайному ходу. Я устроился на диване так, чтобы оставаться спиной к двери, за которой ждал Юрген, и видеть в полированном рекафнике искажённое отражение моего помощника, готового броситься на помощь при любом резком движении.
– Вам не стоило так утруждаться, – сказал я, стараясь вести себя так непринуждённо, как смогу. Было невозможно понять, что думает Тезлер, но я не собирался облегчать ему задачу, делая возможным понять, что думаю я.
– Это не составило никакого труда, – ответил магос. – Если вы пережили свой визит в святилище внизу, то наиболее вероятной точкой возвращения была бы именно та, которую вы выбрали. Я заказал угощение на всякий случай. Но я рад видеть, что это не впустую.