Тщеславный (ЛП)

Вскоре на связь вышел комиссар Каин: он сообщил о своём скором прибытии и тут же подвергся нападению железных ходунов-отступников. Тогда же брат-сержант Мори из Отвоевателей попал под огонь отряда скитариев-егерей, несущих службу по охране периметра. Сержант отразил атаку с помощью своих товарищей по ордену и второго отряда скитариев, который увидел вероломство собратьев и пришёл на помощь Отвоевателям.
Не зная, как отделить верных подчинённых от предателей, претор Норгард приказала всем скитариям на испытательных полигонах покинуть посты и передала комплекс под юрисдикцию Отвоевателей до тех пор, пока проблема не будет решена. Это разожгло более масштабный бунт – отряды отступников напали на товарищей по кладам и космодесантников, но, объединившись, те быстро нейтрализовали угрозу.
Я не знаю, почему аномальный сигнал произвёл такой эффект, но восхваляю Омниссию за то, что он поразил лишь столь малую часть гарнизона. Я не могу назвать это своим делом, но призвал бы к огромной осторожности при анализе его инфономов, которые могут губительно повлиять на изучающих его.
  
  
 ГЛАВА 13 
– Ну и бардак тут, – заметил Юрген, глядя через бойницу «Носорога», который с грохотом ехал по территории штаба. Я кивнул, глядя на помощника сверху вниз со своего места в командном куполе – если вы уже читали мою писанину, то можете подумать, что я выбрал странное место, и не зря: искушение спрятаться за бронёй и правда было велико. Однако, как я успел узнать за время прошлой службы с Космодесантом, их «Носороги», будучи очень безопасными, не были комфортными для простых смертных. Во-первых, металлические сиденья там слишком высоки для обычных людей – когда мы с Юргеном на таких сидели, то могли болтать ногами в воздухе, как дети – а во-вторых, ни звукоизоляция, ни рессоры явно не стояли на первом месте в списке приоритетов у конструктора. Кроме того, хотя я никогда не искал себе неприятностей, мне было спокойнее, если я знал, что могу заметить их заранее и спрятаться где-нибудь, пока они не уйдут.
– Пожалуй, – согласился я, благодарный тому, что рядом со мной сидел стрелок – его доспех был покрыт следами вездесущей пыли, но его двуствольный шквальный болтер оставался настолько чист, что вызвал бы неохотный одобрительный кивок даже от самого придирчивого гвардейского сержанта. Свидетельства жарких боёв были повсюду. Живые скитарии собирали трупы своих мёртвых товарищей, чьи рясы теперь алели не только краской, и бросали быстрые, подозрительные взгляды на другие отряды, но никто не казался настолько напряжённым, чтобы хвататься за оружие. Кто из убитых был предателем, а кто остался верным, я и представить не мог; честно говоря, и не пытался. Узнавать своих – дело Императора, и я пожелал ему порадоваться этой работе.
Главный штабной бункер явно выделялся на фоне остальных зданий размерами, надёжностью и относительным отсутствием повреждений. Конечно, на нём тоже были следы от обстрела из чего-то тяжёлого, на камнебетонном фасаде обнаружились сколы размером с мою голову, а стены сплошь покрывали вотивные шестерёнки, но в толстых и прочных стенах не было ни единой бреши. Бункер окружали строения поменьше – однотипные казармы, мастерские и склады, которые пребывали в явно худшем состоянии, но зато теперь ещё и лучше вентилировались. Некоторые из них и вовсе превратились в руины, тут и там горел огонь, посылая в воздух густые клубы дыма, что смешивались с вездесущими облаками пыли.
К моему слабому удивлению (впрочем, неуместному, учитывая, что я ехал в бронемашине Астартес), я заметил нескольких космодесантников, стоявших на часах и явно следящих за скитариями на тот случай, если у кого-то из них ещё остались мысли о мятеже – но, учитывая огневую мощь Отвоевателей, надо было быть очень глупым мятежником, чтобы схватиться за оружие, оставаясь в поле зрения десантников. Я заметил и нескольких терминаторов со шквальными болтерами и силовыми мечами, а один нёс на спине пару ракетных установок, которые даже командира «Гибельного клинка» заставили бы призадуматься.
 
– Кажется, у вас всё под контролем, – сказал я по воксу, когда спидер Мори пролетел над нашим «Носорогом». Отвоеватель на миг оторвал руку от штурвала, чтобы ответить.
– Мы успешно обезопасили комплекс, – сказал он. – Норгард сочла нужным сложить полномочия и передать их нам. По крайней мере, пока она не поймёт, кому из своих людей может доверять.
– Чертовски немногим, полагаю, – ответил я, и космодесантник невесело рассмеялся.
– Я ей не завидую, – согласился сержант, закладывая широкий вираж прежде чем приземлиться перед массивными воротами в стене бункера, которые уже начали скрежетать и открываться, чтобы пропустить «Носорог». Они были толщиной с моё предплечье, но судя по следам и подпалинам, их очень решительно пытались пробить. С этим мог бы справиться титан или хотя бы пара «Разрушителей»; к счастью для всех (кроме самих бунтовщиков, полагаю), у врага не было таких машин. Но это только поднимало больше вопросов о том, в какую, Варп их поглоти, игру они играли.
Конечно, это и стало главной темой в разговоре, которые вели я, Мори и Норгард, когда остались одни. Мы заняли чрезвычайно безопасный зал совещаний, что тщательно обыскали на предмет прослушки три разные бригады техножрецов, а технодесантник-Отвоеватель удостоверился, что никто из этих проверяльщиков не подсунул своего жучка. Помещение, как я и ожидал, было таким же утилитарным, как и все комнаты у Адептус Механикус, но я всё же счёл его куда более удобным, чем зал совещаний во владениях космодесантников. Столы и стулья здесь были нормальной высоты, а Юрген достал где-то пару подушек, чтобы смягчить жесткость металла до позволяющей просидеть столько, сколько продлится совет. Пол здесь был покрыт простым красно-коричневым узором – вероятно, он должен был будить в слугах Омниссии тёплые воспоминания о родном Марсе[92], но мне слишком ярко напомнил об окровавленных рясах павших скитариев. Неизбежные лики Машинного бога занимали всю стену комнаты и отражались в полированном металле стола.
С другой стороны, самовар, что обеспечили Отвоеватели для облегчения переговоров в тот раз, сейчас блистал своим отсутствием, но я стойко принял эту утрату и подкрепил силы парой кружек рекафа и батончиков сойлента-виридиенс.
Таким образом, я был вполне в неплохом настроении, когда толстая стальная дверь с успокаивающим стуком закрылась, а Юрген устроился в коридоре с мельтой на коленях, пайком в руках в компании с парой космодесантников с болтерами, которые явно были немного озадачены подобным соседством.
Только тогда мне пришла в голову мысль, что вероятно уже поразила вас, – но помните, что в меня совсем недавно стреляли, а поел я всего пару мгновений назад.
– А что с Форшпунгом? – спросил я. – Он в порядке? – скитарии-предатели явно имели зуб на меня и Мори и немало сделали для того, чтобы убить нас, а судя по отметинам на бункере, пытались пробиться и к Норгард, так что было разумно предположить, что в их списках «Сделать за сегодня» есть и омнипророк.
– Он на пути во владения ордена, – заверил меня Мори, – в «Носороге» с сопровождением из спидеров. Конечно, это чистая предосторожность.
Норгард кивнула.
– На его жизнь не было покушений, но там ему будет куда безопаснее, чем в Нексусе.
– Это странно, – заметил я. – Форшпунг был бы очевидной целью.
Норгард снова кивнула.
– Да, если рассматривать его как главную жертву инцидентов, связанных с аэромобилем и кастеляном. Но учитывая, что сейчас покушались на вас и брата-сержанта, можно предположить, что если бы омнипророк погиб в тех инцидентах, то стал бы лишь сопутствующим ущербом.