Тщеславный (ЛП)
– Ну давай, – пробормотал Юрген, добавив для весомости пару орочьих ругательств и снимая мельту с плеча. Шагоход приблизился к покинутому грузовику и теперь был почти скрыт им – только сам всадник торчал над машиной, как мишень на стрельбище. Сейчас, имея возможность посмотреть на наш «Карго-8» со стороны, я поразился тому, что он так долго оставался на ходу – машина напоминала дуршлаг на колёсах, всё грузовое отделение было изрешечено снарядами. К счастью, Юрген взял транспорт, в котором лежал какой-то груз, задержавший немало попаданий. После того, как шагатели отработали на нём навыки меткой стрельбы, было уже не понять, что это за багаж, но его существование объясняло, как удалось выжить нам. Без такого щита кабину бы простреливало навылет, а нам с Юргеном это бы не понравилось.
– Спокойно, – предостерёг я помощника, что было совершенно лишним, если вспомнить, сколько раз за прошлые десятилетия мы оказывались в похожих передрягах, но Юрген не обиделся, если вообще обратил внимание на мои слова – он лишь задержал дыхание и немного напряг палец на спусковом крючке. – Подожди, пока он не выйдет на открытое место, – я не сомневался, что скитарий обойдёт машину, чтобы без труда взять нас на мушку.
Я оказался прав. Одобренный нашим бездействием, враг, должно быть, подумал, что нам нечем защититься, кроме лазгана да лазпистолета, неспособных пробить бронепластины шагателя. Всадник почти небрежно направился прямо к нам, даже не попытавшись подавить нас лишней очередью. Вряд ли я мог его за это винить – у нас за спиной был обрыв и мост, бежать нам всё равно некуда, а любой выход из укрытия означал смерть. Возможно, он решил, что у него есть всё время в галактике, чтобы выверить последний выстрел – куда ему торопиться?
– Вонючий гротолюб, – пробормотал Юрген и нажал на спуск. Я был готов и вовремя закрыл глаза, чтобы уберечь их от ослепительной вспышки, что всё равно пробилась через мои веки – перед глазами заплясали яркие зелёные пятна. Он целился в сервитора, что торчал где-то в груди шагохода, как уродливый ребёнок в колыбельке[90]. Выстрел превратил пилота в кусок обгорелого мяса, сплавившегося с механизмами. Лишённый теперь даже чувства направления, ходун пошатнулся, но всё равно продолжил двигаться в нашу сторону, качаясь из стороны в сторону, как солдат, что возвращается в казарму после двухдневного загула в кабаке. К моему огромному облегчению, стрелок не мог вести огонь – он был вынужден дёргаться в разные стороны, чтобы удержаться в седле. При этом ему приходилось то и дело невольно высовываться из-за орудийного щита – я прицелился и приготовился подстрелить скитария до того, как он восстановит равновесие.
Но в последний миг у меня нашлась идея получше – я послал лазерный разряд прямо в остов нашего отважного «Карго-8». Попадание выбило искры, и пары прометия вспыхнув, превратились в огненный шар.
Старый грузовик, мгновенно ставший недурной бомбой, разбросал вокруг куски корпуса – мелкие били не хуже шрапнели, а крупные врезались в шатающийся шагоход, как удары боксёра. Развевающаяся ряса стрелка вспыхнула, хотя учитывая соотношение плоти и железа в теле скитария, вряд ли его это обеспокоило, а мерцающие языки пламени казались бликами света на красновато-коричневом балахоне. Он судорожно пытался удержаться на скакуне, но ударная волна от взрыва швырнула его на пылающий песок, где он и исчез с наших глаз.
– Правильно, уматывай, – пробурчал Юрген, хотя это явно была бы последняя мысль, что могла прийти в голову нашему врагу. Пока его скакун бездумно переваливался через край утёса, чтобы с грохотом металла и столбом дыма присоединиться к товарищам на дне, скитарий-отступник выбрел из огня. Линзы его аугметических глаз светились тупым, мстительным красным (хотя возможно это просто отражалось пламя). Он неуклюже пошёл к нам, из сбоящих механизмов, вживлённых в почерневшую и обуглившуюся плоть, сыпались искры, и я был рад дыхательной маске, отсекающей запахи. Один Трон знает, чего солдат хотел достичь, плетясь к нам безоружным[91], но мы не дали ему возможности попробовать. Юрген ещё раз выстрелил из мельты, и большая часть скитария обратилась в жирный дым. На горелые останки мой помощник посмотрел в нескрываемым презрением.
– Некоторые просто не понимают намёков.
– Что ж, в конце концов, ты донёс до него свою мысль, – я осторожно встал на ноги. Над нами пронеслась тень, и я снова поднял пистолет, чтобы через секунду опустить его с громким выдохом облегчения. Спидер в знакомых бело-жёлтых цветах Отвоевателей ловко обогнул столб дыма, лениво поднимающийся над остовом грузовика, и приземлился, подняв облако пыли, от которого у меня заслезились глаза. Пилот спрыгнул наземь и помахал нам рукой, держа болтер наготове, хотя опасности в непосредственной близости уже не было. – Брат-сержант. Какой неожиданный сюрприз.
– Так же, как и для меня, – отозвался Мори. – Я думал, что вы уже мертвы.
– Пока только он, – Юрген приподнял дыхательный аппарат ровно настолько, чтобы удивительно точно плюнуть в зашипевшие останки нашего несостоявшегося убийцы.
– Жизнь полна мелких разочарований, – сказал я, снова поворачиваясь к Мори. Над нами пролетел ещё один спидер, а бело-жёлтый «Носорог» прогрохотал через мост, так что я почувствовал себя в безопасности настолько, чтобы слегка ослабить бдительность. – Что тут происходит?
– Часть скитариев взбунтовалась, – спокойно ответил он. – И мы не знаем, почему.
Примечание редактора:
Причины такого восстания вскоре станут ясны, но это явно не то, что нужно знать всей галактике. Именно поэтому было создано иное объяснение – его поспешно распространили среди эвкопийцев в самых разных формах. Конечно, большинство моих читателей, не говоря уже обо мне самой, не сможет понять двоичную информацию, которой обменивались техножрецы, так что я решила привести одну из типичных версий, предназначенных для неаугментированных рабочих.
Выдержка из «Эвкопийского ежегодного альманаха», печатное издание, 993.М41
Резня на Испытательных полигонах, 487.992.M41.
Во время совместных учений эвкопийских скитариев и представителей ордена Отвоевателей произошла трагедия – ошибочная выдача участникам боевых патронов привела к нескольким смертям. Откуда взялась неверная информация о выдаче боеприпасов, ещё не установлено, но вероятно причиной тому была установка неосвящённого узла связи в инфосети. Двадцать семь скитариев погибли, прежде чем ошибку удалось исправить, а несколько космодесантников получили мелкие порезы и синяки. Брат-сержант Мори, старший из присутствовавших на планете Отвоевателей, принёс свои соболезнования и подтвердил пакт о дружбе между своим орденом и Адептус Механикус.
Намного более показательным является рассказ Тиза ап Катода, младшего техножреца, специализировавшегося на обрядах связи, – он был на дежурстве в штабе Норгард в день инцидента. К счастью, в ходе расследования Тиз давал показания на готическом в порядке любезности для представителя Отвоевателей, а потому его слова понятны всем нам.
В 487.23.65 я заметил аномальный всплеск данных в командной сети скитариев, сообщил об этом своему координатору в соответствии со стандартными инструкциями и начал обычную диагностику, чтобы вычленить проблему. Такие инциденты не так редки – обычно причиной становятся неверно переданные сообщения или сбои в дублирующих ретрансляторах.
При тщательном изучении всплеск данных оказался закодированным на уровне, превосходящем мои способности к дешифровке, потому я передал свои изыскания вышестоящим и вернулся к работе.