Гений Медицины (СИ)

— Вы куда? — недовольно спросил Козлов.
— Пациенты у меня есть, — пожал я плечами. — Я веду их уже несколько дней. Так что я пошёл работать.
— Я вас ещё не отпускал! — взвизгнул тот. — Я здесь главный! Вы должны меня слушаться!
Ох, у него от обилия эмоций даже слюна изо рта капнула, прямо на пол.
— А я вас и слушаюсь, — усмехнулся я. — Сами сказали, что вам наплевать на нас. Так и мне на вас тоже. Я буду делать свою работу, которую дал мне мой наставник по интернатуре.
  
Не дожидаясь ответа, я вышел и закрыл за собой дверь. Ну и разозлился же он там. Ничего, я уже твёрдо решил, что долго он тут не задержится. Я верну нам Зубова.
И для начала я решил найти Никиту. Новых пациентов в мою палату не поступало, а со старыми много возни не будет. Есть время разобраться с проблемой.
Никита нашёлся в столовой, угрюмо сидел за угловым столиком с чашкой кофе.
— Познакомились уже? — спросил он, когда я подсел к нему за столик.
— Ну, можно сказать и так, — кивнул я. — Рассказывай, что вообще происходит?
— Зубова попёрли, поставили нового заведующего, — пожал он плечами. — Что тут ещё рассказать?
Он явно знал больше, поэтому отступать я не собирался.
— Рассказывай, — с нажимом повторил я.
— Ладно, всё равно уже ничего не изменить, — вздохнул Никита. — В общем, Козлов — это ещё один терапевт нашего отделения. Они с Зубовым учились в одной академии, на одном курсе. И Козлов постоянно с ним соперничал. В итоге оба попали в эту клинику, но место заведующего досталось Михаилу Анатольевичу.
— Ещё один терапевт? — удивился я. — Его вообще не было видно в клинике до этого дня. Я его даже в коридорах не встречал.
Даже если предположить, что у него был свой кабинет, он должен был мелькать в отделении. Не заметить его было бы трудно, довольно специфическая внешность.
— Он до этого вёл всего пару палат аристократов, — пожал плечами Никита. — На этаж к простолюдинам даже не ходил, заявлял, что это ниже его достоинства. Ну а теперь мне весь тот этаж передал, а сам остался за верхним.
— А как именно получилось, что Зубова уволили? — спросил я. — Какая-то причина должна быть?
— Этого не знаю, — мотнул тот головой. — Извиняй, мне работать надо. Если не успею до вечера — то Козлов и меня уволит, он может.
Никита торопливо допил остатки кофе и ушёл из столовой. Итак, часть информации получена, следующий, кто может что-то знать — это Терентьев.
* * *
Соколов дождался, пока Козлов не отправит остальных интернов, и удовлетворённо сел на диван.
— Эдуард Валентинович, я надеюсь, вы не забыли условия нашего соглашения? — уточнил он.
— Что вы, Роман, я помню, кому мне быть обязанным за давнее исполнение мечты, — на лице Козлова мгновенно появилась улыбка, и он присел рядом с Соколовым.
Идиот. Как будто Соколов позволит ему оставить место заведующего за собой. Козлов нужен ему, чтобы не пачкать руки и избавиться от остальных интернов, и только.
Идея пришла Соколову ещё во время посиделок в ресторане с друзьями. Зубов взятки не берёт, сказали тогда они. Берёт заместитель главврача, через которого Соколов и попал в эту клинику.
И тогда он подумал, а почему бы сразу не замахнуться на главную фигуру и не убрать Зубова. Денег на это ушло немало, но отец их даже не особо считает.
И вот он, результат. Зубова нет, а на месте заведующего терапией — пустоголовый болван, который теперь будет слушаться Романа.
— Сразу интернов выгонять нельзя, — рассудительно произнёс Соколов. — Это вызовет ненужные вопросы. Пусть ещё некоторое время поработают. Единственный, кто может нам помешать — это Боткин. С ним всё не так просто.
— Это тот, который сегодня меня оскорбил? — нахмурился Козлов. — Я могу вышвырнуть его уже сегодня!
Идиот, ну какой же идиот!
— Я же сказал, с ним не всё так просто, — ответил Соколов. — Просто так выгнать его не получится, нужен веский повод. А работает он хорошо, надо признать. И поводов никаких не даёт.
— Так подставим его, и всё? — предложил Козлов. — С Зубовым же получилось!
— Не орите так, — шикнул Роман. — С Зубовым получилось, но с Боткиным уже несколько раз не получалось. Нет, надо действовать ещё тоньше. Мне надо подумать, как.
Эдуард Валентинович неловко прокашлялся.
— Вы ведь понимаете, что официально — я ваш наставник? — осторожно спросил он. — И вам тоже необходимо дать задание, чтобы вы… не выделялись.
Вот он как решил заговорить!
— Задание? — фыркнул Роман. — Моё задание — пить кофе в ординаторской и решать проблемы. С остальным разбирайтесь сами. И не забывайте, кто вам помог.
— Я понял, — торопливо кивнул Козлов. — Простите, Роман.
Эдуард Валентинович выскользнул из ординаторской, оставляя Соколова одного. Вот идиот, даже своим положением попытался козырнуть. Ничего, быстро привыкнет к новым правилам. Оставалось придумать, как избавиться конкретно от Боткина…
* * *
После посещения палаты со своими пациентами я отправился к Терентьеву. Он должен был знать, что конкретно произошло с нашим наставником.
Терентьев нашёлся в своём кабинете. Тоже сам на себя не похож, весь уставший, грустный, моё появление никак не прокомментировал привычными шуточками.
— Добрый день, — мрачно кивнул он. — Вряд ли вам можно в рабочее время покидать своё отделение без надобности. Козлов может вас за это наказать.
— Себя пусть накажет, — отмахнулся я. — Что произошло?
— Вам-то это зачем? — спросил гинеколог. — Всё равно уже ничего не исправить.
— А я всё-таки попробую, — отрезал я. — Но мне нужны подробности.
Терентьев тяжело вздохнул и серьёзно посмотрел на меня.
— Выяснилось, что Зубов воровал препараты из своего отделения, — заявил он. — Доказательств почти никаких нет, ничего на него нет. Прошла проверка внутри клиники, и заместитель главного врача, Капустин, надавил на Зубова. Мол, или сам уйдёшь, или дело передадим в органы, и ты никогда в жизни больше врачом работать не сможешь.
— И Зубов согласился? — удивился я. — Если нет доказательств, то зачем сразу увольняться? Можно было решить этот вопрос. К тому же я уверен, Михаил Анатольевич не стал бы таким заниматься!
— А он и не занимался, — хмыкнул Терентьев. — Да что толку-то? Он гордый, заявил, что, если клиника в нём не нуждается — он уйдёт. Вот и сказочке конец.
Запутанная история. Кто-то просто выпер Зубова из клиники, потому что ему так было надо. Кто-то, у кого есть большие деньги, и кто смог подкупить руководство клиники. Кто-то, чья фамилия Соколов.
— Адрес мне его дайте, — попросил я. — Зубова.
— Зачем? — удивился Терентьев. — Бесполезно к нему ходить. Я сам с ним разговаривал, говорил не сдаваться. Убеждал, что ничего никто не докажет, что в клинике все горой за него заступятся. Но ничего не вышло. А я — его лучший друг!
— Я всё равно попробую, — упрямо ответил я. — Дайте мне адрес.
Гинеколог пожал плечами и продиктовал мне домашний адрес наставника. Сегодня же заеду к нему, чтобы всё это обсудить.
Я закончил работу и вернулся в ординаторскую. Остальных интернов сегодня не видно не слышно. Интересно, какое задание Козлов вообще им дал? Наверное, не попадаться ему на глаза.
— Хозяин, — прошептал Клочок. — Надо срочно поговорить!
— Давай, пока никого нет, — кивнул я. — Что-то удалось узнать?
— А то, — гордо пискнул крыс. — И даже записать! Теперь доказательства неопровержимые, эти идиоты додумались разговаривать о своих делах прямо тут, в ординаторской.
А вот и сыграл мой план. Не особо на него надеялся, он скорее был запасным.
  
Вчера я заподозрил, что у Зубова какие-то проблемы. Делиться он ими не захотел, но я подозревал, что назревает какой-то переворот.
А сегодня я выдал с утра своему крысу диктофон. На случай, если какой-то важный разговор нужно будет не только подслушать, но и записать. Это незаконно, и я это прекрасно знал, но на крыса людские правила не действуют.