А разве здесь можно жить? (СИ)

 Несколько часов просмотра телевизора, дали столько новой информации Арсению, что он почувствовал непривычную для себя головную боль. Выключил телевизор и лег, закрыв глаза.
 Он пока отстранил все чувства и эмоции, вызванные увиденным и сделал простой, но решающий для жизни вывод: в мире главенствуют товаро-денежные отношения; власть, политика, экономика, все это определяется главным - деньгами, то есть как раз тем, чего у него нет и в помине. А может и есть, но ему об этом ничего неизвестно, и такое отношение к нему дяди с тетей явно неспроста.
 В замке входной двери загремели ключи, Арсений встал и настороженно вышел в коридор. Дверь открылась и вошел Макс:
 - Помоги, - он сунул ему какие-то кульки, а сам занес сумку, стоящую под дверью. Поставил ее в коридоре, открыл и вынул еще один пакет, - ну чего стоишь, на кухню неси.
 Безразлично пожав плечами, Арсений пошел на кухню, но внутри словно зазвенела струна, следом явился Макс и начал разбирать кульки.
 Глава 4 
 Стоя рядом, Арсений наблюдал за Максом, а тот вовсю потрошил кульки и свертки, вдруг обрадованно вскрикнув, он вытащил небольшую цветную бумажку:
 - Вот мама... Спасибо.
 - Это что, деньги? - заинтересовался Арсений.
 Макс ошарашенно уставился на него:
 - Ну да, только у меня такое впечатление, что ты их раньше не видел.
 - Нет, - помолчав, ответил Арсений.
 - Так, стоп, пока моя голова не лопнула, давай сначала пообедаем, а потом сядем, и ты мне все расскажешь, - внутри у Макса похолодело, он чувствовал, что проблемы с Арсением намного серьезнее, чем он пытался себе нарисовать и понимал, что вряд ли он сможет ему помочь.
 ***
 - Успокойся, Лена, все будет хорошо.
 Заплаканная женщина вскинулась, бросаясь к мужчине:
 - Ничего уже хорошо не будет. Где наш мальчик, Слава? Что с ним? Как нам его найти? Это все ты и твое воспитание!
 - Может в чем-то я и перегнул палку, но я хотел как лучше.
 Женщина засмеялась сквозь слезы и протянула с иронией:
 - Как лучше? Да ты, видно, шутишь в кои-то веки? Как он там один, без денег? Он совершенно не приспособлен к жизни! Может он голодает или еще хуже, - она вздрогнула и прижала ладонь ко рту, - вдруг его убили.
 - Прекрати! - вскричал мужчина. - Не такой уж он и слабак, к тому же его ищут. И возможно уже скоро найдут.
 - Где? Страна огромная! Где его искать? А вдруг его схватили какие-нибудь дальнобойщики, увезли неизвестно куда? - с ужасом спросила женщина.
 - Побойся Бога, Елена, дальнобойщики обычные люди, а не какие-то террористы, к тому же за пределы усадьбы он мог попасть только на Клабвэне, что привозил нам продукты в пятницу. Он, видимо, спрятался в багажном отсеке, после того, как его разгрузили.
 - Почему ты так уверен, что именно на нем Арсений уехал, ведь в пятницу приезжали еще две машины с заказами?
 
 - Водитель Клабвэна, Борис, уехал еще до завтрака, а на завтраке мальчика уже не было.
 - Так в чем проблема? Если известно, где он, то почему его до сих пор не нашли?
 - Потому, что Борис, вместо того чтобы вернуться во Владимир, решил поехать в N* к своей сестре, это в пяти часах от нас, к тому же по дороге он несколько раз останавливался в городках, через которые проезжал, поэтому к сестре приехал только вечером.
 - Но ведь Арсений мог выйти, где угодно.
 - Мог, - с тяжелым вздохом согласился Станислав, - сейчас все проверяется, поэтому я тебе ничего и не говорил пока.
 - Поклянись, что если, то есть когда, Арсений найдется, ты сделаешь все, чтобы он чувствовал себя нормальным человеком и начнешь вводить его в курс дела, чтобы впоследствии он мог участвовать в бизнесе наравне с тобой, а потом и руководить им.
 - Клянусь, - с еще более тяжким вздохом ответил мужчина.
 - А кто его ищет, Слава? Полиция?
 - И это тоже, только негласно, по своим каналам, не хватало еще засветиться с открытым поиском, чтобы его могли захватить конкуренты и шантажировать меня. А так специально нанятые ребята. Не волнуйся, Елена, все под контролем, извини, дорогая, у меня есть еще дела, так что позволь тебя покинуть, - он поцеловал жене руку и удалился из гостиной.
 ***
 Арсений остался на кухне разглядывать зеленоватую банкноту номиналом 1000 рублей. В то время, как Макс, попрятав в холодильник часть продуктов, пошел помыть руки и, наконец, раздеться, жарко было неимоверно, если так пойдет и дальше, то завтра можно будет съездить на реку. Казалось, начался август, пошли дожди, постепенно стало холодать, установилась типично осенняя погода, и вдруг на тебе - снова лето.
 Скинув в коридоре одежду, Макс поплескал в ванной на себя холодной водой, и как был в одних трусах, так и пошел на кухню.
 - Ну чего ты, блин, сидишь? Мог бы уже суп по тарелкам насыпать.
 Арсений оторвался от купюры и ошарашенно уставился на Макса. Нет, Макс, конечно, знал, что у него красивое накаченное тело, к тому же за лето он отлично загорел, но вызвать такой ступор у другого парня совсем не ожидал. Неужели, блядь, этот Арсений все-таки из этих? Вот уж незадача, ему что ж теперь к нему спиной лучше не поворачиваться?
 Но Арсений, наконец, отмер и встал, отшвырнув купюру:
 - Ты вышел к столу в одних трусах? Изволь немедленно одеться! Если я вынужден ходить в каких-то подозрительных шортах и футболке, то ты у себя дома и к столу можешь выйти одетым, как положено.
 Макс разъярился:
 - Вот именно, я у себя дома, о чем тебе лучше не забывать, и могу ходить, как захочу! И я не собираюсь в такую жару ничего на себя напяливать. И поделать ты тут ничего не сможешь!
 - Неужели? По крайней мере я могу избавить себя от твоего общества, - холодно ответил Арсений и вышел из кухни.
 Макс услышал, как в комнате заработал телевизор. Вот идиот, блядь! И тут же озвучил:
 - Ты - идиот! Слышишь!