Девиант (Полёт ночного мотылька) (СИ)

Мне понравились высокие окна и цветочные горшки на подоконниках. Они создавали некий уют. Но вот от изучающих взглядов мне стало не по себе. Да, наверняка вычислить новое лицо здесь не составляло особого труда. Я старался не обращать внимания на окружающих меня людей и твёрдой походкой отправился в учительскую, располагавшуюся в конце коридора на третьем этаже.
Добравшись до открытой двери, я несмело заглянул внутрь. Несколько учителей сидели за столами, уткнувшись в какие-то бумажки и журналы.
— Эм, простите… — неуверенно начал я, оповещая о своём появлении.
Все сразу посмотрели на меня.
— Я новенький.
Какая-то учительница выпрямила спину, хлопнув в ладоши. Её лицо просияло, и она лучезарно улыбнулась мне, сказав:
— Ты, видимо, Арсений?
Я кивнул.
— Иосиф Кириллович! Второй мальчик пришёл! — громко крикнула она, обернувшись в направлении другой двери.
Я посмотрел на табличку, пытаясь прочитать название. Кабинет завуча. Хм. Кабинет завуча, спрятанный в учительской. Интересно.
Почти сразу же оттуда вышел мужчина средних лет в светло-сером костюме, в прямоугольных очках и с всё ещё густыми тёмно-русыми волосами. Мужик как мужик, ничего особенного. Хотя могу поспорить, что даже сейчас с ним были готовы переспать многие женщины. Его я уже видел, когда приходил сюда отдавать документы о переводе. Он будет моим классным руководителем.
Иосиф Кириллович бросил на меня дружелюбный взгляд и, снова заглянув в кабинет завуча, что-то негромко сказал, после чего распрощался и окончательно вышел оттуда. Я почему-то ощутил лёгкий дискомфорт. В прошлый раз такого не было. Мне не понравилось, как смотрел на меня Иосиф Кириллович, хотя в его взгляде не было ничего предосудительного.
Он подошёл ко мне, по пути поблагодарив ту женщину — Елену Анатольевну — за то, что сообщила ему весть о моём приходе.
— Молодец, в первый день и без опозданий! — похвалил меня Иосиф Кириллович, похлопав по плечу.
Я смущённо улыбнулся.
— Я никогда не опаздываю. Почти.
— Хорошее качество. Очень хорошее. Люблю пунктуальных людей, — он выразительно приподнял брови и, теперь уже положив руку на плечо, жестом показал на выход. — Ну что, пойдём к классу.
И мы пошли.
Иосиф Кириллович сказал, что первый урок будет проходить в кабинете на четвёртом этаже. Вообще, третий и четвёртый этажи отданы под кабинеты для старшеклассников. Второй этаж полностью занимали младшеклассники. На первом этаже ничего интересного кроме большой столовой, актового зала, мастерской, какого-то склада и большого спортивного зала не было.
На пятом этаже располагались несколько дополнительных кабинетов, которые сейчас использовать было нельзя. Там шёл ремонт.
— Лучше не поднимайся на пятый этаж. Там пыльно, грязно и даже опасно. Штукатурка может на голову посыпаться, — подмигнул мне Иосиф Кириллович.
— И не собираюсь, — отшутился я.
Его рука крепче сжала моё плечо, и я вздрогнул. Весь путь по лестнице и коридору четвёртого этажа он так и не отпускал меня, весело рассказывая о структуре школы. Мне хотелось вежливо попросить, чтобы он убрал руку, но я не нашёл подходящих слов и момента. Вдруг ещё решит, что я эдакий недотрога, с первого дня показывающий характер? Проблем мне хотелось в самую последнюю очередь, тем более с классным руководителем.
— Ты ведь вроде отличник? — продолжал тем временем Иосиф Кириллович.
— Хорошист, — поправил я его.
— Понятно. А с какими предметами проблемы?
— Ну… С историей. — Историю я не любил. Просто не любил, без особых причин. — С информатикой наверняка будут…
— С информатикой? Почему же? — удивился он. — Вы, подростки, нынче опытнее нас во всех этих технических штучках!
Иосиф Кириллович рассмеялся. Мне очень хотелось бы поддержать его шутку, но я не мог. Пришлось признаться:
— Я до этого жил в городке, представлявшем собой большую деревню. О технических новинках там не очень-то и заботились. В школе даже не было компьютеров… И дома тоже. Поэтому можно сказать, что в компьютерах я полный ноль.
 
Иосиф Кириллович немного замедлил шаг.
— То есть вообще ноль?
— Несколько раз пытался научиться у знакомого, у которого имелся компьютер…
— Но этого всё равно мало, — закончил он за меня.
Я согласился. А что мне оставалось? Да, моя главная проблема — это не столько взаимодействие с людьми, сколько взаимодействие с техникой. Любой. Для меня даже сотовый телефон — большая проблема. Которого, в общем-то, у меня тоже никогда не было. Необходимость в нём отсутствовала.
Мельком взглянув на Иосифа Кирилловича, я попытался угадать, о чём же он думал. Наверняка о том, что я полный болван и отсталый от современного мира человек. По крайней мере, об этом говорило его выражение лица.
— Молодой ещё, научишься, — ободряюще произнёс он после паузы.
Какая заученная фраза. Хоть он так и сказал, но думал наоборот, в этом я был уверен.
— С преподавательницей информатики я поговорю. Пусть уделит тебе внимание… Или если хочешь, то мы с тобой можем иногда оставаться после уроков в компьютерном классе. Я хоть дяденька и взрослый, но в компьютерах кое-что понимаю, — он заговорщицки подмигнул мне. — Пару лет назад даже вёл несколько уроков информатики, когда преподавательница уходила на больничный.
— Если вас это не затруднит, то можно, — уклончиво согласился я.
А деваться-то всё равно некуда. Придётся осваивать то, в чём раньше я совершенно не нуждался.
— А с алгеброй у тебя как дела? С геометрией?
— Неплохо. Всегда была твёрдая четвёрка.
— Молодец! — Кажется, его мнение обо мне снова немного улучшилось. — Я как раз преподаю алгебру и геометрию. Покажешь, на что способен!
Мне показалось, что я должен был уловить скрытый смысл в его словах, если судить по интонации, но я его не уловил. Не смог понять, что именно скрыто за пеленой таких простых слов.
— А вот и он, — несколько приглушённо произнёс Иосиф Кириллович, когда мы уже подходили к кабинету.
— Он? — не понял я.
— Второй мальчик, — Иосиф Кириллович нервно кашлянул. — Сегодня ты здесь не один новенький.
— Вот как, — протянул я и повернулся в сторону кабинета с открытой дверью.
В коридоре на четвёртом этаже уже было пустовато. Видимо, время звонка приближалось. У кабинета я увидел стоящего в одиночестве парня, который уставился в мобильный телефон. Услышав звук наших шагов, он поднял глаза и первым делом посмотрел на меня. Сначала я растерялся — его взгляд был холодным и колким, — но быстро собрался и приветливо улыбнулся. Парень никак не отреагировал. Потом я понял, что он смотрел уже не на меня, а на руку Иосифа Кирилловича, до сих пор покоящуюся на моём плече. Видимо, мой новый классный заметил это, поэтому удивительно быстро убрал её.
Губы парня искривились в усмешке, и лишь после он посмотрел на Иосифа Кирилловича.
Почувствовать тяжёлую атмосферу было несложно. Не знаю, что конкретно изменилось, но от прежней непринуждённой беседы не осталось и следа.
— Что ж, пойдёмте в класс? — Иосиф Кириллович отошёл от меня, похоже, занервничав, и исчез в кабинете.
Я проводил его удивлённым взглядом и собирался последовать за ним, но меня остановил тот парень. Даже не знаю, что меня волновало сильнее: он или пара десятков новых одноклассников за этой дверью.
Мы не перебросились и словом. Просто стояли и смотрели друг на друга. Я испытал жгучее желание поскорее уйти от него — настолько этот взгляд прожигал и выворачивал душу наизнанку. Серые недобрые глаза, скрытые за неровными прядями рваной длинной чёлки. Кстати, остальные волосы были куда длиннее — некоторые пряди доставали аж до ключиц.
Наверняка модная стрижка. В этом я совершенно не разбирался, да и никогда особо не интересовался своими волосами. Я вообще редко стригся. Поэтому, видимо, погорячился вот так сразу осуждать его внешний вид. У меня самого волосы постоянно оказывались чересчур отросшими, как сейчас. Но ведь это не специально! Я ж почти деревенский, не до красоты мне.