Пациентка по межзвездной переписке (СИ)

Деньги будут, но на сей раз они пойдут на Камелию и Петунию. На маму, которая приковала себя ко мне и к стенам этого дома. Хоть мир посмотрит.
Да, видеть, как родные калечат свои судьбы, было куда страшнее, чем оставаться калекой самой.
Потянувшись, я открыла ящик и запустила в него руку, ища маленький прямоугольный носитель цифровой информации. В утилизатор его, и все.
  
Нащупав искомое, вздрогнула. Мой планшет запищал. Звук показался странным. Выпрямившись, сообразила, что номер, появившийся на экране, знакомым не принадлежит. Первая мысль — майор решил поквитаться. Но нет. Сигнал обозначался как межсистемный.
Протянув руку, я все же приняла вызов. И тут же замерла, чувствуя, как от волнения потеют ладони. На меня, улыбаясь, смотрел знакомый доктор. Нум дар Орш Соод.
— Здравствуй, Лиля, — орш слегка подался вперед. — Я правильно подсчитал? Сейчас ведь у вас утро?
Сглотнув, я только и смогла, что смущенно кивнуть.
 Глава 17 
Видимо, его моя реакция позабавила, потому как мужчина улыбнулся шире. А я краснела, глядя в монитор. Он вопросительно приподнял светлую бровь. Я сжала потными ладонями подол домашнего платья.
В голове крутились фразы, которые я могла бы сказать, да только язык к нёбу прилип от волнения. Мне позвонил самый сногсшибательный орш в нашей галактике. К тому же еще и доктор, а я сижу перед ним и как дурочка хлопаю ресничками.
«Он поздоровался, — шептал мне внутренний голос, — ответь ему тем же. Давай, открывай рот и выдавливай из себя: «Доброе утро, Нум»»
Но вместо этого я хлопнула губами, как рыбка, выброшенная на берег. Стоп! Но по имени и на ты к оршу может обращаться только родственница и любимая женщина.
А я ему кто? Родня? Значит, можно на ты. Или я не кровная сестрица...
Да какая сестрица?
Нум словно нарочно расправил плечи, демонстрируя мне широченную грудь, затянутую в белую ткань формы.
Какая у этого мужчины красивая фигура — улетели мгновенно куда-то мысли. А глаза, голубые на фоне черных белков.
— Лиля, вроде бы вчера ты смело со всеми нами разговаривала. А сегодня что случилось? — Он откинулся на спинку кресла и продолжал изучать меня.
Я прямо чувствовала его взгляд в районе своей скромной груди.
«А там же еле «двоечка» наскребается. Разочаруется же сейчас... Руки нужно приподнять, чтобы она больше казалась. У-у-у. Ну что за глупость лезет в голову»
— Добрый утро... То, есть доброе, — пропищала мышонком. — Доброе утро!
«Молодец! — завопил мой внутренний голос. — Ты это сделала!»
— А мужским вниманием ты, красавица, явно не избалована, — Нум склонил голову набок. — Тебе ведь уже девятнадцать, Лиля? По меркам людей вполне взрослая.
— Да-а, — я закивала. — Большая. Я большая...
— Какая же ты большая? — Он рассмеялся. — Маленькая. Я бы сказал — изящная крошечка.
Всё! Выносите мой мозг, он окончательно сломался. Речевой центр снова отбило наглухо. Я крошечка. Изящная... Я!
Лицо горело. Да просто пылало, пока я изо всех сил пыталась убрать с губ придурковатую улыбку.
Да я же серьезная и умная девушка. Откуда все это из меня лезет?
— Ухажёр есть? — Взгляд Нума скользнул ниже, и мне вдруг стало не по себе. — Или жених?
Смутившись еще больше, схватила лежащий рядом плед и спрятала под ним свои искалеченные ноги.
Реальность просто накрыла с головой.
— Вы звоните, потому что Астра просила? — Взяв себя в руки, поймала его взгляд. — Она переживает за меня, да. Но боюсь, что лечить меня поздно и не нужно. Ваше время явно недешево и...
— Нет, — мягко перебил он меня и, сменив позу, сел ровнее. — Астра со мной не говорила. Душу мы друг другу не изливаем и о личном мало беседуем. Скажу больше: ни твоя сестра, ни родители не знают пока об этом звонке, и мы можем сделать это нашей маленькой тайной. Номер я нашел в базе вашего поселения. Не нужно от меня ничего прятать, Лиля. Я все успел рассмотреть вчера. Расслабься.
Я снова растерялась. Выходит, это не Астра за меня хлопотала. А он сам. Но зачем? Наверное, этот вопрос как-то промелькнул в выражении моего лица, потому как Нум, перекинув толстую косу через плечо, поставил на стол локоть и уперся подбородком в ладонь. А после медленно пояснил:
— Ты мне понравилась, Лиля. Так бывает. Мужчина видит красивую, стройную женщину и теряет покой. Загадки здесь нет. Мне казалось, ты поняла мой интерес. Я его не скрывал.
Как же бешено стучало в этот момент сердце. Его биение отдавалось где-то в ушах. Тело одеревенело и не слушалось.
— А теперь скажи-ка мне, почему лечить тебя поздно? К чему эта фраза?
Я моргнула и покачала головой. Мысли вновь разбежались в разные стороны. Еще никогда я не чувствовала себя такой глупышкой неуклюжей. Представляю, как он сейчас разочаруется. Сидит клуша, рта толком раскрыть не может.
Я смотрела на него, не в силах ничего более или менее связанного ответить.
— Ладно, — он тяжело вздохнул, а у меня сердце пропустило удар. Вот сейчас он отключится и скажет: «Пустоголовая деваха». А после забудет, как меня там звали.
— Я... — голос предательски дрожал.
— С твоим лечением — это мы после разберемся, Лиля. Так есть у тебя жених? Ухаживает кто-то?
— Нет. Вы о чем? — Я сжала подлокотники кресла. — И не здороваются даже...
— Как же мне повезло, — Нум оттянул ворот белой формы корабельного врача, отчего две верхние магнитные пуговички на нем расстегнулись, демонстрируя мне гладкую кожу торса мужчины.
В животе снова вспорхнули неугомонные бабочки. Хоть дихлофос доставай и трави их всех. Думать адекватно только мешают. Великий космос, что он обо мне подумает!
— Лиля, а ко мне можно и на ты обращаться, — усмехнулся Нум.
— Потому что я родственница? — брякнула и язык прикусила.
Ну что за глупый вопрос.
— Нет, — он сложил руки на груди, — потому что ты красивая и непростительно свободная. Поэтому только на ты и по имени.
— И вы всем девушкам вот так разрешаете к вам обращаться? — выпалила я, костеря себя за несдержанность.
То слово не выдавить, то рот не заткнуть.
Что я за человек такой, а?
— Нет, только тебе. Но ты опять на вы.
— Нум, вы старше, — я пожала плечами.
— Но я еще и орш, а живем мы немного дольше вас людей. Поэтому разница в возрасте между нами комфортная, — он произнес это с таким довольным видом, что у меня в горле пересохло.
— Вы очень странный врач, — пробормотала, желая схватить хоть что-нибудь и помахать в лицо, чтобы остудиться.
— Кроме того, что я врач, Лиля, я еще и мужчина. Что ты так робеешь? Расслабься, девочка, и перестань комкать свое покрывальце. Выдохни. Расскажи, что ты делала, когда я с тобой связался?
Мой взгляд невольно метнулся к нижнему ящику стола, в котором так и остался носитель. Стало не по себе. Наверное, нужно было достать его и показать Нуму, но тут же появилась иная мысль — он может рассказать родителям или Астре.
А этого мне совсем не хотелось.
— Ты стала очень серьезной, малышка. Что тебя так растревожило? Это связано с тем майором? Забудь о нем. Считай, что этого человека не существует вовсе. Ваши пути никогда больше не пересекутся.
Откинувшись на спинку инвалидного кресла, расправила плед, укутав ноги, и взглянула на экран планшета.
— Лучше вы расскажите о себе, Нум, — наконец нашлась я. — Ваша жизнь наверняка интереснее моей.
— Да, но меня-то интересует твоя, — он удобнее развалился в своем кресле. — Я вижу вокруг тебя ткань, нитки и что-то ещё довольно любопытное. Ты шьешь? И насколько хорошо у тебя получается?
Я невольно выдохнула. Разговор плавно переходил в безопасное для меня русло.
  
 Глава 18 
Запинаясь и стараясь не выглядеть совсем уж нелепо, я рассказывала ему о своем маленьком деле, которое и бизнесом-то сложно назвать. Испытывая неловкость, объясняла, что перешиваю старые вещи, обходя стороной вопрос — где я их беру.