Орк из России. Сделано с любовью (СИ)

– И что вы с ней сделали?
– Ничего, помахал ручкой, на прощанье, но было обидно.
– Бывает. Спасибо, что защитили.
– А как иначе? Ну что, в лавку за сладостями?
– Если можно, я бы прошлась одна. Мне нужно кое-что купить из женского гардероба, а при вас я стесняюсь.
– Ну иди. Через час обед и тронемся дальше. Тут еще одно небольшое княжество в полусутках пути, навестим его, посетим оракула, он может подсказать, где твой дом находится. Это шаман посоветовал. Потом я соберу дань у наместника и в обратный путь, в ханский дворец.
– У вас есть дворец?
– Да, небольшой. Там красивый сад и много фонтанов. Тебе понравится, вот увидишь. У вас с Марой будут лучшие комнаты – целая половина дворца предназначена для женщин хана.
– И много их там?
– Никого. Не сложилось. Беги, куда ты хотела, а я кое-что тут куплю на углу в оружейной мастерской и буду ждать тебя. Шушу оставишь?
– Нет, мне с ним спокойней.
– Хорошо.
За беседой мы дошли до самого центра этого крошечного чернокаменного городка. Несколько лавок было уже открыто. Я сделала пару шагов в сторону лавки с бельем на витрине, осторожно обернулась. Спина Великого Хана полностью закрыла проем оружейной лавочки, наконец, за ним хлопнула, закрываясь, дубовая дверь. Прощай, я буду по тебе очень скучать, милый мой добрый дикарь из волшебной сказки. И по тому кислому апельсину.
Опрометью я бросилась в сторону неприметной дверцы с нарисованной остроконечной шляпой. Шуша решил, что это игра и с визгом рванул следом за мной, лишь изредка оборачиваясь в ту сторону, где остался Гурэй. Прости, малыш, но тосковать по обоим мне будет слишком уж тяжело. Да и кто знает, что тебя ждет, как только хан поймет, что я исчезла, лучше мы оба, вдвоем.
Узкая дверца легко поддалась, а внутри тьма кромешная, ни окон, ни свечей. Только мерцает под потолком алый крошечный шарик.
– Пенат! Лет сто тридцать их не видела! Дай посмотрю, девонька! – раздался хриплый голос из угла, и что-то похожее на ворох тряпья, поднимаясь, начало приобретать облик старухи.
– Нам бы перенестись! Я заплачу! Сколько скажете!
– Куда? Дай хоть, на судьбу твою посмотрю, а то вот так отправишь, а потом проблем не расхлебать. Закон мироздания – равновесие. Чужие судьбы нельзя ломать. Знаешь, дело такое. Сломать-то легко, да вот последствия для всех могут быть просто ужасными!
– У меня времени мало.
– Ну так подай хрустальную чашу, она за твоей спиной, сейчас водички в нее подолью, воска накапаю и все увижу. Это быстро, не бойся.
  
Глава 24
 
Эма
В темной миске вода крутится, будто вскипая, бурлит и никак не хочет остановиться, раньше бы, точно, назвала все это действие шарлатанством, рассчитанным на глупцов. А теперь внимательно слежу за работой темной городской ведьмы. Воск черными кляксами падает в воду, та замирает. Женщина внимательно смотрит, пытаясь прочесть мою судьбу. Что ей там видно, что она знает и что захочет мне рассказать? Наконец, узловатые пальцы скомкали пламя, оставив после себя лишь тлеющую сердцевину фитилька.
– Долог твой путь. Не знают ноги покоя, когда язык боится спросить. Глупая еще, молодая. И судьба твоя уже сплелась в двойную веревку, да только ты об этом не знаешь. Хочешь еще побегать? Кто ж тебе не дает. Я открою портал прямо к твоему дому для всех нас троих. Меня тоже там знают. Что поднимаешь бровь? Не веришь? А зря! Дай только сундук захвачу. Знаем мы этих мужчин. Утащи из-под носа добычу и… Не хочется проверять. Чего замерла? Хватай мой сундук за вторую ручку и вперед.
– Куда?
– Да вон, дергай за ручку дверь!
– Там же выход, нам не туда.
– Туда-туда, открывай, только пената своего держи крепче, чтоб прошел за тобой.
Тимур
Лавка потрясла изобилием всяческих всячин. И ножи, и арбалеты, и короткие мечи для ближнего боя, ряды длинных копий, щиты разных форм и размеров, кольчуги. Подумал и выбрал себе копье для дальнего боя, верхом на слонихе. Хотя, какая она теперь слониха? После пыльцы это натуральный мамонт серого цвета.
 
Тонкий острый кинжал на изящной перевязи купил для Эмы. Надеюсь, оценит. Прежний-то я у нее отобрал. Наконец, расплатившись, вышел на улицу. Солнце уже вовсю растеклось по узким улочкам городка. Нырнул в лавку портного, чуть не царапнув копьем потолок. Служащий за стойкой радостно объявил, что я сегодня самый первый их посетитель. Интересно, может, она в булочную пошла или еще куда, за леденцами? Вышел, обошел все лавочки и ближайшие подворотни. Ни девушки, ни собаки никто не видел. Может, испугалась или забыла взять чего и вернулась к Орде? Почти бегом рванул обратно к нашим шатрам. Расспросил своих воинов, сокровище ханского шатра с самого утра так никто и не видел. Пес тоже не возвращался.
– Гурэй! Я смотрел в будущее! Оно прекрасно! Зайди в свой шатер, я все покажу! – шаман неожиданно весел.
– Эма пропала!
– Быть такого не может!
– К девчонке в городе сегодня уже один раз пристали. Одного я проучил, второй убежал. Поднимай воинов! Обыщем весь город!
– Но?
– К бою! Рассредоточиться, взять город в кольцо, обыскать все подвалы, чердаки, шкафы, сундуки! Добра не трогать! Эму найти и привести невредимой!
– Великий хан!
– Убью того, кто посмел тронуть мое!
– Гурэй! Дай я посмотрю магией, так выйдет быстрее! Просто отведи меня на то место, где вы расстались. Воинов оставь охранять лагерь. Если твою девочку похитили, завидев войско, ее могут убить.
– Бегом! В город!
Шаман, как нарочно, спотыкался на каждом шагу. Пришлось зашвырнуть его к себе на плечо. Никогда еще такой небольшой участок дороги не казался столь длинным. Снял с плеча старика и поставил на ноги.
– Здесь! Она хотела пойти выбирать белье, но к портному не заходила.
– Вижу. Иди за мной. Тут она шла своими ногами, никого кроме пса рядом не было. Вот в эту дверцу вошла. Сейчас тут закрыто, а час назад открывали мощный портал, даже следы не стёрли. Она ушла, хан, вернулась домой.
Я не поверил, сердце вообще будто оборвалось, и сразу со всех сторон подуло холодным ветром так, что толпы мурашек пробежались по коже. Или это был вовсе не ветер.
– Как! А мне почему ничего не сказала? А щенка она тоже забрала?
– Они ушли вместе, добровольно. Я вижу смутный отпечаток ее ауры, она загадала попасть домой к маме и папе, туда и перенеслась.
– Ты не ответил. Почему мне ничего не было об этом известно? Почему она не сказала?
– Я не знаю.
– А где теперь мне ее искать? Это далеко?
– Она иномирянка, и куда ведет след, мне не видно. Зачем искать пропажу? Ушла и ушла, найдешь себе другую. Мало ли красавиц в Орде? Любая будет твоей.
– Не хочу. Почему они все от меня сбегают? Что я плохого им сделал? К черту! Поехали дальше. Отвратительный город, гиблое место. Держите клинок, я для нее покупал.
– Зачем он мне?
– Не надо, так выбрось. У нас военных походов в ближайших планах нет?
– Нет.
– А жаль, я бы развеялся. Впрочем, ладно.
Вложив всю свою силу, все внезапно глупое горе в этот удар, я бросил копье в каменную стену высокого дома. Оно пробило кладку между камнями и так там и засело где-то на уровне третьего этажа. Надеюсь, навечно. Дурак, какой я дурак. Радоваться надо, сбыл с рук, можно больше о ней не переживать, не трястись, не бояться не совладать со своим собственным мужским естеством. А я скорблю над потерей.
Лагерь встретил молчанием и вопросительными взглядами, обращенными на шамана.
– Девка сбежала.
– Хотите, мы приведем вам другую, великий хан?
– Собираем шатры, я проеду вперед. Вас ждать не буду, догоните.
Завернул в шатер, чтобы взять в дорогу необходимые вещи, и чуть не завыл, глядя на брошенные платья этой предательницы. Хоть бы сказала, записку бы оставила. Паршивка неблагодарная. Вот что я плохого ей сделал? Хоть бы щенка не уморила, хотя такого, пожалуй, заморишь, скорее он сам кого угодно доконает. Один. Опять один. Мара, и та умотала к шефу. Одна мне осталась радость – нахальная Юм и ее вездесущий хобот.