Однажды в отпуске или надежда есть всегда (СИ)

Ну, когда же, когда?
Мне казалось, что прошла вечность. Краем уха я слышала, как Громов связался с Гвоздёвой и сообщил о происшествии.
Я бы бросилась к тому шлюзу, но понимала, что могу там и остаться, а помощь должны оказывать не мне, поэтому, пока все были заняты, побрела обратно в медотсек и устроилась в уголке на кушетке, ожидая прибытия Дмитрия.
  
Глава 23. Место встречи изменить нельзя
 
Глава 23. Место встречи изменить нельзя
Когда дверь отъехала, пришлось прикусить губу, чтобы не привлекать к себе лишнего внимания вскриками.
Марина что-то щупала на теле Дмитрия одной рукой, а второй сразу снимала показатели биологическим сканером, носилки толкал Анатолий. Он хмуро молчал, видимо, чтобы не отрывать врача, но это ни о чём хорошем не говорило.
Мне ужасно хотелось подойти ближе и узнать, в чём дело, но я тоже не хотела отрывать Марину от дела.
– Пульс совсем слабый! – объявила, наконец, врач. – Давай его в реанимационный блок, лучше перестраховаться, чем потом сожалеть!
– Хорошо хоть Надежда успела оттуда выбраться, а то хоть рядышком штабелями укладывай, – невесело усмехнулся Белов.
– Да уж, эта парочка! Слишком часто вы стали что-то прибегать к моим услугам, не к добру это, – пробурчала она, закрывая реанимационный блок, и тут увидела меня, сидящую в уголке.
На несколько секунд возникла неловкая пауза, но Марину трудно смутить, поэтому она продолжила вбивать какие-то показатели.
– Толь, всё, теперь можешь идти, – обратилась она к своему помощнику, и тот безропотно кивнул, направился к двери, так меня и не заметив.
– Тебе опять нехорошо? – обратилась она уже ко мне.
– Нет, просто хочу знать, как он, – кивнула на капитана.
– Так себе, – вздохнула она, – замёрз сильно и средней тяжести гипоксия, но это мы сейчас поправим. Полежит сегодня он в капсуле.
– Можно мне с ним тут побыть?
– Что у вас за любовь ночевать не в удобной постели, а в медблоке?
– Любим свидания в необычных местах, – слабо улыбнулась я, следя за тем, как Дима стал глубоко дышать.
Это меня сильно успокоило, а то ведь ощущение, что он насмерть замёрз, а здесь наглядное доказательство, что нет.
– Что же, тогда кушетка в твоём расположении, раз вы такие экстремалы, то я не имею ничего против своей кровати, в которой с удовольствием и усну.
Сидеть было достаточно тяжело при моей довольно значительной слабости, поэтому я перебралась на кушетку.
Полежав немного, удалось задремать, и разбудила меня уже Марина со словами, что нужно обедать, чтобы появились силы. Этот самый обед она принесла мне в медицинский блок.
– Это не совсем правильно, но заставлять тебя идти в столовую и вовсе за гранью добра и зла, ещё упадёшь где-нибудь.
– Спасибо, ты настоящий друг.
– Нет, я настоящий врач и стараюсь заботиться о своих пациентах, – улыбнулась она.
– Спасибо!
Так же прошёл и ужин. Чтобы не скучать, я читала книжку, одну из многих, что хотела бы прочитать.
Так и уснула в какой-то момент времени. Видимо, слишком медленно моргала.
Проснулась посреди ночи. Было тихо, ничто не нарушало ночной покой, но чувство какой-то тревоги, или дискомфорта, точно даже сказать не могу, не отпускало.
Я немножко полежала, глядя в потолок, а потом повернулась к капсуле, тут-то и увидела, что Дима лежит и смотрит на меня.
– Привет, – улыбнулась ему, – ты очнулся.
– Да, несколько минут прошло, прости, что разбудил, я не хотел, как-то само получилось.
– Я даже рада, что ты так пристально смотришь, мы беспокоились за тебя.
– Спасибо, там метеор-то был размером с половину монетки, но он обладал, весьма острым краем и большой скоростью. Костюм разрезал совсем чуточку, но этого стало достаточно, чтобы мои жизненные показатели пошли быстро вниз.
– Бедный ты мой, – вырвалось у меня, и я замерла, растеряно моргнув.
Вот же, бывает такое. Подумает, что я навязываюсь, но капитан совсем не выглядел недовольным. Широченная улыбка расползлась по его лицу.
– Думал, уж и не дождусь, – чуть ли не мурлыкнул он, глядя на меня с удовлетворённой улыбкой, – стоило немножко поумирать, чтобы ты, наконец, решилась посмотреть правде в лицо.
  
– Какой правде? – прикусила я губу.
– Что я твой, а ты моя.
– Дима, ну ты сам подумай, зачем это тебе? Ты же знаешь мою ситуацию. Только хуже себе сделаешь, а мне тяжело будет уходить…
Даже договорить не смогла, хотелось только плакать.
– А ты не решай за меня, – нахмурился капитан, – и потом, мне кажется, ты говорила, что не будешь сдаваться, а ведёшь такие речи.
– Но ты…
– Ничего не хочу слушать, – остановил он меня, – мы уже две ночи ночуем вместе в странных условиях, – постучал он по реанимационному блоку, третью уже мечтаю провести в своей кровати, но готов помучиться и на твоей, – хитро посмотрел он на меня.
– Так нагло ко мне в гости ещё никогда не напрашивались, – улыбнулась я.
Было и вправду легче оттого, что никто меня бросать не собирается, а я уже и забыла, как это, когда у тебя есть в жизни опора.
Просто бабочки запорхали не то что в животе, а по всему организму.
– Ну что делать, если понравившаяся мне девушка совершенно не понимает намёков, влюблённых взглядов, красивых моментов, – притворно тяжело вздохнул капитан. – Страдаю!
– Теперь я всё осознала, если завтра меня не будет штормить от слабости, как сегодня, то, может, и приглашу, – решилась я.
– Если так будет, то я точно буду спать рядом, первоначально транспортировав тебя в каюту на ручках, – безапелляционно заявил он. – Твой личный Морфей.
– Такого у меня никогда не было, – совершенно искренне призналась ему.
– У нас здесь многое в первый раз, так что стоит к этому привыкнуть.
– А как же команда?
– Их мы с собой спать не потащим, а остальное не их дело, все взрослые. Теперь давай-ка ещё поспим, а то завтра надо работать, да и обнять тебя очень хочется, а не быть рыбкой в аквариуме.
– Люблю рыбок, – хитро улыбнулась ему.
– Подарю попозже.
На этом мы закончили болтать и чинно закрыли глаза. Мне вот снилось, что мы спим на кровати, что стоит на нашем корабле, а вокруг одни звёзды. Нелепый сон, но мне понравился.
  
Глава 24. Сплетницы
 
Глава 24. Сплетницы
Утро было бы прекрасным, если бы не кушетка. Как же я с неё сползала, лучше бы никому не видеть.
А ведь вчера на ней спал капитан, что значительно крупнее меня.
– А я тебе говорила не маяться дурью и спать в своей кровати! – припечатала наша суровая докторша, и ответить на это мне было особо нечего.
Ты совершенно не права, – сказал Первый и посмотрел на меня с чертовщинкой в глазах, отчего я опять залилась румянцем.
Да что ж это за наказание такое.
– Так, – внимательно посмотрела на меня Марина, – и что это у нас вчера уже произошло?
– Ничего не произошло, – пролепетала я, мечтая по-быстрому отсюда удрать.
– Но обязательно произойдёт, – твёрдо сообщил Дима, – доставай меня из своего аквариума, работать пора.
Медик понимающе хмыкнула, но ничего говорить по этому поводу не стала.
– Надеюсь, вас тут долго не увидеть, – отворила она створки капсулы. – Показатели у вас, капитан, хорошие, так что можете идти, но перед сном загляните вдвоём ко мне на всякий случай.
– Доставлю Надежду всенепременно на осмотр, раз врач велит, – шутовски чуть поклонился он Марине и подхватил меня под локоток.
– А теперь позвольте угостить вас завтраком, как элитного пассажира нашего лайнера, – голосом заправского стюарда проговорил капитан.
Он будто помолодел, стал более улыбчивым. Мне трудно было оторвать от него взор. Хотелось смеяться без особой причины. Вот что любовь с людьми делает.
Самое интересное, что меня не только на завтрак проводили, но и в каюту доставили, и в душ отправили, сам капитан сидел на кровати и ждал, чтобы я благополучно из него вернулась.