Некромант Империи. Том 1 (СИ)

— Дима! — сестра успела подхватить меня под локоть. — Что с тобой?
— Погоди… — я прикрыл глаза, направляя поток энергии, сканируя собственное тело.
Так, и что у нас тут? Твою ж… микроскопическое повреждение в области шеи — локальный незначительный надрыв эпидермиса. И следы… а это интересно.
Сложный органический яд. Структура незнакомая — не похоже ни на один из известных мне токсинов. Кто-то очень постарался.
— Народ, — я обернулся к рыжим, которые переминались с ноги на ногу, — у вас тут водятся какие-нибудь особо злобные кровососы?
— В смысле? — Витас недоуменно почесал затылок. — Комары как комары. В полях, правда, оводы…
— Слепни ещё есть, — подхватил второй. — Но они больше по лошадям…
Я опустился на корточки, внимательно осматривая землю в свете фонаря. И вот оно — в тусклом свете что-то блеснуло металлическим отливом. Крошечные симметричные крылышки, отливающие золотом. Я осторожно подобрал насекомое и положил на ладонь.
Голова гудела, шея горела огнём, но профессиональное любопытство пересиливало боль. И вдруг меня опять передёрнуло. Видимо, яд ещё гуляет по сосудам…
По коже побежали мурашки, а в следующий момент… комар шевельнулся. Его лапки дрогнули, золотистые крылышки затрепетали, и вот он уже уверенно стоит на моей ладони.
Хм… я повертел насекомое на ладони, внимательно разглядывая тельце не крупнее рисового зёрнышка. Хм…
Когда рефлекторно схватился за шею, похоже, зацепил эту мелочь. Видимо, оглушил, а теперь вот — очухалась. Повезло тебе, кровопийца. В следующий раз не факт, что так легко отделаешься.
— Так чего ты про насекомых-то интересовался? — один из рыжих плюхнулся рядом на корточки. Он вытянул шею, пытаясь разглядеть находку в моей ладони, но только щурился от тусклого света фонаря.
— Да меня будто молнией шарахнуло, — я снова машинально потёр саднящую шею, стараясь говорить как можно более небрежно. Чёрт, до сих пор покалывает… — Думал, ноги откажут на месте. Никогда такой реакции не было, — я поморщился, вспоминая ощущение расползающегося по телу онемения.
Второй близнец, который до этого молчал, вдруг оживился:
— А-а-а, — протянул он с видом бывалого знатока. — Это нормально, у них же хоботок тонкий как игла. Может, в нерв попал.
Я перевёл взгляд на крошечное тельце в своей ладони, снова внимательно изучая находку. Самка комара — ничего необычного, типичная кровососущая особь.
Разве что эти странные крылышки с золотым отливом…
В свете фонаря они поблёскивали неестественно ярко для обычного насекомого. Ладно. Резким щелчком я отправил комара в свободный полёт, проводив взглядом мелькнувший в темноте металлический отблеск.
Сестра, которая всё это время молча наблюдала за нами, поёжилась и плотнее запахнула форменный жакет:
— Может, всё-таки пойдём уже? — она переступила с ноги на ногу, пытаясь согреться. — Ночи теперь холодные, нечего тут торчать. Да и вы своим конским ржанием мешаете людям спать.
Ветерок пронёсся по двору, взъерошив её волосы и заставив поморщиться от холода. Действительно, пора было возвращаться.
По дороге в общежитие близнецы никак не могли успокоиться, смакуя подробности моей славной победы. Как же, такое событие — уделал Стрешнева! Да ещё и таким… специфическим способом. Чего только не было: и «Великая диарейная битва», и «Говнянское сражение»!
Уже в комнате, стягивая форму и готовясь ко сну, я в который раз машинально потёр место укуса. Что-то здесь нечисто… Слишком уж сильная реакция. Но это всё можно обдумать и завтра. Сейчас — спать. День выдался, мягко говоря, насыщенным.
— Эй, говномастер! — донеслось с соседней кровати. — Как думаешь, Стрешнев будет убивать тебя медленно или сжалится?
— Заткнись уже, — я швырнул в рыжую голову подушку. — А то устрою тебе такие же… спецэффекты.
В ответ раздалось сдавленное хихиканье, и подушка прилетела обратно. Мелкие придурки… но, чёрт возьми, свои придурки.
СПУСТЯ ПАРУ ЧАСОВ ТЩЕТНЫХ ПОПЫТОК УСНУТЬ
Сон не шёл. Я ворочался на верхнем ярусе, пытаясь найти хоть какое-то удобное положение, но матрас, твою мать, словно набили булыжниками. Перевернулся на левый бок — нет. На правый — ещё хуже. На спину — и тут облом.
  
А главное — этот звук! Костин храп!
— Да чтоб тебя… — я перевернулся в очередной раз, пытаясь заткнуть уши подушкой.
Бесполезно. Звук проникал, казалось, даже сквозь стены. И как только рыжие умудряются при таком грохоте спать? Я свесился с кровати, разглядывая в полумраке безмятежную физиономию виновника моей бессонницы. Храпит, сука, и в ус не дует.
И тут меня осенило. Я же, мать твою, целитель! Одно маленькое вмешательство, и наступит долгожданная тишина…
Дотянуться с верхнего яруса оказалось той ещё задачкой. Пришлось извернуться, рискуя навернуться прямо на храпящее чудовище. Но желание наконец-то уснуть придало мне ловкости — кончики пальцев всё-таки коснулись его лба.
Так, что тут у нас творится? Я запустил диагностический импульс, прощупывая носовые пазухи. Ого! Перегородка загнута. Нижние носовые раковины распухли, а слизистая… твою ж мать, да там такой отёк, что удивительно, как он вообще дышит!
Ладно, сейчас мы это исправим…
Я сконцентрировал поток энергии на хрящевой ткани. Лёгкое усилие — и перегородка с тихим «чпок» встала на место, как влитая. Теперь немного снять воспаление, нормализовать кровоток…
Готово! Храп оборвался. Костя всхрапнул последний раз, перевернулся на бок и затих. Я с удовлетворением откинулся на подушку. Наконец-то можно…
З-з-з-з…
— Да вы издеваетесь, что ли⁈ — процедил я сквозь зубы.
Тонкий, въедливый писк прорезал долгожданную тишину. Я замер, прислушиваясь.
З-з-з-з… Теперь ближе, у самого уха! Маленький летающий мудак решил устроить персональный концерт.
Я резко сел на кровати, вглядываясь в темноту.
Прикрыл глаза и активировал целительское зрение. Живые существа засветились мягким зелёным свечением. Каждый организм — как маленькая электрическая схема, где вместо проводов — кровеносные сосуды, вместо транзисторов — нервные узлы.
В соседних комнатах студенты мерцали размытыми силуэтами разной интенсивности. Вон рыжие близнецы дрыхнут в обнимку с подушками и Костя.
В нашей комнате из живности только жирный паук в углу — его крошечная зелёная точка едва заметна на фоне общего свечения. Но этот чёртов звук…
З-з-з-з…
Я усилил сканирование, прощупывая каждый сантиметр пространства. Пусто! Кроме этого паука — ни одной живой твари. Какого хрена⁈
— Да чтоб тебя! — я психанул, выпуская волну диагностической энергии на полную мощность.
И тут картина резко изменилась. Помимо привычного зелёного свечения, я внезапно увидел у окна россыпь неподвижных фиолетовых точек. И ещё одну — угольно-чёрную, как провал в пустоту. Что за чертовщина? За всю свою практику целителя я никогда не видел ничего подобного.
В памяти вдруг всплыла картина: я иду по полю после битвы, выискивая раненых. Тела павших воинов лежат вокруг безжизненными кусками материи — такими же невидимыми для целительского зрения, как камни. Мёртвое есть мёртвое, оно не должно светиться…
А сейчас… сейчас я видел эти фиолетовые отблески угасшей жизни. И эту чёрную точку, что металась по комнате как обезумевшая.
— Ага, падла! — прошептал я, наблюдая, как она пикирует на подоконник. — Вот кто пищит!
Спрыгнув с кровати, я подошёл ближе к подоконнику. Щёлкнул выключателем, и комнату залил тусклый свет ночника.
— Твою мать, выруби! — донеслось сонное бурчание с нижнего яруса.
Но я отключил только целительское зрение, и мир снова стал обычным. А чёрная точка превратилась в того самого комара с золотистыми крылышками. Он застыл, словно раздумывая, а потом…
З-з-з-з…
Тварь сделала пару шагов, взлетела и уверенно приземлилась на тыльную сторону ладони. Я затаил дыхание. Эта штука следит за мной…
— А ну свали с руки, — прошептал я, разглядывая странное создание.