Инквизицию вызывали? Подработка для ведьмы (СИ)

Нэш затравленно прошел вдоль стенки к столу, уже представляя как королевский конюх довольно потирает свои мозолистые руки в ожидании нового провинившегося. Самое обидное, что он так толком и не понял, за что именно будет изгнан с позором на конюшню. Хотя, пусть будет конюшня, лишь бы плетей не дали.
— Демиан, прошу вас, — тут же ответила Бес. — Вы вчера лично уволили Анет, оставив меня одну на все управление. У нас более двадцати инквизиторов и все дела спускаются ко мне одной! Поэтому, если кто-то из нас и должен был врываться в чей-то кабинет с претензиями, так это я в ваш, а не вы в мой.
  
Нэш опешил, уже не зная кого защищать: себя или свою девушку. Все нутро кричало, что своя шкура ближе, но любовь и воспитание говорили, что придется отдать эту шкуру на благо Бестиары. Еще пару секунд такого мучительного выбора и он бы точно натворил каких-нибудь бед, но к его удивлению Демиан только неодобрительно сложил руки на груди.
— И надеюсь вы помните, — к искреннему ужасу Нэша продолжала Бес, — что у нас на все управление только два помощника. И ни одного в секретариат. Я устала, у меня нет выходных, нет праздников, нет отпуска. Да я не знаю, когда вообще в последний раз отдыхала. Демоны меня задерите, да я даже на свидание сходить не могу! — прикрикнула она.
Демиан и Нэш переглянулись. Как ни странно, но сейчас между инквизитором и стажером после этих слов воцарилось совершенно неуместное взаимопонимание.
— Бестиара, — намного мягче сказал Демиан, понимая, что от своего младшего коллеги и слова не дождешься, — но при чем здесь моя помощница?
— При том, что вы уволили Анет. Именно она находила всяких мужчин, которые помогали нам разбирать коробки. А я смогла договориться только с Нэшем. Он сегодня работает у меня. А ваша помощница — с Тарваиром. Заодно он узнал, что вы с Лив даже не занимались на тренировочном поле и она совершенно физически не готова, вот ее тренировками он сегодня и займется. А вы, господин инквизитор, побудете сегодня один. Потому что нечего увольнять людей направо и налево. Это вам не... — она хотела добавить, что это не его графство, но вовремя передумала.
— Понял, — с прискорбием произнес Демиан. — Наказан за собственную вспыльчивость.
— Считайте, что так, — кивнула Бес.
— И когда все решилось?
— Сегодня с самого утра.
— Думаю, ночью, — совершенно некстати встрял Нэш и тут же поймал на себе неодобрительный взгляд Бестиары.
— Что это значит? — не понял Демиан.
Бестиара сделала шаг назад, прикрывая собой слишком болтливого помощника.
— Бес? — Демиан подошел ближе.
— Ой, Демиан, он просто слышал какую-то глупость, — махнула она рукой.
— Нэш?
— Послушайте, ну действительно же глупость, — жеманно хихикнула Бес, что ей совершенно не шло. — Кто-то что-то сказал и наш Нэш сразу ухватился. Вы же знаете, мальчишки…
— Говори, — не унимался Демиан.
Всем было понятно, что инквизитор так просто не отстанет. Если они не скажут, так сам докопается, а потом их же виноватыми и сделает.
— Насколько я понял, — скромно ответил Нэш, — Тарваир расспрашивал Лив о занятиях с вами. Он хотел сравнить ее подготовку с моей. Думал даже, что можно что-то вместе организовать.
— И когда это было? — сквозь зубы процедил Демиан.
— Так вчера ночью, когда они по городу гуляли, — выпал помощник.
— Нэш, — тут же воскликнула Бестиара.
Но слова уже не вернешь и объяснить их Демиану не получится.
Внешне в инквизиторе ничего не изменилось: он продолжал стоять, расставив ноги на ширину плеч и сложив руки на груди, продолжал недовольно оглядывать всех. Но Бестиара слишком давно его знала и прекрасно видела, как злость закипает у него внутри.
— Демиан, прошу вас, он просто увидел, что девушка в такое позднее время идет домой одна и вызвался ее проводить.
— Я не замечал за Тарваиром подобного благородства.
— Ой, да он часто про Лив спрашивал, — искренне засмеялся Нэш. — Ему было интересно посмотреть на девушку, которую сюда занесло. Думаю, разговоров им на несколько ночей точно хватит.
— Нэш! — снова шикнула Бес.
Демиан посмотрел на них, таких довольных и счастливых. Любому в управлении одного взгляда достаточно, чтобы понять, что эти двое уже стали парой, даже если сами этого до конца не осознали. А у него внутри кипела только злость. Злость и непонимание. Пытаясь сдержать себя и не выплеснуть эту злость на ни в чем не повинной Бестиаре, он быстро вышел за дверь.
— А что я? — тут же раздался недоумевающий голос Нэша. — Мне кажется, Тарваир и Лив — хорошая пара. А этому вообще все безразличны.
По телу Демиана расползался натуральный жар, а внутри давило чувство предательства. Что ж, если Тарваир решил тренировать его помощницу, то почему нет, уговаривал он сам себя, но прекрасно понимал, чем обычно заканчиваются подобные тренировки его друга.
— Демиан! — послышался крик Бестиары за спиной.
Девушка неслась по коридору, но только ради приличия и из искреннего уважения к Бес Демиан остановился. Единственным его желанием в этот момент было как можно быстрее сбежать ото всех, скрыться в своем кабинете и успокоить это неприятное чувство делами и добротным вином.
— Демиан, прошу вас, не обращайте на глупого Нэша никакого внимания. Они просто тренируются.
— Я и не думал ничего другого.. 
— Вы расстроены.
— Нет. Не в том смысле, о котором вы подумали. Мне не нравится, что моего помощника забирают, не удосужившись даже сообщить об этом мне.
— Демиан, клянусь, это все потому что мне нужен был кто-то в помощь. Лив сама не знала, что будет сегодня с ним.
— В какое время они расстались? — неожиданно спросил Демиан.
— Что?
— В какое время Тарваир привел Лив домой и уехал? Или он не уезжал?
— Уезжал, — быстро ответила Бес. — Клянусь, он уехал, уехал. Ничего такого.
— Вы все о нас знаете.
— Утренние счета, — пожала плечами секретарь.
— Утренние счета, — подтвердил Демиан. — Мы даже не замечаем, как все наши расходы передаем вам. Эта привычка может стоить жизни.
— Никогда, Демиан, клянусь, никогда!
— Я знаю, поэтому скажите, в какое время?
— В ведомости кучера было написано три часа ночи, — опустила глаза Бес. — Но это ничего не значит...
— Нет, совершенно ничего, — подтвердил Демиан и пошел дальше.
Если бы ему дали право на убийство, то сегодня он бы им непременно воспользовался. Идя по коридорам управления, он впервые за все эти годы явно почувствовал себя в них лишним. Словно весь мир в одно мгновение изменился, все планы и желания изменились, а осталось одно лишь чувство долга, выгрызающее изнутри. 
И без того отвратительное настроение стало еще хуже, когда он вошел в кабинет. Надежда уйти с головой в дела улетучилась настолько же быстро, насколько Кристиан просматривал папки на его столе.
— В этом управлении хоть кто-нибудь знает такое понятие, как “личные границы”? 
— Здесь их нет, — важно ответил Кристиан.
— Что вам надо в моих делах? 
Теперь Демиан чеканил каждое слово, больше не скрывая накатывающую злость. Впрочем, глава инквизиции нисколько не уступал ему в этом чувстве.
— Мне нужно, чтобы ты их закрыл, — твердо заявил он и поднялся из-за стола. — Я требовал их закрыть еще месяц назад, потом несколько недель назад, потом каждую неделю, а теперь я буду требовать от тебя этого каждый день.
Он не просто говорил, он был в натуральном бешенстве. Демиан еще никогда не видел главного инквизитора в подобном состоянии. Тот ходил из угла в угол, не находя себе места, а потом неожиданно открыл потайной шкаф, достал графин с самым крепким вином, которое было в кабинете, налил себе полный стакан и залпом выпил.
  
— Ты не понимаешь, — выдохнул он, плюхнувшись в кресло, — ты ничего не понимаешь, не понимаешь.
— Что я должен понять?
— Король наседает, палаты наседают, они все ждут от нас решения этого вопроса. Ты понимаешь, что это наш час. Наконец-то мы сможем получить все: власть, деньги, уважение среди этих заносчивых, тупых болванов, которые собственную мать от ведьмы не отличат. Понимаешь ты это или нет?