Измена: ты больше не мой (СИ)
Трефовую даму.
Отросшие уже было волосы уложили крупными локонами, собрали в низкий асимметричный хвост и локоны теперь ложились крупными волнами мне на плечо и немного на спину.
Черные остроносые лодочки с глубоким вырезом, на невысоком каблучке дополнили этот наряд.
Что ж, поехали, поразим всех в самое сердечко.
От автора: платье должно выглядеть примерно так.
Глава шестьдесят пятая (Часть 1)
Без ложной скромности могу сказать, я произвела фурор.
Я опоздала, не сильно, но достаточно, чтоб зайти в зал уже когда почти все были в сборе. О, эта тишина, которая внезапно повисает, когда тебя замечают. Я видела такое в кино, но и помыслить не могла, что это произойдет в реальности — со мной.
Мне понравилось!
А обалдевшее лицо Станислава на сцене, который как раз говорил речь и замолчал на полуслове — еще больше.
— Вот же засранец, — Тома, которую тоже пригласили, выдернула меня из толпы, как редиску из грядки и потащила к фуршетным столам. — Он тебе, я так понимаю, и не написал.
— Нет, и не написал, и не позвонил, — обсуждаемый нами Станислав тем временем кое-как продолжил вещать со сцены что-то довольно пафосное. — Но я уже и не ждала. Мне кажется, Тома, все закончилось.
— Пф, — моя подруга пренебрежительно фыркнула, — все кончилось только если ты этого хочешь, а вот с его стороны точно нет. Ты же видела КАК он на тебя смотрел?
— Вот честно, не хочу пока, — я улыбнулась, — пока что эта неделя молчания практически первый его косяк, причем мы еще даже не говорили и почему именно он так поступил я не знаю.
— Я тебе уже говорила почему.
— Да, но я хочу и его версию услышать. Потому что мне уже хватило отношений с человеком, который почти никогда не желал договариваться и признавать свои ошибки. Больше я такого не позволю.
— Ну и правильно, держи. — Мне вручили бокал с игристым вином. — За тебя, сильную, красивую и умную, за то, что ты все это выдержала. И пусть все невзгоды останутся в этом году!
— За нас! Без тебя и Борисыча я бы это все точно не вывезла.
Мы соприкоснулись бокалами и выпили вино до дна. Тут же взяли по второму. Нет, напиться не хотелось, но к нам уже подошли девочки из бухгалтерии и все заверте…
Какое-то время мы только ели и пили, пили и ели, я уже стала опасаться, что нижнее платье на мне попросту треснет, но обошлось.
Я даже не стала прятаться за спинами коллег, когда ведущий раз за разом выбирал меня для участия во всяких дурацких конкурсах и здорово развлеклась. Моей добычей стали: брелок для авто, настенные часы, большой плюшевый заяц ядреного розового цвета и календарь с голыми мужиками, который я сразу же передарила нашей главной бухгалтерше. Она была в полном восторге, едва с девочками отговорили от идеи повесить это великолепие в офисе. Дескать, босс не потерпит конкуренции. Против этого аргумента ей было нечего возразить, так что пришлось обещать нам всем пользоваться календарем в своей квартире.
Зайца и остальные призы я упросила Борисыча положить в его машину.
— Ну вот, а ты ворчала “таксии, такси!”, бухтел на жену отставной генерал. И что бы Алинка сейчас делала с этим всем барахлом, приедь мы на такси.
— Ой, иди уже, — Тома делала вид, что раздосадована, но мы все понимали, что это только вид.
Не успел Борисыч скрыться в дверях, а ведущий объявить время танцев, как в поле моего зрения объявился Станислав.
Глава шестьдесят пятая (Часть 2)
Как только я увидела Станислава, как мое сердце подскочило к горлу и застучало как бешеное. Тома тут же взяла меня под руку.
— Привет, — он подошел, сияя улыбкой, как ни в чем не бывало и мое сердце зашлось бешеным стуком еще раз, от ярости.
— Привет?! Ты пропадаешь на неделю, ничего не сказав, не предупредив, а потом приходишь и — просто “привет?!
— Но, Алина, — он вдруг очень сильно растерялся и смотрел на меня с недоумением, — я же…
— И слышать ничего не хочу! — почти выкрикнула я, выдернула руку у Томы, стряхнула с плеча руку Станислава, который попытался меня задержать, и, стуча каблучками, убежала.
В этом году мы проводили празднование нового года в своем же здании, на первом этаже, где у нас были конференц-залы, связанные между собой стеклянными перегородками, которые можно было при желании сдвинуть или наоборот, поставить, превращая огромный конференц-зал в маленький, или же несколько маленьких в одно большое пространство, разделенное только колоннами, что сегодня были украшены мишурой и огнями. Так что наш первый этаж сейчас больше всего напоминал волшебный зимний лес, освещенный огнями. В его чаще я и затерялась, выскользнула на одну из лестниц и поднялась на один из этажей.
— Мне надо подумать, мне надо остыть, чего я вообще истерику-то затеяла, — я пыхтела, поднимаясь по ступенькам, стараясь не наступить на кружево верхнего платья и при том не навернуться, попав ногой мимо ступеньки.
Сначала я хотела подняться на наш этаж, в приемную. Но пока тащилась по лестнице, подумала, что это первое место, где будет меня искать Станислав, а я пока не готова с ним разговаривать.
Вот врезать маленьким серебристым ридикюлем, что болтался у меня на запястье — это я могу. Но я же взрослая уравновешенная женщина. Поэтому не буду.
Так, спасая своего босса от своего же ридикюля я свернула на этаж ниже, где у нас сидела бухгалтерия и технари. Моей целью была дамская комната, ну, знаете, носик попудрить, холодной водичкой в лицо побрызгать, вотэтовотвсе. Но до нее я не дошла.
Кабинеты на этом этаже были разделены так же, как и на первом этаже — стеклянными матовыми перегородками. И в одном из них горел свет, в маленькой переговорной, которая и не запиралась толком. Мне стало любопытно и я решила, что почему бы и нет, подойду, посмотрю кто там. Я сняла туфельки, намереваясь застукать парочку, что уединилась и теперь яростно о чем-то спорила, с поличным.
Но когда я подкралась достаточно близко, чтобы слышать их разговор, то изумленно застыла.
— Нет, нет и не проси меня больше! Я не стану врать Славику еще раз, хватит! — Мужской голос принадлежал моему адвокату по разводу.
— Но он мне нужен! Как ты не понимаешь, он же мой жених!
— Бывший, бывший жених. И позволь напомнить, это ты его бросила, почти перед самой свадьбой. А теперь, когда твоя “любовь всей жизни” сменял тебя на какую-то дуру, ты вдруг решила, что можно махнуть хвостом и все провернуть вспять?
— Позволь мне напомнить, что вообще-то я твоя сестра и ты должен мне помогать! — женский голос, почти срывающийся на визг, был мне знаком, но я никак не могла понять, где я его уже слышала.
— Именно поэтому я “забыл”, — мужская тень, хорошо видная мне сквозь стекло сделала на слове “забыл” жест руками, обычно обозначающий кавычки, — сказать нынешней пассии Станислава о том, куда он запропастился, передать ей документы и контакты. И вообще слелал вид, что я знать не знаю где Славик и что с ним такое.
Ах вот оно что… Зря я, получается, злилась на Станислава…
— Но это не помогло!
— Я дал тебе неделю. Неделю с ним почти наедине в нашем загородном доме, все как ты и просила. Чего ты еще от меня хочешь?
— Но это не помогло! Он отверг меня, снова, заносчивый мерзавец! И ради кого, боже, ради какой-то нищей разведенки с прицепом! — Невидимая собеседница моего адвоката все таки сорвалась на визг и стала чем-то швыряться в него. Наверное, картонными папками, что хранились в переговорной. Ничего важного и тяжелого там не лежало, так что максимум, что грозит этому крючкотвору — уязвленное эго. Ну и ссадина, если уголком прилетит.
А вот если они сейчас меня застукают…
Я огляделась и быстренько отбежала на пару метров, к двери кабинета нашего сисадмина, что обычно обитал в серверной, отчего код двери знала добрая половина сотрудников. Дверь за собой я не стала запирать, притаилась, затая дыхание и продолжила подглядывать.