Королева драмы (СИ)

— С чего вы взяли? — угрюмо ответил врач. — Мы расстались миллион лет назад, ещё до его свадьбы… Зачем бы мне нужен был его номер…
— О, вы… Я… Не знал… Просто, мне нужно ему сказать…
— Его номер точно есть у ваших подруг. Однозначно. На вашего бывшего мужа было совершено покушение на убийство, это вопрос серьёзный. Я бы подумал, прежде чем обвинять кого-то без должных оснований…
  
— Спасибо, сэр… Э… Кэтти сказала, что меня бы не пустили к нему, если бы она не соврала. Но сегодня у него Панс и Тэдди…
— У него сегодня кто угодно, мистер Поттер. Но только потому, что состояние не критическое больше, а ещё потому, что я знаю, как это — когда тебе нельзя увидеть кого-то, кто очень дорог. и сегодня суббота, значит, Филча нет.
— Спасибо, сэр!
Гарри вылетел из кабинета и постарался не слишком торопить события. Если Забини знал, что это за препарат, значит, это он его подсыпал. Попросил кого-то, сам он был рядом с Невиллом и девочками. Но это не может сойти ему с рук, не важно, порезаны на них вены или нет, он должен за это заплатить…
В порыве мстительном и совершенно неадекватном, он выбежал на парковку, игнорируя крик мисс Белл о том, что он должен подписать документы. И тут же накатили воспоминания о прошлом вечере. Забини был странным. Теперь его фразочки и шуточки казались понятнее и точнее. Он собирался покончить с собой. Только всё это было странно. Травить Драко, а потом резать вены… Не проще ли было и самому… Ну… Выпить то же, что он подсыпал Малфою… Мотивы его тоже были абсолютно не ясны. Всё это категорически не складывалось в картину.
Буквально за углом он наткнулся на Герм, кутавшуюся в огромную куртку, видимо Блейза, потому что она была вообще одета в мужскую одежду, но очевидно, не свою. Макияж был вчерашний, с очень слабой попыткой вытереть «панду» под глазами. Так ясно Гарри увидел её только сейчас, и тут же ему стало стыдно за свои эмоции. Он ведь совсем не подумал о том, что сейчас чувствует девушка. Через что прошла. Друг едва не умер, сам Поттер не отвечал, не давая ей шанса спасти его. А ещё кто-то — кем Забини оказался в жизни Грейнджер, Потти так и не понял, — тоже оказался при смерти, только по другой причине. И ей пришлось… Господи, это ужасно.
— Герм, ты как? — тихо спросил он, подходя ближе, согласовывая своё приближение с Панс взглядом.
— Пиздец. Ромашки, малина и радуга. Всё прекрасно.
— Как Забини?
— Он с их семейным врачом. Мадам нет с стране, и Блейз просил не вызывать скорую. Он вообще просил уйти.
— Но ты не ушла…
— Он обещал мне. Обещал рассказать.
— Но не слишком-то стремился исполнить обещание, не так ли? Это же Забини…
— Да. И что ещё ты хочешь мне сказать? Что я должны была уйти? Не слушать его предсмертное аудио? Не обрывать телефон тебе и в больнице? Нужно было заехать сразу за Тэдди, а потом привезти его сразу к трупу его друга? Да? Пошёл ты на хуй, Поттер!
— Я не хотел… Э… — Гарри смотрел на удаляющуюся спину Герм. — Я хотел сказать, что нужно, чтобы полиция с ним поговорила! Ты дала офицеру его данные? Ты спросила Забини, это он?
— Его зашивали, блядь, Поттер, на моих глазах, пьяного и неадекватного! ‘ резко развернулась девушка и едва ли не ядом плеснула в лицо Потти. — Конечно, я спрашивала о том, не он ли подсыпал эту гадость Драко! Это ведь всё, о чём я могла думать! Ты понимаешь, что у меня тогда не было ни одного вопроса в голове? У меня была паника, когда я не понимала, что делать в первую очередь: перевязать руки или вытащить из воды? Я была в шоке, я чувствовала себя бессильной и виноватой, и уж прости, подзабыла как-то обвинить его в преступлении! Особенно, незаслуженно! — на этот раз Гермиона ушла, без намерений вернуться.
— Оставь её, Гарри, это не он. Герм, когда уже врач приехал, прослушала сообщение, которое Блейз ей отправил. Он говорил… В общем, он признался, что попросил знакомого достать ему тот же продукт, от которого умерла его сестра. Хотел… Как она… Умереть. Ты знал о ней? — Поттер покачал головой. — Просил прощения, пытался убедить Герм, что это не её вина. Говорил, что неудачник, потому что даже посылку получить не смог. Ему пришло сообщение, что товар будет позже… Что не получилось передать… И он как-то сразу связал этот факт с тем, что произошло на презентации. Она не знает, о ком говорил Блейз. А он… Он под успокоительным, утром снова сорвался, когда Гермионы не было, и доктор сделал ему укол… Сейчас однозначно не лучшее время… И я согласна, полиция всё равно допросит его, но сейчас это всё равно невозможно. Важно, чтобы он пришёл в себя, и чтобы Драко тоже. Гарри, прекрати эту гонку. Прюэтт во всём разберётся. А ты…
— Что я?
— Включи телефон, наконец, съезди перекуси, переоденься, приведи себя в порядок. Смотреть невозможно на тебя.
Поттер упрямо поджал зубы.
— Мне нужно услышать, как Малфой меня подстёбывает. Мне нужно видеть его открытые глаза. Я просто… Задыхаюсь, Панс, задыхаюсь. Да, врачи говорят, что нужно просто время. Что риски уже минимальные, но, Господи… Я никуда не уеду. Но Тэдди нужно отвезти домой. Ты можешь присмотреть за ним? Вернуть в приют? Или забрать к себе… Я позвоню, договорюсь. Надеюсь, мне не откажут…
— Только уговаривать будешь его сам. Он упрямый мальчик.
— Да. Но мне всё ещё нужно понять, что делать с его той истерикой. Он ведь… Всерьёз говорил… Что я обижаю Драко… Что вы такого говорили?
Паркинсон рассеянно покачала головой.
— Я не помню, не знаю, мы много чего говорили… Послушай, он не хочет тебя расстраивать, и он точно не думает, что не хочет больше с тобой дружить. Но он не любит Колина, не доверяет ему. И этот ребёнок достаточно проницательный, чтобы увидеть суть твоего идеального парня. Пусть без конкретной причины, но Тэдди не чувствуют себя в безопасности с ним. Зря Герм тогда предложила поехать к нему, когда он освободится. Эдвард не испугался, но расстроился. Но он же видит вас вместе, понимает, что вы как бы семья. Вы пара. И не может раздвоиться, решить, как ему себя вести… Мне это знакомо. Не надо сейчас обострять. И подпускать к нему своего парня лучше не надо. А к Драко я и сама его не пущу.
— Вы с Драко обсуждали Колина?
— Иногда. Не в том контексте, как ты думаешь, — они брели вдоль корпуса больницы, медленно приближаясь ко входу. — Драко относится к нему неплохо. Правда, неплохо… А я… Я так и не рассказала ему, что видела в ту ночь перед Рождеством. А я видела зависть. И боль. И ярость. Когда твой Криви смотрел на фото, которое только что снял, его лицо было похоже на страдающую маску.
— Что он снимал?
— Вас, Гарри. Тебя и Драко, когда вы разговаривали. Не знаю, что у вас там за идиллия. Как у вас там, хорошо или плохо. Но я видела то, что видела. Опасность. Я видела, что Криви не спокоен. Не ровен. Что его колбасит. Просто он умеет хорошо держать лицо. Но дай ему лишних пару стопок, и всё встанет на свои места. Я видела такое в зеркале, пока мне башню не сорвало. Так что… Веришь ты в это или нет, мне плевать. Но я сказала Прюэтту, что Колин ревновал. И я сказала, что он мог. И я знаю, что это он. Твой суперидеальный. Предупредительный. Всепрощающий. Всепонимающий. Всепринимающий… — взгляд Паркинсон горел огнём, и она остановилась, перед тем как войти в двери больницы. — Таких людей не существует, Поттер.
— Мы не врём друг другу, Панс! — воскликнул Гарри в смятении. — Обо всём важном, что касается нас, мы говорим друг другу! — вдруг он осёкся и глаза его забегали по тротуару. Пансифора не стала дожидаться, что ещё ей выдаст этот идиот и ушла к Тэдди. В конце концов, ребёнку давно пора пообедать. А ей остыть. Герм вернулась к своему спасённому. Вряд ли эту девушку можно исправить. Как бы Герм ни старалась, она всегда будет кого-то спасать.
Гарри же постоял в оцепенении несколько минут. А потом направился в здание, чтобы найти Кэтти.
— А где мисс Бэлл? — та самая полноватая женщина была за стойкой одна.
— Сдаёт дела. Даже до конца смены не дали доработать…