Капкан для Бурого (СИ)

— Может, ты всё-таки обернёшься, чтобы мы обсудили сложившуюся ситуацию. Как ты не поймёшь, если я узнаю точную причину, почему ты не хочешь жить как человек, то мне будет легче отступить. Сейчас я склоняюсь к мнению, что ты тупо капризничаешь.
В ответ донеслось ленивое хрюканье. Кажется, он её послал.
— Слушай, ну давай смотреть фактам в лицо, — от души налопавшись спелых ягод, она завалилась на траву и раскинула в стороны руки. — Ты же прекрасно знаешь, что родне от тебя нужна пара закорючек в документах о добровольном отказе вступление в наследство. Тебе достаточно часик побыть в человеческой форме, чтобы от тебя отстали на долгие годы. Потом вряд ли кто-то будет носиться вокруг, пытаясь тебя образумить. На фиг ты им не сдался. Нет, не так!.. Все мы на фиг никому не сдались, если не приносим пользу. Такова суровая, но справедливая реальность. Но ты им не даёшь то, что они хотят и тем самым, растягивая всю эту пытку. Как свою, так и чужую. И отсюда вытекает закономерный вопрос: зачем ты это делаешь?
  
Дьяна подняла руку и закрыла ладонью солнце. Нужно вернуться в лагерь и почитать ещё об этом загадочном Яроборе Буром, что ни в какую не желал с ней сотрудничать. Но так не хотелось… жуть просто. Она терпеть не могла всю эту сухотню печатную. Прямо-таки ненавидела до трясучки. В официальных бумагах всё такое обезличенное, холодно и далеко не факт, что правдивое. Ведь их строчили те ещё циники, огромные трагедии умещающие в пару строк с точными датами. Хотелось услышать из живых уст чужую историю. Увидеть его глазами, как всё было на самом деле.
— Несговорчивый ты тип, — хмыкнула Дьяна, поднимаясь на ноги. Потрепала его за ухом, не обращая внимания на недовольное кряхтение. Очень уж он напоминал Босхо — огромного пса из её детства, похожего на медвежонка. Она обожала его, постоянно спала на толстой тушке, любящей везде поваляться, и горько рыдала, когда его собачья жизнь подошла к концу. Однако светлая память о нём по сей день ютилась в её сердце. — Приходи сегодня, хочу спать вместе.
Потапыч аж от куста оторвался, чтобы впиться в неё недоумевающим взглядом. Дьяна же в ответ широко улыбнулась и направилась в сторону лагеря. До чего же забавно он реагирует. Достаточно чуть-чуть его подразнить, чтобы медвежью морду карикатурно перекосило.
Ягоды быстро провалились, и теперь желудок требовал более сытной еды. Мясные запасы стремительно таяли, ещё пару дней и придётся вынужденно садиться на вегетарианское меню. Благо для их вида это не проблема. Хотя она мяско любила и очень неохотно ограничивала его в своём рационе. Впрочем, говядину вполне можно заменить рыбой, которая наверняка водится в реке.
Интересно, а насколько реально голыми руками поймать?…
Додумать мысль ей не дал артефакт, автоматически среагировавший на нападение со спины. Дьяна тут же крутанулась на месте, наблюдая гаснущую вспышку щита, и почти нос к носу столкнулась с паринусом. Это кошечка не отличалась миролюбивым нравом и вряд ли даст ей перейти в половинчатую форму. Умная, быстрая и, что во много раз хуже, ядовитая зверюга. Даже на расстоянии в тройку метров было видно, как по её зубам стекала зеленоватая слюна. Один и укус и на несколько часов парализованная конечность — лучший сценарий развития встречи с этой милой кошечкой.
— Хорошо девочка… или мальчик, — тихо пробормотала Дьяна, пытаясь сообразить, как ей эффективнее воспользоваться артефактами. Всё же заряд в них был ограничен, поэтому промашки для неё могут фатально закончиться.
Надо ослепить или оглушить и на дерево, а там уже будет проще защищаться, чем на ровной поверхности, где животное её превосходят по всем пунктам.
Паринус чуть припал к земле, отодвинув назад уши, и она поняла — сейчас повторно нападёт. Не теряя ни секунды драгоценного времени, Дьяна выкинула руку с кольцом огненной стихии и шепнула активирующее заклинание. Из красного камня вырвался огромный столп искр, лопающихся микровзрывами при соприкосновении с любой поверхностью. И пока зверюга отвлеклась, её, кажется, даже зацепило, Дьяна рванула к ближайшему дереву. При помощи другого — воздушного артефакта — подкинула себя на несколько метров и вцепилась в ствол, увитый лианами. По нему хотя бы не так больно было ползти.
— Ядрёна вошь, чего ж ты такой приставучий! — испуганно выкрикнула она после того, как опустила взгляд вниз и с ужасом поняла, что уже не одна на этом несчастном дереве. Лишь слегка поцарапанный паринус полз за ней и злобно рычал, разбрызгивая вокруг свою ядовитую слюну. — Плохая киса! Пошла в сраку! Сейчас как пну в твою враждебную морду!.. Или не пну, если отстанешь. Ну пожалуйста, отвали, по-кисячьи прошу!..
  
Глава 8
 
Плюшевый медведь
Громоподобный рёв сотряс, наверное, добрую половину Девственного леса. Паринус тут же замер, прижав уши к голове и опасливо покосился вниз на стоящего на задних лапах огромного медведя. Яробор провёл когтистой лапой по стволу, оставляя на нём глубокие борозды, и снова грозно взревел, требуя от кошки уйти подобру-поздорову. И та, кажется, его поняла. Неожиданно оттолкнулась от дерева, а приземлившись на все четыре лапы, тут же кинулась наутёк, нырнув в ближайшие кусты. Будто за ней кто-то собирался погнаться.
Дьяна с трудом спустилась с дерева, а встав на землю, почему-то не почувствовала её твёрдости. Или это колени подогнулись. Не до конца поняла. Однако упасть ей не дал вовремя подоспевший косолапый, продолжающий смотреть на неё обеспокоенными глазами.
— Вот же ж, ноги не держат, — проговорила она с неловкой улыбкой, опираясь плечом о его бок. И таки упала, когда он внезапно лёг. Правда, ему на спину. — Эй, ты чего?.. Хочешь меня понести?
Дьяна вскарабкалась на него целиком и вцепилась пальцами в густую шерсть, чтобы не свалиться, когда Яробор стал аккуратно подниматься на лапы.
— Спасибо, что пришёл на помощь.
Он шумно фыркнул, словно говоря, что это само собой разумеющееся для любого мужчины, и не спеша направился в лагерь. Своевременное вмешательство показало новую его сторону характера — благородную и щедрую. Вполне мог подождать, пока её потреплют в качестве болезненного урока, и лишь потом отогнать кошку, не давая случиться трагедии.
— Но вообще, если бы ты тут эти игрульки не развёл: «Хочу жить как медведь», — то и я бы не познакомилась со злой киской. Признай, часть твоей вины есть в том, что со мной произошло. Ну, или чуть не произошло, не суть важно, — мелочно подчеркнула она и добродушно рассмеялась, когда услышала его глухое ворчание. Не обиделся, не сбросил её со спины и даже не остановился. — Из тебя выйдет замечательный муж. Терпеливый, надёжный, ещё и слушатель отличный! Определить бы тебя в хорошие женские руки, что зададут ориентир по жизни. Да, однозначно, остепениться тебе надо с какой-нибудь хваткой хозяюшкой. Нарожает тебе кучу медвежат. Сразу столько забот появится! Не останется ни сил, ни желания на подобные выкрутасы.
Шагающий вперёд потапыч как-то подозрительно затих, внимательно её слушая.
— Я же вижу, ты простой мужик. Без претензий. Многого тебе от жизни не надо, чтобы ей наслаждаться. Но признаю, что ещё не разобралась, из-за чего весь этот сыр-бор с полным оборотом и этим твоим принципиальным уединением. Впрочем, докопаюсь!
Уже в лагере спустившись с его спины, Дьяна попила воды и растерянно встала, не в состоянии вспомнить, чем собиралась заняться. Точно некая контузия продолжала охватывать её не до конца отошедший от испуга мозг. Косолапый нахально подтолкнул её в попу носом, подгоняя в сторону палатки, и тогда, наконец, снизошло озарение.
  
— Точно, почитать же собиралась! — воскликнула она и нырнула внутрь, чтобы через секунду вынырнуть обратно с толстым файлом в руках. Увидела, что эта лежебока вальяжная растянулась на привычном месте и спросила: — Не против, если я прилягу на тебя?
Приподняв голову, медведь почти с человеческим выражением лица покосился на неё с подчёркнутым сомнением — глазами спрашивал, не ослышался ли он?