Командор навсегда (СИ)

– Откуда ты знаешь, что Командор хороший человек? – задал я, пожалуй, самый острый вопрос в нашем диалоге.
– Не знаю, – улыбнулся молодой капитан, – я в это верю! Как может быть по-другому?..
А дальше нам поговорить не удалось. Поднялся ветер, Сыч начал руководить командой, и мы двинулись по реке в самый центр Античной империи. Чуть помедлив, следом за нами направилась и вторая шхуна, на верхней палубе которой блеснули золотом кирасы бойцов. Уж что-что, а с такой охраной нам бояться шпионов было нечего.
Два дня мы двигались по реке, за это время перекинулись еще несколькими фразами с капитаном. То, что мой рассказ его вдохновил, я понял, когда услышал переборы струн его лютни в свободное время, как правило, по вечерам или ранним утром. Думаю, он писал свою балладу, пытаясь найти мелодию и слова, пока свежи впечатления и есть задор рассказать «как все было на самом деле». Будет ли его песня правдой? Вряд ли, он даже не видел событий, о которых слагает песню. Но такое не раз было в истории всех народов – мы приукрашиваем, делаем главных героев лучше, а потом свято верим в свой вариант событий. Я был уверен, что баллада капитана будет учить людей северных провинций хорошему и пробуждать лучшие качества...
Я сошел на берег в Западной гавани. Сам не знаю, но почему-то решил, что наша с Майораном уловка с переодеванием могла и не убедить моих недоброжелателей, что я оправился к осажденному форту. Еще меня смущал этот банковский транспорт, который шел за нами все время путешествия. Я согласился с догадками Сыча, что следующая за нами шхуна действительно без груза. Возможно, она охраняет меня. Но если я до этого додумался, то и сторонний наблюдатель сможет. Секретная служба точно на это способна. Поэтому, когда мы стояли у пристани, а команда была занята разгрузкой содержимого трюма, я активировал для маскировки свою «Ментальную защиту» и пробрался на корму, оттуда соскочил на пристань и, прячась за мешками, которые выгрузили с другого транспортника, прошел к большому трехэтажному зданию, около которого наблюдалась постоянная суета. Это был то ли вокзал, то ли портовая администрация. Здесь же находился трактир с постоялым двором.
Я снял дешевую комнатенку, где скоротал время до отплытия моей шхуны с капитаном-поэтом. Переживал ли я, что по-человечески не попрощался с Сычом? Нет, так как я оставил ему особенный подарок – штандарт Командора, потрепанный в боях, чуть замызганный, в пятнах от чего-то темно-красного, наверное, от крови, и пахнувший пороховым дымом. Я повесил презент на стену, на ржавый крюк, так как положить на стол мне показалось неправильным. Я даже улыбнулся, представив, как Сыч обомлеет, когда его увидит. Может, кто-то предпочел бы горсть золотых монет, но капитан – не такой, его вдохновит этот Командорский штандарт, и он будет до конца жизни рассказывать, а скорее, петь о Командоре, которого сам себе и придумает. И его Командор, конечно, будет лучше, чем я.
В «нумерах» постоялого двора у меня возник план столкнуть лбами Секретную службу и файских шпионов. Мне очень захотелось, чтобы змеи и жабы поубивали друг друга. Во мне зрела уверенность, что без этого нам выиграть войну просто не дадут. Я не знал, что опоздал со своими коварными планами – всё это уже началось, так как император начал действовать раньше меня…
А я тем временем приобрел у бедного купца из соседнего номера его поношенный костюм, объяснив, что коллекционирую одежду торговцев всех провинций империи. Мой дорогой китель, да еще и с яркой эмблемой Сиртоса на груди, был уж сильно приметным. Таким образом я стал счастливым обладателем зелёного кафтана из грубой ткани и таких же штанов, купленная рубашка была сильно застирана, но когда-то точно была белой и качественной. Кожаные сапоги и ремень с кошелем добавляли моему внешнему виду деревенского шарма. Но именно так было одето большинство купцов, и я остался доволен маскировкой. Сменив наряд на рынке поселка, который раскинулся по берегам Западной гавани, я нанял несколько фургонов с возничими.
 
На следующий день загрузил свой обоз первыми попавшимися товарами, которые, по моему мнению, могли пригодиться в столице – брага, специи, орехи, пиво, соленая рыба в бочках – и отправился в Светлоград. Потратил около двадцати золотых, что для такой роскошной маскировки было очень недорого.
Два дня мы тащились по пыльной каменной дороге, я с непривычки порядком устал, хотя мы делали много остановок, чтобы передохнуть, да и работать особо не надо было – со всем справлялись возничие. Но трясучка, дорожная пыль и досмотры стражей вымотали меня основательно. Зато хоть выспался нормально – у костра на плотном суконном одеяле оказалось гораздо комфортнее, чем в гамаке на шхуне.
По пути в Светлоград нас постоянно останавливали различные вооруженные отряды. Стражи, банковская охрана, имперская гвардия производили полный досмотр, и даже несколько раз Секретная служба интересовалась, что везем. Благодаря моему непрезентабельному виду и недорогому товару, ко мне почти сразу теряли всякий интерес.
У меня сложилось впечатление, что они кого-то или что-то целенаправленно искали. Вполне вероятно, что меня. Но раскрываться я не планировал, а ментальная маскировка способствовала значительному понижению интереса. Ну всяко в этом наряде, да еще и с бочками браги, я не был похож на Командора, нас пропускали без долгих допросов, даже не требуя документов. Но я все равно волновался, потому что возничие моих трех фургонов вполне могли рассказать, что видят меня первый раз в жизни, а раньше про такого купца ничего не слышали. К счастью, служивые даже словом с ними не обмолвились, как будто понятия не имели, как нужно работать на блокпостах. Я вот точно знал, что надо делать: опрашивать всех и обо всем, искать несоответствия в ответах, требовать документы, задавать провокационные вопросы и интересоваться тем, что могут знать только жители этих мест. Вот тогда я бы сразу прокололся. А так… Никогда они меня не найдут с таким подходом. Впрочем, вспомнить, откуда у меня такие познания, я тоже не мог – наверное, из прошлой жизни.
Когда на горизонте появилась столица, я подумал, что Светлоград – совершенно неподходящее название. Над городом висел смог, несколько железоделательных заводов выбрасывали в атмосферу уйму дыма разных оттенков. Около десятка высоких труб чадили, видимо, без перерывов: и днем, и ночью. Сам город был классическим металлургическим центром, с прудом и плотиной, я такие, как мне кажется, видел у нас на Урале. Отличием было, пожалуй, то, что прудов было два, так как город окружали две реки, притоки Доньи, и на каждой были и пруд, и плотина. На берегах находились корпуса заводов и рабочие поселки с небольшими постройками из почерневшего от времени и сажи дерева. А на пригорке между реками была возведена кирпичная стена с подобием лучей как у крепостей-звезд, она опоясывала всю центральную часть города с каменными постройками и блестящими на солнце железными крышами. В самом центре Светлограда был еще один периметр крепостных стен, за которыми я видел десяток высоких семи-восьмиэтажных башен. Центральная башня была шире и больше других и, пожалуй, даже представляла собой целый замок. Интересно, что и башни, и внутренняя стена были побелены, поэтому сильно выделялись на контрасте с основной массой построек из красного кирпича.
– Смотри! – показал мне возничий телеги. – Там у них «война» какая-то!
Действительно, в центре горели три башни, хотя, правильнее сказать, догорали и чадили над городком черным дымом. Еще один пожар я увидел чуть в стороне от правительственного квартала. Все это, конечно, было странным.
– Ну, может, пожар от молнии, – предположил я.
– Сразу в нескольких местах? – усомнился мой собеседник. – Наверняка власть не поделили, а потом бунт подавляли.
И тут почти сразу начались проблемы: первый же блокпост нас остановил для полной проверки. Как я понял по их штандарту, который мне был знаком, это были войска герцога Мирского. Хмурый сержант забрал мои документы, которые мне справили в Сиртосе, и унес их в военную палатку. Когда пропустили несколько десятков телег, а мы всё стояли и ждали, я напрягся. Такая задержка на сто процентов предшествовала проблемам. А когда несколько групп бойцов как бы невзначай окружили наш обоз, я решил, что пора бросать эту маскировку и уходить. Поэтому в фургоне я переоделся в свой костюм купца из Сиртоса и, активировав «Ментальную защиту», проскользнул мимо поста, спрятавшись за первым же попутным обозом.