Уже не новобранец (СИ)

— Почему? — опустила оружие Ника, но не выпускала его из рук, по её виду мне было понятно, что она в любой момент готова дать бой. — На оба момента. И про приглашение, и про дочерей.
— Меня же прокляли, — усмехнулась Медуза. — Спасибо Посейдону и Афине. Но у этого проклятья есть обход… и вот он. Я на свету превращаюсь практически полностью в деву мирскую, обычную… только… эти чёртовы волосы меня выдают. Никакой магией я не обладала. А вот мои первые три дочери… от Посейдона… они — да. Именно они могут обращать людей в камень. Я пыталась их остановить… и смогла со всех нас частично снять проклятие.
  
— Из-за этого и нет голов на волосах, — хмыкнул я, чуть расслабившись, но всё равно тоже был достаточно собран, чтобы моментально начать защищаться.
— Именно, юный герой, — кивнула она. — Но мои дочери всё ещё могут обращать в камень. Их глаза никто у них не отнял. Камни не потускнели, — показала она большим пальцем на свой оникс. — Остерегайтесь их взора. Он обращает в камень… за двадцать секунд. Но эффект обращается вспять, если не завершено превращение. Ровно за тот же промежуток времени, что эта магия творилась.
— Почему ты нам это рассказала? — снова спросила Ника.
— Потому что хочу жить… как смертная, — робко улыбнулась та, которой было точно больше восьми сотен лет по Теогонии.
 Глава 2 
Я смотрел на Медузу с подозрением, не хотелось верить ни единому её слову, но… сомневаться в искренности тоже не было поводов. Сомневаться — да. Взвешивать, осторожно обдумывать, но не принимать как истину и не отвергать сразу. Даже если она где-то обманывает, то делает это убедительно. А чтобы обман звучал убедительно, нужно разбавлять его каплей правды. Всё как в чёртовой политике… помню, как отец ругался, когда всякие дамы приходили к нему в гости. Опять память дала о себе знать.
— А что по поводу предупреждения? — снова решила выступить в роли переговорщика Ника, задав очередной вопрос. — Ведь ты ради этого в основном вышла… и, кстати, почему нет хвоста змеиного? Тоже частичное снятие проклятия?
— Я хвостом умею управлять, — застенчиво улыбнулась опять она, после чего прикрыла глаза, напряглась всем телом… и её ноги буквально на глазах начали обрастать чешуёй, сливаться, образуя основание хвоста, мощное, а сам хвост растянулся метров эдак на двенадцать.
— Мощно, — приподнял я щит на всякий случай, так как в её камне на груди начали бегать красные всполохи. — Но явно эта форма побуждает в тебе не самые лучшие желания?
— Истинно, — кивнула она, после чего хвост осыпался пеплом, а она снова оказалась на своих двоих, словно обычный человек. Словно. — А по поводу предупреждения… я разве не сказала? — Мы одновременно покачали отрицательно головами. — Вам готовят ловушку. Карту пещеры я вам точно не скажу… но это будет третий поворот, большой грот, с виду безопасный. Но там много трещин, в которых будут прятаться мои потомки. Убейте их всех. Прошу… они страдают от своих сил.
— Будем знать, — кивнул я. — А тебе от этого какая выгода?
— Чем меньше моих дочерей, тем выше шанс, что проклятье ослабнет, тем выше шанс, что я ещё больше сил смогу вложить в его разрушение, — сделала она предвкушающее лицо. — Ибо даже боги не всесильны. Моё проклятие частично распространилось на потомков. И вместе с ними эти части проклятья умирают. Поэтому я могу всё больше вот таких… фокусов проводить.
— Но этого явно не хватит, чтобы завершить начатое, ведь так? — хищно улыбалась Ника, на что Медуза просто кивнула. — Так что нам мешает тебя уничтожить сейчас?
— А что, если я скажу, что я такая же, как вы? — вот теперь хищно улыбалась наша собеседница, а мы стояли в откровенном шоке. — Да, вы не ослышались. Я слышу ваше дыхание. Чувствую, какие нотки ауры формируются вокруг вас. Я тоже вижу эти буквы. Видела. Я тоже могу применять… способности из камней. Некоторых камней. Но пока на мне проклятье… не могу этого делать. Нужно снять. И тогда я вам буду помогать в будущем. Клянусь Хаосом, что я сдержу своё слово!
Частичка Порядка поймана… и зафиксирована в пространстве. Клятва услышана. Отступление от слов — моментальная смерть.
И это удивило нас ещё больше. А пока мы стояли и не могли выдавить из себя и слова, Медуза развернулась и спокойно ушла обратно в свою расщелину, где и скрылась. Мы же только смотрели на пепел, который остался после неё. И хрен пойми, что меня дёрнуло собрать его, но я взял несколько горсточек и положил в мешочек на поясе.
— Пригодится, — на вопросительный взгляд ответил я Нике, после чего мы продолжили заниматься тем, чем занимались до появления неожиданной… союзницы.
В конечном итоге мы вернулись в лагерь, где в подробностях рассказали о том, что сами услышали, описали внешность и характерные черты современных горгон, уточнили, чего именно надо опасаться. В общем, информация — сила. Даже не сила… информация — всё. Тот, кто владеет нужной информацией, сможет владеть всем. Вот и сейчас у нас появилось некое преимущество.
— Когда выступаем? — уточнил я на всякий случай, смотря на зажаренную оленину, которая приятно шкворчала над костром.
— Поедим, немного отдохнём, а потом направимся внутрь пещеры, — посмотрел через листву в сторону Гелиоса командир. — Смысла не вижу откладывать этот вопрос. Ибо что-то мне подсказывает, что на отдых у нас точно нет времени.
Приём пищи не заставил себя долго ждать. Примерно ещё минут пятнадцать, и мы разместились на земле, поедая весьма приятное на вкус мясо. Кто-то притащил с собой специи, соль, так что… мясо пресным назвать было ну никак нельзя. После этого нас предоставили самим себе. Это вызывало какое-то двоякое чувство неестественности. Рядом враг… а нам дали в прямом смысле слова вздремнуть. Командир и десятый же сменили на посту охранников возле пещеры, дав тем перекусить и также отдохнуть.
Ну а спустя час нас всех подняли. Еда уже провалилась, тяжести в животе не было, так что мы спокойно направились вглубь пещеры. Ну как спокойно… проверили всё своё снаряжение, все свои стрелы, уточнили некоторую информацию, попросили меня ещё раз проговорить особенности горгон, построились… и только после этого двинули вперёд.
Пещера только первые метров двадцать была узковатой, но чем дальше мы пробирались, тем шире она становилась, из-за чего в какой-то момент мы спокойно разместились в проходе стандартным клином. Командир, как обычно, был во главе отряде, прикрываясь щитом.
До первого поворота ничего не было, вообще никаких следов присутствия противника. А вот за ним… начала попадаться слизь, стали попадаться обрывки змеиной кожи. Это… напрягало, вызывало некое чувство отвращения. Но не более. Мы просто шли и старались огибать все такие противные места. Нутром чувствовали, что ничего хорошего с нами точно не будет, если мы ступим в эту… субстанцию.
Вот за вторым поворотом было уже интереснее. Появились следы боя, причем не то чтобы очень старого. И статуи. Две штуки. Обе — воины-разведчики, облачённые в весьма добротную броню. Броня, кстати, как и одежда, как и оружие, оказалась нетронута магией, то есть сохранила свой вид. А также несколько уже начавших гнить горгон.
— Ну и вонь, — явно сдерживая позывы, проговорила Ника.
Да и все остальные явно еле сдерживались, чтобы их недавний ужино-обед не оказался снаружи. Тут и так не благоухало, особенно от той чёртовой слизи, а вот рядом с мёртвыми потомками Медузы тем более… словно им было плевать на своих дочерей, матерей и сестер. Отработанный и брошенный материал. Странно… или это было сделано специально. Ведь за вонью трупа не чувствовались многие другие запахи. Если так… то довольно хитрый ход.
  
— На всякий случай, — практически шептал я, когда вонь немного ослабла. — В определённый момент вы можете почувствовать странный заряд бодрости. Не удивляйтесь. Скажем так, это я применю свою новую способность, которую ранее не использовал по тем или иным причинам.
— Потому что не было? — так же шёпотом уточнил Митрокл, но почему-то он звучал так неестественно громко, что я невольно напрягся.