Волшебница по привычке

– А, рассветом любуешься! – приветливо фыркнул Рэйнар. – Ловца не видел?
Упырь отрицательно покачал головой, встал и церемонно поклонился:
– Фил. А вы, я так понимаю, Ариана?
Я коротко кивнула.
Снова попыталась уловить мелодию, от которой остались лишь резкие отзвуки, как от эха.
– А это Ливи, – представил кого-то между тем упырь на диете.
Из-за его спины высунулся длинный сизый хобот, приветливо помахал и исчез. Нежить и правда была приветливой.
Я ухватилась за ускользающую песню. В голове возникла дорога, на которой мы сидели…
Не то!
Сосредоточилась и увидела пустырь рядом с логовом шепчущих ящерок.
А вдруг?
Постучав по шее дракона ладонью, я старательно цеплялась за видение.
Пару секунд спустя мы стояли на песчаной прогалине посреди заросшего травой пустыря.
Всхлипнула мелодия…
Она была далеко! Я так до конца жизни буду за ней гоняться!
Сев на песок в самую удобную для колдовства позу, в позу мудреца, я сердито зажмурилась.
Где же ты?
Мелодия оборвалась, в голове зашумел прибой, и я рухнула в темноту.
Пришла в себя лицом в песок, пальцы стискивали палку. С трудом поднявшись, я удивленно уставилась на выведенные линии.
На песке был Дамиан, крылатый, злой, как виверна, за ним шла нежить. Не просто нежить, а бывшая нечисть! Казалось, он ее ведет. И он сам слегка… неживой. Или живой?
Конечно, живой!
Я повернулась к дракону:
– А когда я его нарисовала?
– Сложно сказать. – Рэйнар смотрел на меня настороженно, словно это я себя нарисовала во главе нежити. – Ты то приходила в себя, то вырубалась. Рисовала и падала опять. Не давала мне ни перенести себя, ни унести.
Ничего не помню! Постойте…
– Как не давала? – Я стряхнула со щек прилипшие песчинки: представить себя в роли рыцаря, давшего отпор дракону, не выходило. – Как сумеречники? – вырвалось испуганное.
– Ты не приказывала, – успокоил дракон. – Просила не трогать, а потом рисовала магией прозрачную пленку между нами.
Уже хорошо.
Надо быть внимательней, сознание поблизости от нечисти не терять. Вначале отползать подальше. А то так в сумеречницу превращусь и не замечу!
Еще раз посмотрев на крылатого Дамиана, нарисованного на песке, я заметила отдельно от него, на прямоугольнике, видимо, имитирующем еще один лист, странный силуэт, напоминающий облако… или клок тумана.
Это еще что? Новая нечисть? Или я решила для разнообразия облака порисовать? Никак утренние эскизы на драконьей спине над облаками плотно засели в голове – вот вам тучки и дымки и рисуются!
Я смахнула палкой рисунок с песка, отбросила ее в траву.
Тучи тучами, а дракону я себе помочь не дала. Вывод: искать Дамиана в полубеспамятстве, даже выпив зелья, – плохая идея. Но как заставить себя остановиться? Как прекратить думать, что Дамиану именно сейчас нужна помощь?
Для начала найти еще одну цель, ту, что не отнимет много сил. Но и бездельем не будешь страдать.
– Полетели в Скалистый. Надо найти метлу.
То, что так просто метелку не истребить, мы с сестрами проверили давно.
Едва мы с Рэйнаром оказались на живописно освещенных полуденным солнцем развалинах, к нам на всех парах подлетели сразу две метлы. Одна моя, на второй сидела растерянная и испуганная Макс. На голове ведьмочки болталась маска, с помощью которой можно было увидеть любую магию. Похоже, маска тоже была из живучих артефактов.
Из-за обломка стены показался кобольд. Он расстроенно озирался по сторонам.
– Что здесь случилось?! – спрыгивая с метлы, выпалила Макс.
– Я… Мы с Дамианом вытащили Винса, он выглядит точно как на рисунке, – решила начать с главного, а потом уже бить по голове новостью, что я слегка сумеречница.
– Ничего, разберемся, – махнула рукой ведьмочка, озадаченно теребя светлую прядь. – Где брат?
– Не знаю, – вздохнула я.
Светлые брови Макс сшиблись на переносице.
Пришлось пояснять. Куда деваться? Макс адекватная. Не должна выдать меня страже. Ведь ее брат – крылатый. И она просто не могла не знать об этом! Но, когда видела мои наброски, очень натурально изобразила неведение.
  
Начала я с главного.
– Понимаешь, я сумеречница. – Я выжидающе посмотрела на ведьмочку, она поморщилась: не верит. – Да. Но я не совсем сумеречница, я волшебница. Это не совсем сумеречники… Я помогаю нечисти, а не…
– Да знаю я разницу! У меня брат и отец были ловцами и теми еще занудами с любовью к истории, объяснили. – Макс цапнула меня за руку. – И то, что семейного артефакта вместе с замком нет, я вижу. Что с братом?
Я бы тоже хотела знать. Но пока быстро и по сути описала случившееся.
Макс оказалось этого мало, она потребовала подробностей. Слушала молча, только сильнее стискивала черен метлы. Кобольд тоже развесил уши. Но он хоть изредка вздыхал и качал головой. Реакция ведьмочки была непривычно безэмоциональной.
Возможно, оно и к лучшему. Хотя я бы предпочла другие эмоции. Порыдать вдвоем – нет ничего лучше для того, чтобы потом вдвоем же придумать что-то дельное!
Но рыдать Макс не собиралась.
А мои слезы сами собой высохли.
Заново переживая случившееся, я дополняла его ремарками о том, что происходило до. И поняла, что обряд магистра, который я пыталась провести на лестничной площадке, только помог мне настроиться на Винса. И не подействовал. Что сумеречник, удерживавший друга, был невероятно сильным. Что Винса удалось вытащить только благодаря артефакту и силе Дамиана. И что спасал он не Винса, а меня. Потому что защита замка не справлялась. И в данный момент с Дамианом может быть все что угодно… Хаос – самая опасная и непредсказуемая стихия. И то, как она его изменила, сделав крылатым, тому доказательство. Видимо, не просто так ловцы принимают новобранцев в цитадели…
– Значит, у него теперь крылья и когти? – прищурившись, переспросила Макс.
Я уверенно кивнула. Не нравится мне ее «теперь»! Почему теперь? Она ведь знала про тайну брата? Должна была знать.
– Винс в нашем с Дамианом столичном доме? – Макс отпустила метелку, скрестила руки на груди. Дождавшись кивка, спросила: – Животность тоже?
– Да.
– Хо-ро-шо, – медленно, по слогам проговорила Макс, быстро глянула на дракона и выдала: – Забирай своего друга и уходи. Из дома, из моей жизни. Тебе не обязательно жить со мной, главное – появляться, когда придет проверка из Службы надзора. Я вызову, если что.
Я ошарашенно смотрела на ведьмочку.
– Брат не был чудовищем, – продолжала она, стискивая кулаки. – У него была проблема с контролем, и все, все решал артефакт! Он ему помогал!
Дамиан не сказал ей. Она не знала, кем он был…
– Но он уничтожил артефакт ради тебя! – последние слова ведьмочка выкрикнула. Глубоко вздохнула и быстро, не дав вставить ни слова, добавила: – Пес, гидра и крыса останутся. Они ни при чем. Договоренность с твоей мачехой в силе. Я все еще твоя старшая ведьма, не думай, я не забыла. У тебя есть тетради мачехи, учись. У тебя и без меня прекрасно получается. На экзамен я не приду. Доверенных морд у тебя хватает. Исчезни, Ари. Не лезь больше в нашу жизнь. Я сама найду брата.
Слов не было ни приличных, ни неприличных. В душе поднималась злость и обида.
– Есть кто? – прозвучал за обвалившейся стеной незнакомый мужской голос.
Мы с Макс вздрогнули. Нестройно ответили:
– Есть!
К нам вышли два стражника с алыми огненными шарами на изготовку. Оценили двух ведьм в позе боевых петухов, кобольда, прячущего нож, и дракона и спросили дежурным тоном:
– Что случилось?
– Ремонт! – хором ответили мы с Макс. И дружно заулыбались, деловито изучая развалины вокруг.
Стражник постарше убрал пламя, плюнул в пыль. Тот, что помоложе, оказался более подозрительным:
– Для ремонта вы разрушили замок до основания?
– Капитальный ремонт. – Мы с ведьмочкой снова на редкость слаженно пожали плечами.
Второй стражник убрал огонь. И вскоре мы только и видели что хвост золотистой дорожки пути.