Любовники (ЛП)

Включая Джейка.
То, что он был тем, кто представил её мне, было равносильно признанию в том, что он хотел меня, что он собирался заполучить меня. Если ему нужна была Карина в качестве буфера, то так тому и быть. Если это значит, что он станет моим, я буду любить их обоих.
Закрыв глаза, я глубоко вдохнул, наслаждаясь лёгким запахом её духов и более сильным ароматом одеколона Джейка. Тем самым, которым он пользовался в колледже. Ещё дюйм, и я почувствовал дыхание Джейка на своём лбу, а Карины — на своих губах.
Я сократил разрыв, прильнув к её нижней губе, прикусил её, прежде чем провести по ней языком. Она бесстыдно втянула мой язык в свой рот, и из глубины моей груди вырвался стон, когда я представил, как она вот так сосёт мой член. Я придвинулся к ней, прижавшись всей своей длиной к её животу, давая понять, что она делает со мной.
Я пожирал её. Пробовал на вкус каждый уголок её рта и требовал каждый дюйм. Каждый звук, который вырывался из её сладких уст, был моим.
Рука, которая была слишком большой для Карины, зарылась в мои волосы и потянула меня назад, пока моё внимание не переключилось на Джейка. Я уставился на его приоткрытые губы, наслаждаясь крошечными дуновениями воздуха, которые он пытался скрыть. Я задавался вопросом, отстранился бы он, если бы я просто наклонился к Карине и поцеловал его так же, как её. Если бы я завладел каждым дюймом его тела. Не осмеливаясь подстёгивать его, только чистое желание и потребность.
— В спальню, — прорычал он, прежде чем отпустить мои волосы и потянуть Карину за собой по коридору. Я послушно последовал за ним, почти плывя на нереальном облаке возбуждения, и вошёл в тёмную комнату. Джейк включил лампу у кровати, и я осмотрел все поверхности, которые мы можем использовать сегодня вечером. Слева — туалетный столик с зеркалом. Двуспальная кровать, покрытая серым стёганым одеялом, с простым деревянным изголовьем. Справа от меня стояло мягкое кресло-качалка, в которое, как я мог себе представить, садилась Карина. Я бы с удовольствием усадил любого из них на это кресло и уткнулся головой им между ног. А может, и обоим.
Но прежде чем моё воображение зашло слишком далеко, мне нужно было знать.
— Как далеко мы зайдём сегодня ночью? — спросил я их обоих, но уставился на Джейка. Невысказанный вопрос: будем ли мы вдвоём только с ней или все вместе? Буду ли я гетеросексуалом на сегодняшний вечер? Или мне разрешат быть бисексуалом?
Я буду тем, кем ему нужно, если это помешает мне выйти за дверь до того, как всё начнётся.
— Ей решать.
Я посмотрел на Карину, откинувшуюся на кровати, на её широко раскрытые глаза, на то, как она покусывает свои сочные губы.
— Я хочу всего этого, — выдохнула она. — Всего.
— Например, чего? — спросил я её.
— Я… — она замолчала и отвела взгляд.
— Между нами никогда не было ничего запретного, Карина. Ты же знаешь, что можешь просить о чём угодно, — заверил её Джейк. У меня в груди шевельнулся укол ревности от того, как он успокаивал и поддерживал её. То, что происходило между ними, словно показало мне всё, чего у меня не было годами. Показывало, насколько я был одинок.
— Я хочу посмотреть, как ты отсосёшь у него. — Она смотрела на меня, но я не знал, у кого «него». — Я хочу посмотреть, как это выглядело в колледже.
Я перевёл взгляд на Джейка, гадая, что он думает обо всём этом. Его грудь вздымалась так, словно он едва сдерживался, а я не знал, была ли это паника, желание или и то, и другое вместе.
Что бы это ни было, он прошёл мимо и слегка кивнул мне.
— Начинай раздеваться, детка, — обратился я к Карине, стягивая футболку через голову и опускаясь на колени. — Ты, — я указал на Джейка. — Иди сюда.
У Джейка перехватило дыхание, но затем его плечи расправились, и каждый мускул напрягся от уверенности в себе. Он снял рубашку через голову, и у меня изо рта исчезла вся влага.
— Когда ты это сделал? — от запястья до груди он был покрыт множеством цветов и рисунков. Все они прекрасно сочетались, и казалось, что они двигаются при каждом движении его мышц. Мне хотелось провести по ним языком, исследуя каждый дюйм.
  
— В течение многих лет. Это стало моей новой навязчивой идеей.
— Возможно, моей новой навязчивой идеей станет облизать каждую из них. — Его глаза пылали, воспламеняя мою кожу. Я нуждался в нём сейчас. — Но сначала, давай начнём с твоего члена.
Я обхватил свой член сквозь джинсы, наблюдая, как он умело расстёгивает штаны, и к тому времени, как он встал передо мной, они уже свисали с его задницы. Смотреть на него снизу-вверх было так чертовски знакомо с тех пор, как я в последний раз был у его ног, но в то же время и так по-другому. Мы не занимались этим в пьяном угаре. Мы принимали активные решения о близости друг с другом. Невеста Джейка в данный момент была в лифчике и трусиках, поглаживая рукой грудь, готовая и возбуждённая наблюдать, как я обхватываю губами всю длину её будущего мужа.
Так много всего изменилось. Но одно осталось прежним.
Желание. Необходимость в этом.
Мне хотелось прошептать ему, что нам не обязательно это делать, но этот мужчина, высокий и гордый, знал, что делает. Поэтому, вместо этого, я протянул руки и запустил пальцы в его нижнее бельё и брюки, стягивая их вниз, всё это время удерживая его взгляд. Когда материал зацепился за его твёрдую эрекцию, я обхватил рукой его нежную кожу и скользнул по всей длине, издав голодный рык при виде его твёрдой плоти. У меня потекли слюнки, когда я представил его вкус на своём языке.
— Сделай это, — простонала Карина с кровати.
Она сняла лифчик, и её красивые груди вздымались при каждом тяжелом вдохе, светло-коричневые соски были твёрдыми и просили, чтобы их ущипнули и пососали. Позже, пообещал я себе. Позже я попробую её всю. Её рука быстро скользнула между ног под трусики.
— Сними и их, детка. Дай мне посмотреть, как твои пальчики играют с твоим влагалищем.
Джейк застонал надо мной, и я улыбнулся, наблюдая, как Карина стянула чёрное кружево со своих ног и раздвинула бёдра, чтобы показать мне свою обнажённую киску.
— Хорошая девочка. Продолжай смотреть. — Удерживая её взгляд, я сжал толстое основание члена Джейка. Я оставил сосущий поцелуй на мягкой головке, ощущая, как соль его предэякулята взрывается на моём языке.
Чёрт возьми, да. Прошло слишком много времени с тех пор, как я ощущал член во рту. Обычно я оказывался на месте получающего в «Вуайеристе». Поэтому, ощущая языком его щель, сильные бедра Джейка, изгибающиеся под моими руками, напоминали мне, что здесь стоит сильный мужчина. Мне это нравилось. Я хотел поставить его на колени и заставить умолять об освобождении — умолять меня никогда не прекращать сосать его член.
Я открыл рот и втянул его в себя, сильно посасывая, когда отстранялся.
— О, чёрт. Блядь, да.
Его рука метнулась к моим волосам и крепко сжала, подталкивая его бёдра вперёд. И, поскольку это был Джейк, я позволил ему. Я позволил ему трахать себя в рот, открыв горло, чтобы принять его.
— Джексон, да.
От моего имени, слетевшего с его губ, мой член заныл. Я хотел обвиться вокруг него и потереться о его ногу, как собака во время течки, готовый кончить любым доступным способом.
— Возьми меня, — сказал Джейк. Я и забыл, каким непристойным болтуном он был. — Полностью. Проглоти мой член.
Он преодолел мой рвотный рефлекс, удерживая себя в таком положении в течение долгих секунд, прежде чем отстраниться и начать всё сначала. Мне нравились нежные прикосновения женщины, когда я пожирал её, но было что-то в грубой хватке мужчины, который брал то, что хотел, и был почти зол на свои движения, отчего мои яйца покалывало от желания кончить. Это пробудило во мне инстинкт пещерного человека — дать отпор и победить.
Мне нравилось быть агрессивным с мужчиной. А то, как Джейк перекрывал мне доступ воздуха, уткнувшись головкой мне в горло, вызывало у меня непреодолимое желание победить. Я сильно толкнул его бёдра и соскочил с его члена, опустив голову, чтобы пососать его яйца, и обхватил его по всей длине над собой. Дроча его сильнее, чем Джейк бы сделал это сам. Мне понравилось, как он застонал.