Любовники (ЛП)

— Надеюсь, тебе нравится лазанья.
Я подскочил, чтобы помочь ей, и схватил бутылку, прежде чем она бы её уронила.
— Хочешь ещё чего-нибудь выпить, Джексон? — спросила она.
— Всё в порядке. Я за рулем. Пока ограничусь водой.
— В следующий раз не пей так быстро, — пошутила она.
— Что я могу сказать, мне нравится глотать. — Он посмотрел прямо на меня, и эта чёртова ухмылка вернулась на место.
Карина рассмеялась, и так продолжался следующий час ужина, а моя сдержанность постепенно улетучивалась.
12
Джейк
— Расскажите мне о каких-нибудь своих безумных историях из колледжа, — попросила Карина, наливая себе третий бокал вина. Она опустошила всю бутылку, пока на горлышке не осталось всего несколько капель. — Что ж, это было быстро. Думаю, я тоже люблю глотать. — Она хихикнула и поставила уже пустую бутылку на столик.
— Не сомневаюсь, что так и есть, — произнёс Джексон. — А как насчёт тебя, Джейк? Тебе нравится глотать?
Какая-то часть меня хотела испепелить его взглядом, одарить своей собственной ухмылкой и сказать: «Почему бы нам не выяснить это?» Вот насколько я был близок к тому, чтобы сойти с ума. До такой степени, что мне было всё равно на результат, лишь бы заставить его замолчать больше чем на десять грёбаных минут.
— Вы, ребята, такие забавные, — сказала Карина. — А теперь расскажите мне что-нибудь интересное.
Взгляд Джексона говорил о том, что он прокручивает в голове все мои секреты, пытаясь решить, какой из них раскрыть первым. У меня перехватило дыхание в ожидании его ответа.
— Наша группа превратила «правду или действие» в соревнование. Победа за право похвастаться. Но Джейк всегда попадал в самые трудные ситуации из-за «правды или действия». Не знал, как сказать «нет».
Карина поставила локоть на стол и подперла подбородок ладонью, её глаза возбужденно горели.
— О-о-о, расскажи мне, какие.
— Нет, — перебил я, прежде чем Джексон успел бы сказать что-либо ещё. Это был опасный путь, и я уже был на грани, не желая вспоминать прошлое. Не то чтобы это имело значение, потому что Джексон полностью проигнорировал меня и ответил на вопрос.
— Ну, после нескольких рюмок игра всегда становилась сексуальной. Мы все были кучкой возбуждённых студентов колледжа. Наш мальчик, Джейк… — начал он, но остановился и сморщил нос. — Уверен, ты не захочешь слушать такое о своём парне.
Карина выпрямилась, расправив плечи.
— Я знаю о его сексуальных пристрастиях.
Мой напиток попал не в то горло, и я начал кашлять. Карина остановилась и бросила на меня обеспокоенный взгляд, но я отмахнулся от неё. Она не знала, что именно её комментарий о моих пристрастиях — в присутствии Джексона, сидевшего напротив, — заставил меня поперхнуться.
— Я знаю, что Джейк был тем ещё ходуном в колледже.
— Не буду рассказывать ничего конкретного, — заверил Джексон. — Просто он всегда оказывался тем, кто проявлял эксгибиционизм.
Карина повернулась ко мне, приподняв бровь, в её глазах светились идеи, о которых мне не терпелось услышать позже.
— Я хочу поиграть.
— Во что? — спросил я.
— В «правду или действие». Давайте, спросите меня о чём-нибудь.
— Карина, — предупредил я. Этот ужин был похож на маленький костёр, итак заставляющий меня потеть, а она хотела, чтобы я подлил в него бензина.
— Давайте.
— Отлично. Правда: ты собираешься выпить ещё вина сегодня вечером?
Она одарила меня невозмутимым взглядом.
— Всё указывает на то, что да. — Она вздохнула и повернулась к Джексону. — Ты прав. Он не знает границ.
Джексон рассмеялся, и всё его существо потянулось через стол и схватило меня, притягивая ближе, чтобы я не сказал «да пошло оно все на хуй». Добавьте к этому три бокала виски и признание в моём влечении к нему, уже не казалось таким уж недалеким.
— Хорошо, я спрошу у тебя правду, — сказал Джексон Карине. — Ты когда-нибудь целовалась с девушкой? Если да, то чем это закончилось?
Я уже знал ответ на этот вопрос, но не знал всех деталей.
Прежнее возбуждение от игры и острые ощущения от того, что я раздвигаю границы дозволенного, начали захлёстывать меня. Затяжной взрыв или нет, но от старых привычек трудно избавиться.
  
Карина опрокинула в себя бокал вина и осушила его. Она осторожно поставила его на стол и сложила руки на столе, чтобы продлить ожидание.
— Да, — наконец ответила она. — И всё закончилось тем, что она поцеловала меня в ответ. В мою киску.
— Чёрт возьми, да, — сказал Джексон, откидываясь назад и протягивая руку под стол, чтобы было очевидно, что он поправляет свой член. Карина заметила это движение, но быстро отвела взгляд, улыбнувшись. При мысли о Карине, лежащей на спине, с девушкой между ног, у меня вся кровь прилила к промежности.
Когда она повернулась, чтобы посмотреть на меня, она немного поколебалась, словно не была уверена, как я это восприму. Поэтому, позволил ей увидеть, как я тоже поправляю штаны, и после прикусил губу. Позже мы позволим этому сценарию разыграться между нами и разожжём наш трах.
— Хорошо, Карина, теперь «действие», — неожиданно сказал Джексон. Мы будем чередовать? Не знаю, и мне было уже всё равно.
— Хорошо. Я готова.
— Я предлагаю тебе пойти и сделать Джейка ещё более твёрдым, чем он есть, и поцеловать его.
Джексон уставился на меня, в его глазах был вызов прекратить игру. Вместо этого я отодвинул стул и похлопал себя по ноге, жестом приглашая Карину сесть ко мне на колени. Единственным звуком в комнате был скрип отодвигаемого стула по твердой древесине. Она шагнула вперёд и прижалась своей мягкой попкой к моему ноющему члену, изогнувшись всем телом, чтобы обвить руками мою шею.
Если Джексон хотел шоу, я устрою ему шоу. Я запустил руку в распущенные волосы Карины и притянул её к себе, опустив другую руку, обхватывая её задницу. Я прильнул к губам невесты и просунул свой язык внутрь, чтобы переплестись с её языком. На вкус она была как вино и сладкое опьянение. Она простонала мне в губы, и я приподнял бёдра, давая ей по-настоящему почувствовать, насколько твёрдым она меня сделала.
Карина отстранилась и одарила меня горячей улыбкой, прежде чем встать и вернуться на своё место. Я оглянулся на Джексона, готовясь обнаружить, что его уверенный вид исчез с лица. Так оно и было.
Но на смену ему пришёл взгляд, от которого у меня по коже побежали мурашки. Его карие глаза через стол казались почти чёрными. Его грудь тяжело вздымалась и опускалась, и мой член заныл от осознания того, что я сделал это с ним. Вместо того, чтобы сдержать его, я только ещё больше его завёл.
Ещё на дюйм приблизилась к краю.
Карина прочистила горло.
— Джексон, — сказала она, привлекая его внимание к себе. — Правда или действие?
— Правда.
Я был уверен, что он выберет «действие», и выдохнул, затаив дыхание в предвкушении того, каким будет этот вызов. Я мог справиться с правдой.
По крайней мере, думал, что смогу, пока вопрос Карины не доказал, что я ошибался.
— Я знаю, что ты бисексуал. Итак, кого ты предпочитаешь? Девушку или парня?
— Парня. — Без колебаний.
— Сверху или снизу?
— Только один вопрос за ход, — сказал я, мне не нужно было знать ничего из этого.
— Сверху, — всё равно ответил Джексон, прежде чем перевести взгляд на меня. — Но я могу позволить кому-нибудь трахнуть меня. Хотя это нужно заслужить.
— Ух, как сексуально. — Карина обмахнула лицо ладонью, заставив Джексона рассмеяться.
— Джейк, — сказал он, хотя до него уже дошла очередь. — Правда или действие.
Я ни за что на свете не принял бы его вызов.
— Правда.
Его улыбка была медленной и опасной. Я должен был выбрать «действие».
— Ты когда-нибудь целовался с парнем?
Моё сердце перестало биться, а желудок сжался. Этот ублюдок знал, что делает, и большая часть меня хотела испепелить его взглядом и солгать. Но соревновательная часть, та часть, из-за которой я раздевался на столе в переполненном зале, привела к тому, что я потерял самообладание, а мой контроль превратился в забытый миф, который существовал ещё пять секунд назад.