В пепел. Академия
А вот когда ее стали хватать под руки и приглашать прогуляться «ну тут совсем недалеко» уже сообразила, во что вляпалась. И попыталась закричать. После чего ей заткнули рот и уже безо всяких намеков попытались куда-то утащить.
– Не понял, – действительно не понял Пепел. – Они что, совсем рехнулись? Посреди академии? Вот так?
И не получив ответа продолжил сам:
– Это же не просто мгновенный вылет, это трибунал. И никакие отмазки не помогут.
– Угу. Если удастся доказать, – излишне спокойно откликнулась Фэл.
– А что тут доказывать? Достаточно Рин переступить порог ректорского кабинета и открыть рот… Твааааю ж! – до Пепла вдруг дошло, о чем она.
– Вот именно, – кивнула ресса. – Трупы обычно не слишком разговорчивы.
– Да нет, – протянул он в сомнении. – Ну не до такой же степени они идиоты? Хотя думать об этом и приятно. Но увы, случай не настолько клинический.
– Не знаю как там про идиотов, – хрипло и прерывисто выдавая слова вмешался Роши, – но не услышь я тот крик, сдается, для Рин все сложилось бы хре… плохо, в общем.
– Нет, – неожиданно откликнулась та. – Это был уже другой крик.
– А? – развернулся к ней Пепел.
– Просто когда они меня потащили, я сначала не поверила и растерялась. А уже потом стала драться. И… Наверное они этого не ждали. Я одного сильно приложила, вырвалась и вот тогда закричала.
– То есть отбиваясь в одиночку от трех здоровых лбов, ты сумела вырубить одного из них? – Дари едва удержался от того, чтобы не почесать нос.
– Ну, кое чему меня здесь научили. Только я не думала, что это будет так больно, – она опять лизнула сбитые костяшки.
– Н-да… – Пепел еще не сообразил, как ко всему этому относиться и вдруг спохватился. – Слушай, а ведь мы не с того начали. Знакомиться вообще-то принято по другому. Так что… Леди, разрешите вам представить рессу Фаэлин Фаон.
Фэл сдержано кивнула, на секунду оторвавшись от своего пациента и получила примерно такой же кивок в ответ.
– Доблестный паладин, – продолжил Пепел, – положивший за вас… ээ… ну, что-нибудь положивший – кадет Сарош Нокс. И, наконец, я, Эрдари Равеслаут, к вашим услугам. С кем имеем честь?
– Кадет Нарин Сорвени. Первый курс инженерного факультета.
После секундной паузы, за которую Пепел успел сначала охренеть, а потом прийти в себя, он все же сумел собраться с мыслями:
– То есть дочь лорда Сорвени?
«Тваааю ж! Мало того, что к ним занесло единственную девушку железячников, так она еще оказалась дочерью одного из самых влиятельных лордов империи. Демоны, почему он раньше не сообразил, что за дама поступила в этом году в академию… Но как?!! Представить себе такое было нереально: леди Сорвени в Шант Эли. Бред как он есть.»
– Да, – коротко согласилась Рин, прерывая эти размышления.
Но зато теперь в голове у Пепла прояснилось, он начал, наконец, понимать ситуацию.
– Гарлат хотел тебя скомпрометировать? Чтобы с гарантией заполучить в качестве жены и пропуска к связям твоего отца?
– И его деньгам, – не стала спорить Рин. – Да, наверное так и есть.
– Ну, насчет денег я бы не стал заявлять так категорично. Они вроде и сами не бедствуют.
– Пока нет.
– Ага, – почесал-таки нос Пепел. И повторился: – Ага. Похоже, какие-то новости прошли мимо меня.
– Это еще не новости. Полгода у них есть, чтобы привести ситуацию в порядок. Отец так говорит.
– И как раз для этого им нужно крепко прихватить лорда Сорвени через тебя? Ладно. Главное я понял, принцесса, остальное после. Ты пока давай в себя приходи, а потом я тебя провожу. Чтоб уж без всяких случайностей. Хорошо?
Дождавшись кивка, Дари выпустил ее ладони так же осторожно, как взял, непроизвольно погладив напоследок. Девушка откинулась на стену и прикрыла глаза, а Пепел развернулся к Фэл. Ресса уже успела осмотреть все доступные ей части Красавчика и сейчас приступила к самому сложному – пыталась добраться до шва и понять, насколько там все плохо. Тот, не поднимая век, тяжело дышал, уже не пытаясь разговаривать.
– Что там? Сильно хреново? – Пепел не отрываясь следил за тем, как она сматывает последние витки бинта и склоняется над раной.
– Швы разошлись. Плюс еще несколько ссадин и ушибов. Ребра вроде целы. Но самое серьезное – болевой шок. Его дважды приложили прямо по руке, похоже, вполне сознательно. Боюсь, он сейчас потеряет сознание.
– Ну так сними боль. Ты же ловец, нет? – Пепел испытующе глянул ей в глаза.
Девушка не возразила, но и подтверждать ничего не стала. Лишь чопорно добавила:
– Сделаю, что в моих силах.
Пепел видел, как ходят ребра Нокса, слышал, как со свистом вырывается дыхание сквозь стиснутые зубы, и этого ему было достаточно, чтобы чувствовать себя крайне нервно и не особо морочиться подбирая выражения:
– Так сделай уже, сиятельная ресса. Какого демона возишься, а?
– Не могу, – через минуту отозвалась она. Казалось, Фэл дышит даже тяжелее Нокса.
– Почему? Утром могла, а сейчас нет?
– Именно. – Она смотрела на него так, словно это лично Пепел был виноват в ее бессилии. – Никогда не умела контролировать свой дар. Даже предсказать, когда получится, а когда нет – невозможно. Утром вышло. Не знаю почему. Сейчас не выходит.
– Понял, – Пепел действительно понял, почему за три года в академии никто так и не узнал, что она ловец. И немного расслабился хотя бы на этот счет. – Но как медик ты можешь ему помочь?
– Уже. Но это все, что можно сделать здесь. За остальным придется доставить его в госпиталь.
– Заново шить нужно? – проявил Пепел понимание.
– Пару швов, но это не критично. А вот обезболивающее ему необходимо.
Дари встал и принес с полки пузырек темного стекла, от которого отчетливо тянуло травами и спиртом:
– Храмовый корень. Эрс утром выдала.
– Ну, хотя бы так, – скептически поджала губы Фэл. – Воду дай. В стакане! В тазу бы еще принес.
Пепел ошалело глянул на чайник, который держал в руках и встряхнулся:
– А, ну да. Точно. Готовились-то к другим процедурам. Сейчас кружку дам. Стаканов не держим.
– Где только взяли? – девушка продолжала недоверчиво смотреть на закопченного монстра литров на пять, пока Дари возился на полке, разыскивая заваленную барахлом посуду.
– На кухне, где ж еще? – пожал тот плечами, что-то с грохотом уронил и некуртуазно выругался. – Сперли.
– Веришь, не удивил. – Фэл заполучила, наконец, чашку, накапала туда из склянки и протянула обратно. – Лей. До половины, примерно.
Парень поднял чайник и плеснул – до половины, как и сказали, одновременно поинтересовавшись:
– Это ведь и снотворное, да?
– Да, – подтвердила ресса. – Прежде всего. Хотя и с обезболивающим эффектом. Но за неимением ничего другого…
– Я понял. После такой дозы сколько он будет в отключке?
– Пару часов. Примерно.
– Годится, – прикинул Дари и шагнул с кружкой к кровати: – Давай, рыцарь плаща и кинжала, поднимайся. И чтоб все до дна!
– Нет, – попытался отмахнуться Роши, но очень неубедительно из-за все еще сбитого от боли дыхания.
– Да, Красавчик, да. – Пепел был неумолим. – Если не хочешь, чтобы влили силой – лучше сам. Вот так, молодец. Сладких снов тебе, кадет. Сам знаешь каких. Демоны! Драться-то зачем? А с виду вроде совсем дохлый был.
Через пару минут, когда дыхание Нокса выровнялось, Эрдари развернулся к девушкам:
– Ну что, дамы, расходимся. Перед рассветом я его разбужу и сам до комнаты доставлю. Кого первой провожать?
На минуту в комнате повисла тишина – кроме дыхания Роши слышалось только негромкое тиканье часов, подаренных Ретеном еще при поступлении сюда. Почему-то этот звук хорошо подходил легкому запаху травяной настойки, еще витавшему в воздухе, и столь же легкому аромату духов рессы. А вот от Рин не пахло практически ничем, вдруг сообразил Пепел, только от ладошек немного машинным маслом, что для курсанта инженерного факультета было не удивительно. Он перевел на нее взгляд и увидел, что та все еще сидит опираясь на стену и прикрыв глаза. Ладно, понятно. Тогда начнем проводы с Фэл, она вполне бодрячком…