Безжалостное королевство (ЛП)

— А как насчет Королей Кладбища? — Она скрестила руки на груди, ее рот сжался в ровную линию.
Я глубоко вздохнула. Теперь, когда мой дядя знал, что я был связана с ними, больше не было смысла пытаться скрыть правду. И они открыто целовали и обнимали меня этим утром, прямо посреди кампуса, где все могли увидеть.
— Я с ними. Я… я в отношениях с ними тремя.
Обе девушки резко вдохнули.
  
— Как это работает? Типа, вместе? — Глаза Мии расширились.
— Да. Мы вместе.
Хэлли невесело рассмеялась.
— Прости, но ты думаешь, я поверю, что одна девушка может удовлетворить трех самых горячих парней в этом городе? Без обид, Эверли, но я просто этого не понимаю. Даже если ты с ними тремя, они, вероятно, все тебе изменяют.
Я покачала головой. Они не понимали — как они могли понять? Мои отношения с тремя моими парнями были особенными. У нас была глубокая связь, которую, я знала, люди не поймут, глядя со стороны. Я была в полной безопасности в этих отношениях, и я знала, что они никогда не изменят мне, так же как я никогда не изменю им. Мы дополняли друг друга, как бы банально это ни звучало.
— Они мне не изменяют; они бы этого не сделали. Это… это трудно объяснить, но у нас есть связь. Мы все преданны этим отношениям.
Миа покачала головой, издав тихий смешок.
— Вау. Хорошо. Что ж, я официально невероятно завидую тебе прямо сейчас. — Она нежно сжала мое колено. — Тем не менее, я рада за тебя. Типа, я действительно ревную, но счастлива. Если они делают тебя счастливой, а ты делаешь их счастливыми, тогда к черту то, что думают все остальные. Они не имеют права голоса в твоих отношениях.
— Спасибо. — Я улыбнулась ей в ответ, мои плечи опустились с облегчением.
Хэлли некоторое время молчала, ее глаза сузились, когда она задумалась. В конце концов она сказала:
— Так расскажи нам. У кого самый большой член? Сэинт потрясает энергией большого члена, но у меня такое чувство, что Матео такой же большой, если слухи верны. А потом Каллум… ммм, у этого парня огромный…
— Хэлли! — Я зашипела. — Пожалуйста, прекрати говорить! — Люди начали смотреть на нас, и я почувствовала, что мое лицо краснеет.
В самый подходящий момент меня спас свисток тренера, и пловцы начали выбираться из бассейна, освобождая место для следующей партии, которая готовилась нырнуть. Я поймала взгляд Сэинта, и он смотрел на меня с обеспокоенным выражением лица.
— Я в порядке, — одними губами произнесла я, и он кивнул, одарив меня ухмылкой. Затем он поднял руки в форме сердца. Я не могла сдержать улыбку.
— Он действительно влюблен в тебя, не так ли? — Голос Мии был полон удивления. — Я никогда раньше не видела, чтобы он так смотрел на какую-либо девушку.
Когда она произнесла эти слова, я поняла, что все три Короля Кладбища смотрели на меня так, как он.
Как мне так повезло? У меня было чувство, что я буду задавать себе этот вопрос еще долгое время.
37
У меня болели легкие, я чувствовал слабость, и я знал, что мне нужно дышать, но я отказывался это делать. Я забыл, как сильно я скучал по этому типу истощения. Вода была одной из первых вещей, которая спасла меня, заставила почувствовать себя чистым, как будто я не был куском дерьма и заслуживал продолжения жизни.
Я вырвался на поверхность, задыхаясь.
Мое сердцебиение ускорилось, и все мои проблемы исчезли.
С тех пор, как Эверли вошла в нашу жизнь, я проводил все меньше и меньше времени в доме братства. Но после того, что случилось с мэром, мы решили, что мне нужно быть там, чтобы соблюсти приличия.
Никто не сплетничал больше, чем кучка маленьких мальчиков из братства.
Нам нужно было знать, что происходит с Робби, в частности, что люди говорят об исчезновении мэра.
Подплыв к другому концу бассейна, я использовал все свои силы, чтобы выбраться из воды. Выйдя на ровную поверхность, я снял шапочку и очки и сел на край, опустив ноги в воду. Временами казалось, что этот год тянется медленно, а иногда, как будто он идет слишком быстро, и я не могу этого понять.
Чего я никогда не боялся, так это окончания колледжа, потому что знал: что бы ни случилось после того, как все закончится, я все равно буду со своими братьями.
Мы всегда говорили о нашей мести и о том, что произойдет после того, как правосудие над Эриком свершится. Но мы никогда не задумывались о том, что будет после того, как ты получишь то, чего больше всего хочешь. Скоро наступит конец, и это было грустное чувство. Я носил Эрика с собой годами, но чувствовал, что время отпустить его и, наконец, отдохнуть приближается.
— Чего ты хочешь больше всего на свете? — Эрик спросил меня.
Я выпрямился, обдумывая его вопрос, прежде чем ответить что-нибудь глупое. Эрик умел заставить вас почувствовать, что вы можете дотронуться до звезд. Он был мудр по-другому, не по годам.
— Думаю, я бы хотел, чтобы Тифф просто оставила меня в покое, — признался я. Я чувствовал себя виноватым за то, что сказал это, поскольку у него тоже был родитель, но он надеялся воссоединиться со своим. Если бы Тифф оставила меня здесь и больше никогда не появлялась, я бы не злился.
— И это все, что нужно, чтобы сделать тебя счастливым? — он спросил.
Прежде чем я успел ответить, Каллум открыл дверь и вбежал, Матео забежал за ним.
— Как все прошло? — Я спросил, в основном потому, что не хотел продолжать этот разговор, потому что быть с ними здесь делало меня счастливым.
Кэл и Матео ухмыльнулись нам, затем вытащили конфету, которую они собирались украсть из офиса, и бросили в нас.
— Завтра нас за это арестуют, — добавил Эрик с неодобрительным кивком, но все же потянулся за батончиком.
Я смотрел на воду, позволяя ей успокоить меня, и, несмотря на то, что многое изменилось, одно осталось прежним.
Я переоделся в свою одежду, а затем отправился в дом братства. Когда я открыл дверь, я почти почувствовал себя мошенником из-за того, что оказался здесь. Братья проповедовали братство, но они, не колеблясь, нанесут вам удар в спину ради собственной выгоды. В детстве мы с братьями знали значение этого слова. Хорошо это или плохо. Скачи или умри. И мы доказывали это снова и снова.
Как только я вошёл, люди перестали разговаривать и уставились на меня. Это были парни, с которыми я обычно тусовался. Пока никаких признаков Робби и его команды.
— Что, вы никогда раньше не видели такого красивого человека? — Я пошутил, и некоторые усмехнулись.
— Где ты был, Дэвин? — спросил кто-то.
— Я слышал, что его секут! — Кто-то еще издал свистящий звук.
— Что я могу сказать, мальчики, — сказал я им, направляясь к лестнице. — Сэинт Девин — мужчина с одной женщиной!
— Разве она не трахается с теми двумя другими парнями, с которыми ты тусуешься?
Моя голова повернулась к человеку, который это сказал, и мое лицо окаменело.
— Ты имеешь в виду моих братьев?
Они посмотрели друг на друга, но сначала никто ничего не сказал. Затем заговорил один из второкурсников, против которого я ничего не имел.
— Это немного сбивает меня с толку, так как я из православной семьи, но эй, чувак, каждому свое. Я уважаю твои сексуальные предпочтения. Я не буду тебя осуждать.
Хорошо.
Затем ребята как бы кивнули между собой.
И меня осенило.
— Ты думаешь, я трахаюсь со своими братьями? — Я хотел рассмеяться, но потом сдержался, потому что, по крайней мере, они не осуждали.
  
— Без обид, Дэвин, но все наоборот.
Я просто смотрел на них и вздыхал.
— И дай угадаю, вы все завидуете, что не признались мне в любви, — пошутил я.
— Пошел ты, Дэвин, — крикнул кто-то еще.
— Вы, ублюдки, — рявкнул я в ответ. — Нет, мы не трахаемся друг с другом, и если кто-нибудь скажет что-нибудь неуважительное о моей девушке, я трахну вашу задницу.